Розыскники. Базарные торговки (из записок районного опера)

Самое паршивое из того, чем приходится заниматься — это гнать базарных торговок с пятачков у остановок общественного транспорта. Официально там торговать никто не разрешал, но именно здесь охотнее всего покупают. Вот пенсионерская ветошь там и засела со своим нехитрым товаром: кто куревом торгует, кто пивом, кто — самопальными пирожками… А нам кричит начальство: «Почему не занимаетесь упорядочиванием стихийной торговли? Это ж грубейшее нарушение закона!» Старики торгуют, вот за день и набегает некая прибавка к нищенской пенсии. (Впрочем, почему — нищенской? Профессиональные нищие за день больше выпрашивают, чем пенсионеру держава даёт на месяц!) Ну вот, а нашему начальству периодически делают втык из райисполкома: «Почему не занимаетесь упорядочиванием стихийной торговли? Это ж — непорядок! Грубейшее нарушение закона!..»

Закон у нас в стране нарушают все, кому не лень, но — тихо, и делясь прибылями с кем следует. А вот торгующие на улице старушки – у всех

на виду, и «крыши» у них нет. С кого же и не начинать бескомпромиссную борьбу с преступностью, как не с них?! Тем более, что все прекрасно знают: дай нашим людям волю, перестань их гонять — скоро станут торговать сигаретами даже и в кабинете нашего уважаемого мэра. А ведь он не курит — как бы аллергию не подхватил от их запаха!..

Короче, перед операми уголовного розыска ставится боевая задача: бабкам — бой! Тихонько вздыхаю в своём кабинетике, но жалость к пенсионеркам не вписывается в тесные рамки служебного долга. Поэтому украшаю физиономию непробиваемо-зверским выражением, и пру в атаку на торговок.

А они — как вода… Мы гоним их с одного места – они через пять минут появляются в другом. Гоним с другого — перетекают в третье. После чего плавно возвращаются на первое место, бесшумно возникая за нашими спинами, словно согнутая ветром и вновь восставшая трава… Ну и что прикажете с ними делать?

Побей мы их дубинками — мигом разбегутся, но как же нам своих бабуль, матерей и сёстер мордовать? В принципе, есть ещё один эффективный вариант: кинуть парочку злостных «диверсантш» в «уазик», свезти в РОВД и штрафануть по полной программе. Тогда и прочие, убедившись в нашей решительности, на сегодня разбредутся по домам…

Но чтоб бабуль свезти в райотдел – нужен бензин, а его мало, не всегда хватает и на транспортировку особо опасных бандюганов. И потом, хоть торговки и являются регулярными нарушительницами закона, но не со зла же… Жрать им нечего, вот и торгуют! А у остановок — покупают лучше. И куда ж им при таком раскладе деться? Самой жизнью вынуждаемы они законы нарушать. А нам за ними — гоняйся! Дурное занятие… Но не я — так другой. И уж лучше – я, без особой надобности ветеранам не хамящий и женщин по лицу не бьющий…

Ясен перец: дай людям на заводах регулярно получать нормальную

зарплату, и повысь пенсии до мало-мальски достойного уровня — ушли б с тех стихийных рынков торговцы, и никогда бы сюда не вернулись. Думаете, не стыдно им сидеть и приторговывать? Но на пенсии и зарплаты денег в нашей стране не хватает — никак не поднимется с колен экономика. Так что гонять «стихийных рыночников» милиции ещё долгие годы…

ЗАРАБОТАТЬ НА БАНДИТЕ

Есть хоть малейшая возможность без риска зашибить немножко денег, или получить что-либо натурой — лично я не колеблюсь ни секунды. Жизнь у каждого — одна, и если жить только на зарплату, то копыта откинешь быстро. Тем более, что есть множество вариантов именно вполне «честного» (пусть и не совсем законного) приработка. Вот одна из типичных ситуаций.

На своей «территории» ловлю бандита и раскалываю на «сознанку» по парочке совершённых им в моём районе кражонок. А попутно рассказывает он и насчёт 5-6 отбомблённых им в соседнем районе хат. Мне они – ни к чему (в мой план по раскрытиям преступлений входят только те из них, что совершены на моей «земле»), а вот соседнему РОВД те кражи – как божий подарок!

Звоню коллегам, радую: «Готовьте «поляну» в кабаке, мужики, я для вас пять раскрытий со всем раскладом приготовил!..» Они и рады. И либо столик в ресторане мне накрывают в благодарность, либо преподносят пакован со всяческими вкусностями (типичный набор в подобных случаях — пара бутылок водки, бутылка минеральной, полкило нормальной колбаски, кетчуп, огурцы, помидоры, бананы; иногда шоколадка, если угощаемый — сладкоежка).

А в следующий раз, организуй они мне несколько раскрытий — уже я «поляну» выставляешь. Это – закон. Помогать товарищам — помогай, но и поимей с того что-нибудь! И — не жилься, когда помогают тебе. Хоть и общее дело мы делаем, но живём в эпоху рыночных отношений. И каждый полученный товар или оказанная услуга должны быть сполна оплачены. Иначе в следующий раз — никто не поможет.

ПОМОГ ПАЦАНКЕ…

Нередко моими поступками руководят не деловые соображения, а простое человеческое желание кому-то сделать добро.

Вот, к примеру, подходящая история. Одна чувиха торговала ш и р л о м. И была у неё дочурка-подросток, то ли 14-ть ей тогда было, то ли уже 15-ть. Я их обеих знал. Не так, чтоб – хорошо, но — регулярно общался с ними, по долгу службы посещая их квартиру.

Чувиха «дурью» приторговывала в пределах разумного, не увлекаясь, и иногда делилась со мною информацией, имеющей определённый оперативный интерес, так что трогать её в моих ближайших планах не значилось. Во время посещений хаты общался я и с дочкой. Девчонку было жалко. Что хорошего видала она в жизни? Кругом – багроволицые от водки или мутноглазые от ш и р л а хари, постоянные шумные скандалы, побои и попрёки. И уж наверняка не раз пытались её ощупать всевозможные похотливые лапы…

В принципе, проведя детство в такой обстановке, потом можно стать кем угодно — и руководителем крупной корпорации, и дешёвой привокзальной шалавой… Жизнь может повернуть по разному! Но в моих силах бывает на каком-то определённом этапе чужой судьбы повернуть её так или эдак…

Так вот, сдружилась та девочка с двумя стриженными наголо малолетками. И решили они, скуки ради и от желания заработать на конфеты и выпивку, ломануть чужую хату. Выставили оконное стекло в одной из квартир на первом этаже, залезли, а когда выходили через двери — их задержали вернувшиеся из магазина хозяева. Так вот, тех двух пацанов мы честь по чести закрыли, а девку — отпустили. Провели с малолетками беседу в духе: «Вы ж — пацаны правильные, и не допустите, чтобы из-за ваших показаний закрыли такую симпотную девочку!..» Вот они и затупили на следствии и суде её соучастие. Дескать, ничего не знала и не ведала, а просто стояла у дверей той самой квартиры, когда пацаны оттуда выходили, а тут — и хозяева появились…

Сделал я это без всякой личной выгоды — ну, бутылку чисто символически мне её маманя потом выставила; вот и всё… Думал – помогу девахе, не позволю сломаться её доле, может – путный человек из неё вырастет…

А теперь не знаю даже, правильно ли поступил. Есть информация, что пацанка та (уже 16 лет персику, обалденная фигурка!) нынче с кодлой

наголо стриженных пацанов мелькает в уличных гоп-стопах… Так что, в итоге, быть может, всё равно её закрывать придётся. Жаль.

Но что мог для неё сделать – то я и сделал.

НЕ ПОМОГ ПРОСТИТУТКЕ…

Вот обратный предыдущему случай: я отказал в помощи, хоть мог кое-что с того и поиметь…

Заехала к нам в микрорайон одна шлюха, не из «трассовых», дешёвых, а – дорогостоящая. До этого она в Голландии пару лет отработала, так что бабло у неё имелось. Однажды прибежала она в райотдел с сообщением о том, что у неё из квартиры пропала барсетка с 5 000 долларов.

Я с ней шапочно был знаком — «привет-ривет», «хи-хи», «ха-ха», а однажды даже распили бутылочку коньяка средней руки. Вдвоём с напарником пошли к ней на адрес, изучили обстановку. Рассказала она, где и что лежало, как и кто барсетку ту мог стырить. И попросила загрузить одного хмыря: «Он взял, верняк, больше некому… Я в долгу не останусь!.»

Мы нарисовали энтузиазм и готовность свернуть горы, но в оконцовке — ни хрена не сделали. Почему? Там были нюансы.

Человек, на которого она показывала — вполне законченная мразь. Наркоманчик, крутился среди бандитов, потом пошли там внутренние тёрки. Прошло н и з о м — перед кем-то он чересчур выпендривался, получил крепко по мозгам… Короче, наглая беспредельная морда.

И до этого по разным поводам мы, бывало, пинали его, предупреждали строго-настрого, чтоб завязывал… Однажды поступила информация, что у него на адресе хранится ворованная аппаратура. Приехали к нему, видим — стоит то-то и то-то… Решили забрать аппаратуру в райотдел, для выяснения всех обстоятельств, а он нам нагло заявляет: «Вот то — можете забрать, а телевизор «Грюндиг» — оставьте. Я его год назад купил, вполне законно, так что он – мой!» Видали наглеца?! Да он наверняка год назад и этот телевизор тоже украл у кого-нибудь, но уверен, что за давностью этого уж не докажешь, вот и выкобенивается… Дали ему в рыльник для профилактики, забрали всё. Но потом – увы… Пришлось и этот «Грюндиг» вернуть, и всё остальное — в списках краденного нигде оно не значилось, не было никаких законных оснований изымать это имущество. А от этого уж – только шаг до жалобы в прокуратуру на «незаконное изъятие».

Спрашиваете, почему же мы теперь его не тронули, раз повод появился? Так ведь не было никакого повода! Одни лишь голословное утверждение гражданки такой-то… То есть лично я верю, что на ровном месте она б пургу не гнала, и к л я м з и л бабки он. Но при этом — прекрасно понимала, что д о к а з а т ь ничего не удастся! Она и не собиралась что-либо доказывать, а просто ей для каких-то своих шухеров требовалось показать заинтересованным лицам: «Меня — не трогайте, у меня – ментовская «крыша»! Все ребята-опера за меня — горой! Вот – схватили по моей указке такого-то, и отполировали по полной программе… Так будет со всяким, кто вздумает на меня наезжать!»

Фактически держала она оперов за лохов, намереваясь нашими руками таскать каштаны из огня. А что мы получали взамен? Практически – шиш! Каждому из нас пообещала по сто баксов (и это ещё вопрос — дала бы?), плюс к этому — туманно намекнула мне, что — м о ж е т б ы т ь, со мною ещё и переспит. Мерси огромное!.. Лучше уж перебьюсь на сухариках! В конце концов, меня и собственная супруга вполне устраивает, зачем мне ещё и эта валютная шалава?!

И после того случая как-то по-особенному зауважал я себя: от шикарной тёлки с бабками в придачу добровольно – отказался. Хотя если вдуматься: не «за так» же она это предлагала, а в обмен на важную для неё и обременительную для оперов услугу.

ОБВОРОВАЛА ДОЧКУ…

Интересный случай, чтоб не забыть… На прошлой неделе задержали мы Соньку «Жареную». Известная в наших краях кадристка: хулиганка, воровка, мошенница, наркоманка, наркосбытчица мелкого пошиба. Полный букет удовольствий! Главное ведь – эта мразь обворовала даже родную дочку! Вполне нормальная деваха, долго терпела мамкины выходки, но та вконец уж оборзела: подобрала ключи к гаражу зятя и, на пару с одним цыганом, уволокла комплект резины к «Волге» да кое-что из запчастей в придачу. Вот дочка по требованию мужа заяву в РОВД и притарабанила.

Сумею обтяпать всё как надо — обеспечу себе не одно, а аж два раскрытия по этому делу: вскрытие гаража и кражу из гаража. Ещё три раскрытия у меня в этом месяце уже имеются, вот и есть выполнение месячного плана…

Но вообще же с «куста» (это — четыре закреплённых штатом за нашим микрорайоном опера) план на месяц – не меньше 20 раскрытий. Однако поскольку вместо штатных четырёх единиц налицо только две, то с каждого из оперов пытаются вытребовать 10 раскрытий! А фиг вам… Я – не двужильный, чтобы такое вытянуть!

ОТПУСТИЛ БАНДИТА…

Ну и в заключение – поучительный случай, из недавнего.

Живёт на моей «территории» урка по кликухе «Ребро»… Четыре ходки за спиною, в общей сложности отмотал два «червонца» — это вам не шутка… Серьёзный товарищ! И такой худющий, что все ребра легко пересчитать, от того и погоняло.

Однажды надыбал он на притон к Кольке «Питону», взять ш и р к и. (Как б р о д я г а, по своему криминальному статусу имел он почётное право у любого барыги требовать выдать ему суточную дозу). А Колька либо отсутствовал, либо просто не хотел отоваривать халявщика, и двери вместо него открыла старенькая Колькина мамаша, заявившая, что сынок недавно кудысь утопал, и скоро не вернётся. «Ребро» ей не поверил, начал барабанить и ломиться в проворно захлопнутые перед ним двери, вопя на всю округу: «Питон», выходи, а то хуже будет!.. Открывай, зараза, пока я сам не ворвался!»

Старуха ответно пообещала из-за двери, что сейчас позвонит по 0-2. «Ребро» решил, что она его на п о н т берёт — ведь среди наркоторговцев нетипично в случае конфликтов с клиентами обращаться за помощью в ментуру. (Не учёл он, что бабка дома действительно была одна и действовала не по уголовным п о н я т к а м, а по своему личному старческому разумению). Начал гнуть матюки, бить стёкла в подъезде на лестничной площадке и вопить на весь двор угрозы в адрес «Питона»…

Через 15 минут прибыл наряд милиции, швырнул «Ребро» в «уазик и свез в райотдел, по дороге знатно отдубасив — чтоб знал, сучара, своё подлинное место в этом мире, и вёл себя скромнее.

В РОВД заниматься уркой пришлось мне. Запал его к этому моменту давно прошёл, держался он со внешним спокойствием, и, признаю, довольно неглупо. Произошедшее в его объяснениях смотрелось так: пришёл в гости к давнему корешу, культурно постучал в двери, но ему не открыли. Какая-то пожилая женщина через дверь что-то невнятно говорила, и он громко переспрашивал, пытаясь понять, чего она хочет. А тут неожиданно появилась милиция, схватила его и приволокла сюда. Маты он, понятно, не гнул, и стекла на площадке не бил; когда он пришёл — они уже были разбиты. Что Колькина мамаша вызвала ментов и заявила, что он дубасил ей двери ногами и угрожал расправой, так это – оговор. Ранее у них сложились неприязненные отношения (почему-то не хотела старая, чтобы он корешился с её сыночком!), вот она и решила таким образом свести с ним счёты. Если она утверждает обратное — пусть докажет. Иначе её слова — против его слов, только и всего… Таков был расклад.

В принципе, как решалась подобная ситуация? Опросить соседей, и если они подтвердят, что «Ребро» ломился и бил стёкла, то можно возбуждать уголовное дело по злостной хулиганке. Год-два (с учётом предыдущих судимостей) ему б впаяли автоматом.

Но кто из наших людей нынче рвётся в свидетели, да тем более — против рецидивиста? «Он же потом выйдет на свободу и порежет нас на кусочки!» — и весь сказ… В общем, соседи дружно показали, что в момент происходящих событий они дружно спали и ничего не видели. Слышать – да, вроде бы слышались с лестницы какие-то непонятные крики, но кто кричал, и били ли стёкла – они не знают… Так что свидетельство мамаши оказалось единственным.

Раньше, на заре моей оперской юности, я этого гондона обязательно побил бы, в надежде вытрясти «сознанку» в совершении хулиганских действий. А теперь — фиг и пальцем его коснусь… Он же — матёрый «сиделец», многократно имевший дело с правосудием; за десятилетия отмотанных им сроков наверняка бивали его неоднократно, и по всему видать, что ни хрена это не дало. Своим неистовством я лишь усложню отношения с ним, только и всего. Своё «законное» он и так уж получил в «уазике» от наряда, так чего теперь мне злобствовать?

При большом желании «закрыть» его можно было, наехав на соседей «Питона», трепать им нервную систему до тех пор, пока они не «вспомнят», как он бил стёкла. Или, ещё вариант, при обыске у него на адресе можно подкинуть ему наркоту либо патроны от пистолета, и потом — навесить на него делюгу, уже за хранение. Но…

Но! Не было у меня никакого резона персонально с ним разбираться. А, наоборот, был некий резон разойтись с ним миром. В районном криминалитете был он в общем-то фигурой заметной. Сроки мотал не за фуфляк, а за кражи, грабежи и даже убийства. То есть человек он по всем п о н я т и я м — авторитетный, заслуженный, имеющий определённый вес в известных кругах…

Такого засексотить — цены б такому агенту не было! Раньше подъехать к нему было трудновато — осторожен, старался попусту не светиться; где-то вертелся, чем-то тёмным занимался, ш и р я л с я тихонько, не шибко увлекаючись, не теряя человеческого обличья… В милицию нынче попал он чисто случайно — до конца был уверен, что «Питон» дома оттирается, и не даст мамаше ментов вызвать. Это был подарок судьбы всему угрозыску!

И вовсе не хотел я смотреться в его глазах зверем. Если я стремлюсь стать толковым опером, то должен считаться с каждым потенциально полезным мне человеком, будь он хоть трижды наркоман и четырежды судим. Если по-крупному сотворит косяк — я его накажу, и он это знает. Но наказание должно быть адекватно поступку. Такой человек должен чувствовать и понимать: будут у нас мотивы, причины и основания «закрыть» его на несколько лет — «закроем», не будет – останется он на свободе. А бросать его за решётку просто так, на том лишь основании, что он слегка потарабанил в чью-то дверь… Да на двери «Питона» места живого нет от постоянных ударов желающих пообщаться клиентов и «предъявщиков»! Нет, цепляться на этом основании к с е р ь ё з н о м у уркагану с моей стороны и стороны всего угрозыска было бы не солидно.

Неизвестно, что станется со мною завтра. Не к тому я, что может повстречать он меня в тёмном переулке и свести счёты (хотя и такая возможность учитывается). А просто если сегодня я немножко помогу ему, то завтра вправе рассчитывать на ответную услугу, в идеале же – на постоянное секретное сотрудничество. (На практике обычно первое рано или поздно плавно перетекает во второе.)

И я отпустил его с миром.

Как ни относись я к бандитам, но и в их глазах полезно выглядеть человеком определённых принципов. Я с ними работаю, у нас — чисто деловые отношения (они прячутся от закона, а я – их преследую). Тут нет, не должно быть ничего лишнего. Если надо для дела — при всём своём внутреннем презрении к ним могу и руку им подать, и улыбнуться дружески, и даже двести грамм с ними выпить…

Мне на этой «земле» работать. Для успешности этой работы надо иметь помощников в уголовной среде, как можно больше помощников! Слишком много помощников у опера никогда не бывает, их может быть только недостаточно. То есть у меня с криминалами — не только война, но в каком-то смысле и дружба. Определённое сотрудничество противоборствующих, но вынужденных считаться со взаимными интересами сторон.

Есть и такие розыскники, у которых с бандитами – только война до победного. Такие если могут отпрессовать какого-нибудь наркошу или урку — обязательно это сделают. Те от таких оперов прячутся, а когда всё ж таки попадутся в их руки — сразу же стараются всё рассказать, чтобы те их не побили, или хотя бы били в полсилы… Тут есть свои плюсы: в общении с таким опером «клиенты» всегда стараются говорить правду. Но при первой же возможности — рады-радешеньки сделать ему какую-нибудь подлянку. А при нашей работе, со множеством острых ситуаций, конфликтов и наездов, такая возможность может появиться достаточно быстро.

(Продолжение следует)

Рассказ не пожелавшего назвать своё имя сотрудника уголовного розыска записал Владимир Куземко

P.S. Републикация материалов Владимира Куземко, возможна только с разрешения автора!

Читайте также: