Солдаты народа — 2. Повторные выборы

Наш провинциальный Матюнинск, градоначальником которого является господин Антон Антонович Паляница, представлен в парламенте одним местом. Кого на выборах дружно выдвинули на это место и поддержали абсолютное большинство избирателей?.. Разумеется, его — Антона Антоновича!.. Избрали практически «на ура», и — с тяжким вздохом исполнивших свой долг вернулись к текущим делам…

И тут бац — новоизбранный парламент утвердил закон, согласно которому депутатство несовместно с любой иной оплачиваемой деятельностью. Или освобождай занимаемую на момент выборов должность, или лишишься депутатского мандата… Трудный выбор!..

Понятно, что господину Палянице хотелось депутатства!.. Это – и депутатская неприкосновенность, и халявные поездки за рубеж, и перед ближайшими соратниками есть чем прихвастнуть. Это ж не деньги, не особняки с дачами, не роскошные любовницы, — такого добра у любого из них предостаточно… Это — ВЕЩЬ!..

Но ясно и то, что ещё больше Антону Антоновичу хотелось Власти!.. Она – и кормилица, и опора… Кто он без неё, пусть и с депутатским мандатом?.. Никто… Мелкий трибунный говорила!.. А с Властью — ЧЕЛОВЕК!..

Вот почему с видимой невооружённым глазом душевной болью решился Антон Антонович объявить через СМИ о добровольно-принудительном отказе от депутатства. Не знаю, рыдал ли при этом в тиши роскошного кабинета, или одинокую слезинку скупо уронил, но что подобное решение выжало энное количество слёзной жидкости из чёрствого чиновничьего сердца – факт!..

И в Матюнинске объявили повторные парламентские выборы. Для их проведения создали избирательные комиссии в каждом из избирательных участков. Членами одной из таких комиссий стали мы с Юриком, рядовые младшие референты городской администрации. Кстати — не только сослуживцы, но и родственники, потому как пятый год уж женаты на родных сестрах, имея один на двоих один комплект из тёщи и тестя. Можете себе представить, как оба от этого комплекта мучаемся!..

Юрка женат на Клавке, а я – на Верке. С какого-то времени заметил, что он с моей Веркой интимничает. Удивился, не поняв: что в ней сыскал ТАКОГО?.. На всякий случай пару раз с Клавкой перепихнулся, — ничуть не хуже баба!.. Потом допёрло: это же он из уважения ко мне Верку «лохматит», чтоб не казалось мне, что женат на никому не нужной уродине… Ещё больше зауважал друга!.. Ну и с Клавкой пыхтел регулярно…

Но вернусь к предвыборной компании. Не так резво, как в первый раз, не с тем же энтузиазмом исполнителей, не на той же волне всенародного единодушия… Повторный выборы — как повторный брак. Идёшь на новый виток образования семейной ячейки уж по привычке, как на службу, в глубине души допуская, что и этот партнёр — лишь на время, и впереди будет ещё много встреч, свадеб, разводов…

Так получилось, что никакой основной, главной, «аппаратной» кандидатуры на этот раз не было: Антон Антонович почему-то не распорядился (видимо, просто забыл – так расстроился своим отказом от депутатства), а без команды в администрации и прыщ на чиновной заднице не вскочит.

Самотёком же, самовольно выдвинулось четыре кандидатуры.

Первая – директор небольшой коммерческой фирмы «Зулус» Гек-Пасовский. Моложав, подтянут, деловит. Пару раз съездил на Запад, изучил опыт передового капитализма, и теперь успешно внедрял его в нашу действительность. Фирма его хоть и некрупная, но достаточно влиятельная. Мы с Юрой долго вспоминали, что означает слово «Зулус», но так и не вспомнили. Но не нецензурщина, нет — матом этот весьма ловкий господин коммерческое предприятие не назвал бы.

Вторая кандидатура – главбух мебельной фабрики Иголкина. Краткая характеристика: баба!.. А с баб какой спрос… Но шума производила много, ляпая языком обо всём на свете. Как на предвыборном митинге стрельнёт блудливым взглядом, как шевельнет тугой грудью в вырезе блузки, так сразу видно – такой самое место в дамском туалете парламента!..

Третий — студентик Петя (фамилия его, по молодости лет, ни у кого в памяти не удерживалась), из романтиков демократического окраса. Щупленький, в очках, глиста засушенная… Перед массами говорил путано, но горячо… но уж очень путано!.. И с чего это он из юношества в политику надумал податься?.. Лично я в его годы только водку с корешами глушил да девок за окорока щупал… Видать, язвенник и импотент!..

Ну и последний выдвиженец — школьный учитель арифметики и прочих цифровых наук Лошаденко. Близко знавшие оного отзывались о нём хорошо — надо полагать, не хотели, чтобы в случае его победы на выборах у них вдруг возникли проблемы… Мне он не нравился – прилизанный какой-то!.. Но я и сам себе не каждый день нравлюсь.

Итак, кандидатуры выдвинулись и зарегистрировались (кроме одной – об этом позже). Начались предвыборные баталии…

Ещё немножко о моей семейной жизни. Наш общий с Юркой тесть, пузатый ветеран хозуправления горУВД Иван Мартынович, после ухода на пенсию стал невменяемым в обиходе — всех поучал, во все семейные дырки совал мясистый нос, Юрке однажды двинул в ухо «за ехидство», мне чуть глаз не выколол вилкой, когда обеденным столом я однажды намекнул, что, будучи малоценным для нашего семейного бюджета пенсионером-отставником, он мог бы меньше лопать столь вредных для здоровья мяса, масла и копченостей…

Притих он лишь на время – на то самое, на которое мы с Юрой упрятали его в психушку. Но потом по случаю очередного дня рождения господина Паляницы в Матюнинске объявили амнистию небуйным обитателям психлечебниц, и тесть вернулся домой.

Не знаю и знать не хочу, как его там лечили, но лечили крепко — тесть стал молчалив и загадочен, как авиабомба с часовым механизмом. Сидит в тёмном углу комнаты — и молчит, кидая всем в спину тяжёлые взгляды. А о чём молчит, с какой целью, и чего добивается – поди догадайся… Авиабомбы с часовым механизмом, между прочим, рано или поздно взрываются!.. Иметь такого родича – всё равно что на динамите спать.

Хотели мы с Юрчиком его обратно в психушку упечь, да куда там – все места забиты!.. Сейчас ведь психов – каждый второй, если не первый… Никаких психушек не напасёшься!..

О тёще хочу многое сказать. Очень многое!.. Она… Нет, пока говорить не буду, не то настроение. Нужна ясная голова, чтоб о моей тёще говорить… Про Гитлера слышали?.. Так вот. Моя тёща — зловредней!..

Количество кандидатур на выборах начало сокращаться. Сперва завалили студента Петю — сдав все необходимые для регистрации документы в избирательную комиссию, он успокоился и потерял бдительность, готовясь к предвыборным баталиям… Но за час до истечения срока регистрации его пригласили в избирком и сообщили: «Ваши документы оформлены неправильно. Тут – подписи избирателей неразборчивы, там адреса указаны неточно, здесь и вовсе чернила расплылись… Переоформляйте!..»

«Только час остался… Не успею!» — возопил Петя.

«Это не наши проблемы…» — усмехнулся чин избирательной комиссии.

«Но почему раньше не сказали?!» — схватился за голову Петя.

«А мы – не обязаны!» — окончательно заулыбался чин. На том с Петей и покончили.

Потом внезапно рухнула кандидатура учителя Лошаденко. А ведь городская администрация уже подумывала о том, чтобы поставить именно на него, но тут поползли нехорошие слушки из той школы, где он завучем… Какая-то старшеклассница… внематочная беременность… неудачная попытка аборта… кесарево сечение… В общем, неприятная история!.. Разумеется, женатый завуч оказался ни при чём (хоть родившийся ребёнок и схож с ним как две капли воды), но родители девочки почему-то решили иначе… До заявления в милицию и по месту работы дело не дошло, стороны договорились полюбовно, а девицу выдали замуж за какого-то порядочного, но очень бедного выпускника той же школы…

Однако волнами пошли разговоры, и от греха подальше Лошаденко решил от участия в выборах воздержаться.

Правильное решение. Не отдал бы ему голоса народ. Понятно: на то и старшеклассницы, чтобы педагогствовать с ними во всех позах… Но не до внематочной же беременности – это перебор!..

В итоге осталось только две кандидатуры, из-за чего выборы сильно поскучнели.

Много занимательных историй происходит в нашем ЗДАНИИ. Вот парочка из них. Как-то распорядился господин Паляница создать комиссию по проверке национального состава сотрудников аппарата. По документам все — славяне, но известно ведь, что нашим документам верить опасно… Всячески подчёркивалось, что никакого «поиска ведьм» не будет, и упаси Боже — вовсе не замаскированных евреев в аппарате ищут!..

Однако чисто случайно одного тайного семита выискали, с типичной для таких типов фамилией — Иванов. Сам господин Паляница лично заверил обнаруженного семита, что никаких притеснений чинить ему не будут, — пусть только укажет в объяснительной, кого ещё из замаскированных евреев в аппарате администрации он знает… Сионист такую записку писать отказался, и его тут же уволили «по собственному желанию»…

Или ещё случай… Был в кабинете Антона Антоновича, помимо прочего, личный санузел с умывальником, ванной и туалетом. Что и понятно: не на общий же со всеми прочими администраторами унитаз плюхать ему свою высоко руководящую задницу!..

Но однажды этот особо доверенный унитаз взял да и вышел из строя!.. А тут приспичило Антонычу… Занервничал он, по кабинету забегал, в раздражённости от препятствий удовлетворения своих естественных потребностей — затопал ногами на подчинённых…А те в ответ тоже забегали, засуетились, ускорили обороты в рассмотрении текущих вопросов… Смешно сказать: благодаря этому втыку сдвинулись с мёртвой точки многие дела, которые до того не рассматривались годами!..

Наконец не выдержал Паляница, и кинулся в общий с прочими смертными туалет. Но только успела разбежаться из туалета по мановению его руки рядовая чиновная мелюзга, только шмякнулся он голыми ягодицами на унитаз, облегчённо опорожняя желудок и мочевой пузырь, как вбежала в туалет (мужской, между прочим!) его секретарша с радиотелефоном: «Вам звонит господин Президент!»

Понятное дело, Президент ждать не будет, пока какой-то градоначальник закончит туалетные дела… И Антон Антонович, приняв соответствующее моменту выражение лица, начал беседу с главою державы — оставаясь при этом сидеть на унитазе! А секретарша почтительно стояла рядом, ожидая указаний. Нюхала и чуть не ли смотрела на обнажённые прелести… Картинка!..

Кстати, заговорил о туалете – и вспомнил… Сидим с Юриком как

то в соседних кабинках, через тонкую стенку, смачно испускаем газы, и тут слышу, как он, пёрнув, бормочет: «Вонючка недоделанная… Пердун лысый… Коротышка облезлая…»

«Это ты про господина Паляницу, что ли?!» — сразу догадался я. Хотя Антон Антонович не был ни вонючим, ни лысым, ни облезлым… А вот поди ж ты — мгновенно угадалось!..

Наша с Юриком общая тёща, уже пенсионерша, до этого всю жизнь отпахала в школе учительницей русского языка и литературы. Ещё та извергиня!.. О, сколько она из нас кровушки выпила!.. Ну и мы в отместку стараемся над нею интеллигентно поиздеваться… Слабым местом её была филология — страдала, когда при ней коверкали великий и могучий русский язык. Вот и начинали громко произносить слова вроде: «процЕнты», «покладите», «тю на тебя!», и прочье, коверкающее филологические нормы. А однажды Юрик даже спросил: «Мама, а «зелёный» с двумя «н» пишется?..» Так она со злости чуть не лопнула!..

Но и сама в долгу перед нами не оставалась. Однажды такое учудила, такое… Нет, не могу рассказать об этом — противно!..

Но не буду отвлекаться от главного — разговора о выборах.

Итак, осталось лишь две кандидатуры. И поскольку Иголкина как баба в коридорах власти высоко не котировалась, то и ставить администрации оказалось не на кого, окромя как ранее отвергаемого ею Гек-Пасовского.

Как член избиркома, я часто бывал на его предвыборных митингах, слушал этого господина, присматривался к нему в неформальной обстановке, короче — имел базу для выводов. Ну что сказать…

Холёный дядя, крепкий в теле — не жирноват, а именно мускулист, причём явно — не за счёт тяжкой физической работой качал свои бицепсы, а теннисом, гольфом и прочей ненашенской мурой. Такое впечатление, что родился он совсем в другой, не нашей стране, и рос в каких-то совершенно иных условиях. Питался другими продуктами, гулял по иным улицам, дышал чуть ли не импортным воздухом…

Богатством веяло от его коренастой фигуры, спокойствием, и ещё какой-то душевной сытостью… Тщательно выбрит, наодеколонен, отутюжен — конфетка!..

Однажды видел, как с работы ехал он на предвыборный митинг. И на работе был упакован в отличнейший костюм, но ради митинга -заехал домой, и переоделся в другой, ещё превосходней… Ну какой из наших людей мог себе это позволить?!.

Трижды в день менял рубашки… А вот я, например, меняю их лишь раз в три дня!.. И то если жена успела грязную одежду постирать…

Предвыборную компанию Гек-Пасовский проводил грамотно, в полном соответствии с привезённой с Запада кипой брошюр по политическому маркетингу. Для начала поздравил с очередным праздником проживающий на территории его избирательного участка электорат, выслав каждому отпечатанный в типографии буклетик. Затем методично и последовательно охватил сетью митингов и предвыборных встреч как можно большее количество людей.

Первая такая встреча лично на меня произвела колоссальное впечатление. Гек-Пасовский был энергичен, прост как правда, ясен как пуленепробиваемое стекло и ярок как Луна на ночном небе.

Ничего особенного избирателям не обещал, но и ничьим надеждам определённо не отказывал, с трибуны говорил веско и убедительно, а потом спрыгнул в зал и прошёлся вдоль рядов, ведя живо й диалог то с одним, то с другим представителем простого люда.

Кстати, из моих наблюдений… Ходят на предвыборные митинги обычно одни и те же типажи: члены групп поддержки кандидатов, многочисленные тайные наблюдатели от городской администрации и различных конкурирующих партий, пенсионеры и домохозяйки (нечем себя занять, вот и забрели на митинг в промежутках между походами по магазинам в желающие вволю накричаться, «спустив пар» домохозяйки), а ещё — бомжи, алкаши и прочие тунеядцы, решившие отсидеться в тёплом зале «до» или «после» вливания в себя очередной дозы. Сугубо нормальный и порядочный человек на митинг не пойдёт!..

Так вот, в первый раз купил Гек-Пасовский меня своей простотой и демократичностью. Но после второго и последующих митингов увидел: те же ужимки, ту же манеру говорить вдумчиво и кратко, то же спрыгивание с возвышения и хождение вдоль рядов он повторял с абсолютной одинаковостью, явно опасаясь какой-либо неловкой импровизацией испортить свой хорошо отработанный и отрепетированный имидж.

Но поскольку более одного раза избиратели на его митинги обычно не ходили, то в целом эта тактика себя полностью оправдала. Особенно эффективной была манера в завершение очередного митинга раздавать участникам сувениры – календари, шариковые ручки, значки и брелки… Говорили, что однажды он даже копчённую колбасу раздавал, но лично я такого не видел, врать не буду, а вот календариков и ручек со временем набрал полный «дипломат» — хоть выноси на базар и продавай.

На фоне лощённого на западный манер коммерсанта дура-Иголкина смотрелась особенно припадочной. Чуя заведомый проигрыш, она старалась хоть как-нибудь использовать свои скромные плюсы: активно шевелила грудью в вырезе блузки, вздрагивала ягодицами, сверкала жирноватыми коленками, демонстрируя сидящим поближе к трибунам, какого цвета трусики на ней сегодня… Но покажи она и всему залу свои трусы, а также и то, что под трусами — всё равно шансов попасть в парламент от Матюнинска у неё не было ни малейших. Зря надрывалась, обещая, что при её содействии цены в нашем городе снизят, зарплату повысят, квартплату отменят, а коррупцию ликвидируют… Мужики – и те не верят бабским обещаниям, а тем более не верят им сами бабы, прекрасно знающие цену себе подобным…

Из смешного: муж Иголкиной ходил на все митинги с её участием, и, затесавшись в задние ряды, изменённым голосом задавал вопросы, удобные для жены и неприятные для её конкурента. Меня это так возмущало, что однажды тоненьким голоском я крикнул из-за чей-то широкой спины: «Это же её муж только что говорил!» Такой хохотун грянул… Но Иголкиной — хоть бы хны. Бесстыже глянув с трибуны, шевельнула бюстом и говорит: «Это наглая ложь – мой муж сейчас дома!..» Не, вы видали?!.

Трудно нам с Юриком и живётся, и работается в этом мире… Кругом — ничтожества!.. Не люди — людишки!.. Бараны, пигмеи, черви ничтожные… А также — волки, скорпионы и гиены!..

Лишь мы с Юрасем возвышаемся могучими Гималями!..

Думаете, легко?! О!..

Что?.. Интересуетесь, кто в итоге победил на парламентских выборах в Матюнинске?.. Глупый вопрос…

Во-первых, и так понятно – кто…

А во-вторых, самое главное – господи. да какая в сущности разница?!.

Продолжение следует

Автор: Владимир Куземко, специально для «УК»

Читайте также: