Смерть Колокольчика (из записок районного опера). Эротический салон «Эсмеральда»…

 …Салоном «Эсмеральда» заправляла бойкая бандерша: толстый слой косметики на «общепитовской» физиономии, морщинистая шея, хронически недовольный взгляд…. Раньше она заведовала тут же парикмахерской, и не пронесись над страной могучие вихри перемен – под её придирчивым руководством до сих пор бы здесь стригли и брили наших волосатых сограждан…

 Глава 19. Убийство на косе

…Жилмассив, курируемый моим подотделом, находится на окраине нашего славного Энска, и одним краем выходит на водоём, излюбленное место отдыха местных аборигенов.

Длинный, вытянувшийся поперёк водоёма кусок берега (частично – пляж, а частично — заросший кустарником и деревьями), издавна именуется здесь «косой».

В тёплое время года тут загорают, купаются, ловят рыбу удочками с полуразвалившейся пристани, просто балдеют в тенёчке под деревьями, созерцая синее небо над головою, а ближе к вечеру — жгут костры и предаются блуду под кустиком толпы микрорайоновского люда: солидные мужики с брюшком и в семейных трусах, вечно озабоченные домохозяйки с детишками, юркая пацанва в плавках и с обгорелыми носами, ну и всякая босота, где уж нынче без них — «синяки», наркоманы, бомжи, проститутки, карточные шулера, да мало ли кто ещё…

Под пиво и водочку здесь регулярно насилуют, обворовывают, грабят, квасят друг другу файсы, иногда даже — и убивают…

В общем, коса — повод для постоянной головной боли у нашего райотделовского начальства. Хоть и вовсе запрети людям появляться здесь!.. Но запретить, к сожалению, нельзя — нет законных оснований… Мирное всё ж таки время, и — не «запретная зона», в конце концов…

Не раз пыталось руководство устроить здесь постоянное дежурство сотрудников РОВД, «для профилактики», но ведь людей вечно не хватает, личный состав — далеко не безразмерный, и его на все подобные объекты не растянешь…

Кроме того, по мнению наших подполковников и майоров, посланные на пляж по служебной надобности кадры самым быстрейшим образом будут там морально разлагаться, и без вышестоящего постоянного присмотра сразу же сопьются, скурвятся, сойдутся с проститутками и нахватаются от них венерических болячек… А потом, с горя удвоенно назюзюкавшись, с пьяных глаз откроют по мирному населению огонь на поражение из табельного оружия!..

Эти гады — молодые опера, следаки, участки — они ж все такие сволочи!.. Ни одному из них до конца нет веры… Так что если и появляются наши сотрудники на косе, то — редко и эпизодически, в основном — в тёмное время суток, или же по какому-то совершенно особенному и вескому поводу!.. Ну а бандиты и просто некультурные люди — пользуются этим, и творят свои чёрные делишки: напиваются, дерутся, насилуют, и вовсю
безобразничают…

…Первомайское солнышко в прошлом году вроде бы согрело после холодного апреля, но тут же наступило очередное похолодание, — впору зимнее из кладовки обратно доставать. Особенно зябко было по утрам…

В одну из таких ранних утренних пор некто Аверьянов из расположенного невдалеке от косы дома №34 по улице Малахитовой заявился на берег водоёма, наловить рыбёшки на завтрак своему коту.

У пристани, где он обычно пробовал удачи, ему в этот раз почему-то не приглянулось, и он двинулся по косе, выискивая место получше. Нашёл подходящий спуск к воде, пробрался к самому берегу сквозь кустарник. Размотал леску на удочке, насадил на крючок червячка, закинул в воду — и тут только обратил внимание на ком тряпья, плавающий на мелководье метрах в двух от берега…

Что вообразил наблюдательный мужичонка — неведомо, но наверняка померещилась ему возможность нагреть руку на случайно попавшем в воду чужом барахле.

Торопливо скинул обувь, закатал штанины, и, войдя в прохладную воду и ёжась, двинулся к таинственному предмету. Крепко ухватил его обеими руками, резко приподнял… Из воды медленно, как в фильме ужасов с замедленной съёмкой, всплыло мёртвое женское лицо с длинными волосами, прилипшими к щекам и скулам.

Аверьянов не был готов к такому ужастику…

«А-а-а-а-а-а-а!» — завопил он визгливо, не узнав собственного голоса, отшвырнул от себя страшную находку, и пулей выскочил на берег. Оставив удочку и обувь, забыв даже опустить мокрые штанины, помчался от берега
в сторону жилмассива, желая только одного: убежать подальше и спрятаться, забыть, никому ничего не говорить, сделать вид, что ничего и не видел…

Но за деревьями случайно повстречался Аверьянову человек в милицейской форме. То был вовсе и не мент, на самом деле, а сотрудник вневедомственной охраны одного из коммерческих банков, спешащий на автостоянку, чтобы ехать на работу. Но Аверьянову померещилось что перед ним чуть ли не наиглавнейший мент города, и его вдруг прорвало.

   Он завопил, тыкая пальцам за свою спину: «Там!.. В воде!.. Труп!..»

И механизм правосудия со скрипом закрутил своими шестерёнками, заскрежетал, заработал…

В 6.45 к береговой лини подкатил вызванный банковским охранником по «мобилке» милицейский «уазик» с оперативниками, а чуть позднее подкатили следователь прокуратуры, судмедэксперт, эксперт-криминалист. Ещё позже подкатили различными автомобилями наши начальники: начальник районного угро, начальник РОВД, замначальника горУВД, ещё парочка каких-то геморроев в погонах…

Из воды на берег был вынесен тело молодой женщины (на вид — 18-20 лет), крашенной блондинки, ухоженной и со вкусом одетой. Труп был явно криминальный: затылок проломлен, на шее — верёвочная петля и следы удушения, к концу верёвки прикреплён камень, придерживающий голову под водой. (Видимо, планировалось вытолкать тело на глубоководье и затопить, но что-то преступникам помешало).

По заключению судмедэксперта, смерть наступила несколько часов назад, скорее всего — около полуночи или чуть раньше. Причём хоть женщине пробили череп, а затем ещё и душили, но в воду она попала ещё живой, и смерть наступила от утопления.

Остатки спермы в анальном отверстии свидетельствовали, что незадолго до смерти убитая имела половое сношение.

На пальцах трупа сохранились два золотых кольца, а в ушах – золотые серёжки, и дорогостоящая одежда вроде бы осталась целой, — убийство явно было совершенно не из корыстных побуждений…

Следов борьбы или преследования на берегу не было, но чуть поодаль, у деревьев, нашли следы крови (позднее определили, что она принадлежала убитой), и песок взрыхлён, словно там лежало тело. А от того места и до самой воды — длинный след волочения тела…

Никаких документов при убитой не обнаружили. Но её фото поместили в городской «Вечёрке», и уже на следующий день нам стали названивать в райотдел узнавшие покойную граждане.

…Итак — Скворцова Алла Николаевна, 19-ти лет (7-го мая, то есть на следующий день после обнаружения тела, у неё как раз был день рождения!), сотрудница салона эротического массажа «Эсмерадльда», что на Солнечном бульваре, в самом центре нашего города.

Множество таких «околомассажных» салонов, саун и прочих «точек» существует в Энске, самой разной направленности: от открыто-порнушных, являющихся лишь чуток прикрытой формой дешёвоог борделя, до чисто «медицинских», без всякого разврата, где клиента массажируют точно по науке, без балды, а что у некоторых во время массажа происходит эрекция и выброс спермы в специально подставленный стаканчик, — ну так то его личное дело!.. Оргазмить во время лечебной процедуры никому не запретишь…

«Эсмеральда» была «полукровкой»: далеко не самая респектабельная из подобных массаж-точек, но и не публичный дом, а так, серёдка на половинку… Размещался салон на первом этаже кирпичного дома старой, ещё дореволюционной постройки, в помещении бывшей парикмахерской, в своё время приватизированной её коллективом, а затем преобразованной под новое, куда более доходное занятие…

Пять массажных кабинетов, десятка полтора работающих в две смены утомлённо-грудастеньких девочек в белых халатиках, уютные кушеточки под белоснежными простынями…

Рассказываю об этом так подробно, потому что на следующий день после опознания трупа именно мне Дубок поручил съездить на место работы убиенной, и собрать о неё как можно больше материала.

До этого про найденный на косе женский труп я, конечно же, слышал, но лично никакого участия в развернувшихся следственно-оперативных мероприятиях не принимал, занятый надоедливой, но обязательной к исполнению текучкой (отрабатывал пару торгующих наркотой «ям»), а теперь вот дошла очередь и до меня…

Вообще же мокрухи обычно расследуют практически всем оперским коллективом. Просто на одних, постоянно помогающих следователю операх,
лежит основная часть н6агрузки, а другие лишь исполняют какие-то разовые поручения, докладывая потом о результатах стоящему в центре расследования начальству… Но так или иначе, а отметиться в продолжающемся достаточно долго расследовании убийства успевает практически каждый. Меня могли бы «загрузить» тем или иным материалом по этой мокрухе и на 3-й день, и на 33-й, но вот — загрузили на вторые сутки…

А я — что?.. Пешка!.. Куда пошлют – туда и следую… И мне по фиг, чем заниматься по службе, лишь бы трудовой стаж засчитывался, зарплата шла, и не висело бы над головою вредное начальство…

Тем более, что в эротические салоны я раньше как-то не захаживал, так что и самому было интересно… Спешил туда с удовольствием!..

Глава 20. Эротический салон «Эсмеральда»

…Салоном «Эсмеральда» заправляла бойкая бандерша: толстый слой косметики на «общепитовской» физиономии, морщинистая шея, хронически недовольный взгляд…. Раньше она заведовала тут же парикмахерской, и не пронесись над страной могучие вихри перемен – под её придирчивым руководством до сих пор бы здесь стригли и брили наших волосатых сограждан… Но Время рванулось, в рыночную экономику, и она чутко шагнула вслед за эпохой… Нужен нашим людям платный секс?.. Удовлетворим потребность народа!.. Зарабатывать же на жизнь как-то надо…

По случаю визита сотрудника правоохранительных органов салон временно закрыли. Я собрал в одном из помещений бандершей с полудюжиной её хихикающих и строящих глазки «душке-менту» девочек, и повел деловой разговор о Скворцовой, её морально-политическом облике и ближайшем окружении.

Бандерша о гибели своей сотрудницы уже знала (одной из первых, увидев фото в «Вечёрке», позвонила по 0-2), и в начале беседы дала ей весьма положительную характеристику: «Работящая, честная, душевная, пользовалась огромным уважением в коллективе… Мы в ней души не чаяли, а теперь и не знаем, как же без неё будем работать и получать прибыль?!.»

Но в дальнейшем, то ли забыв предыдущие откровения, то ли сочтя свой долг перед покойной полностью исполненным, и решив рассказать «товарищу следователю» (мне, то есть — обыватели не замечают разницу между следователем и опером) всю могущую помочь в поисках убийц правду, директриса салона описала Аллу Скворцову несколько иначе: «Лентяйка, хамка, редкостная сволочь… Ты ей слово — она тебе десять, ты ей десять — она и по морде может врезать, представляете?!.»

К концу же беседы, совсем распалившись, мадам не совсем своевременно вспомнила множество причинённых ей Скворцовой в прошлом обид (мелких и покрупнее), даже заявив громогласно, что таких мерзавок у себя в коллективе она больше не потерпит, и буквально завтра же поставит вопрос о немедленном увольнении «этой сучки» за то-то и то-то!..

Похлопав ресницами, я кротко напомнил руководящей даме, что Скворцова и так уж отовсюду уволена Всевышним…

«А, ну да…ну да… Конечно!..» — спохватилась строгая начальница, и скороговоркой тут же уточнила, что, разумеется, «человеком Аллочка была замечательнейшим, работала с самоотдачей, и клиенты были ею очень довольны… А что у неё были и маленькие недостатки, — так у кого их нет?..»

Далее, уединившись с каждой из девочек в отдельном кабинетике, я поговорил со всеми ими, узнавая их мнение о погибшей.

(В скобках: как женщины все они мне решительно не понравились: какие-то «ношенные», не первой свежести, с каким-либо крошечным, но обязательно бросающимся в глаза изъяном. Та – прыщава, эта — скуласта, у тех — кожа лица нездорового цвета, а у этих — слишком мясистые ягодицы, или чересчур отвисшие груди… Пожалуй, самым смазливым из них я б рискнул отдаться за хорошую плату, но чтобы ещё и не они платили мне, а я — им?!. Свят-свят-свят!..

И понятно, почему Скворцову не увольняли — на фоне прочих она смотрелась Примадонной!.. Уйдёт такая — половина клиентов разбежится, вот и приходилось терпеть её хамство, лень, и что угодно ещё…

Если честно, подбор бандершей кадров «массажисток» удивлял: неужто не видит, что всучивает потребителям вторсырьё?!. Но потом просёк: ТАКАЯ ошибок не делает, раз набрала подобный хлам — значит, ей это выгодно!..

Примы — они ведь капризны, и требуют себе много бабла. А дурнушки — непритязательны, согласятся и на полцены сексуалить… Клиенту же только в первые минуты неприятно, что щекочет его яишню какая-то «крокодильша», а потом, когда забалдеет и кайфово глазки закатит — ему в принципе уж всё равно…

Так что не стал я рисовать бандерше свои грандиозные планы расширения и совершенствования её бизнеса, а всё-таки вслушался внимательно в то, что мне бело-хапалатистые массажистки про Скворцову рассказывали…

Как ни странно, свою более красивую и сексапильную товарку девочки ничуть не оплёвали. Напротив — отзывались о ней с неподдельным уважением и сочувствием: «Добрая…», «Когда в загашнике лишняя копейка есть — всегда готова поделиться…», «А что некоторым козлам пристаючим сказала пару ласковых — ну так козлы же… Иначе с ними и нельзя!.. «, «Иногда вообще такой гад попадётся, что так бы на месте его и задушила!…» — и говорившая это массажистка зажигательно шевельнула в разрезе халатика невыразительной грудью, показывая, как душила б наглого клиента, плотно прижав к его лицу свой бюст…

Одна из девиц и вовсе озадачила меня: в самый разгар нашей деловой беседы без малейших предисловий и поводов взяла да и положила тёплую ладонь на мои брюки, аккурат над моим интимным хозяйством. Не сексуально озабоченный я подросток, чтоб от таких дурацких шуточек брыкаться, да и вообще — человек воспитанный и ко многому терпимый… Потому — сделал вид, что ничего особенного не происходит, и продолжал задавать свои вопросы. Но когда она, вконец оборзев, начала профессионально оглаживать умелыми пальчиками мою выпуклость, я не выдержал, и…. Впрочем, не хочу больше об этом и говорить!..

Причины достаточно длительного по здешним меркам (почти год) сотрудничества Скворцовой с «Эсмеральдой» девочки объяснили так: бандершу она устраивала тем, что не требовала повышения оклада (а не требовала потому, что, по дружному мнению девочек, у неё были ещё какие-то побочные, достаточно высокие доходы!)… Аллу же именно этот салон устраивал тем, что в оформленных официальных бумагах он, оказывается, проходил по разряду «медицинских заведений», и давал ей право на трудовой стаж по специальности, так много значащий при поступлении в медицинский вуз, куда Скворцова пыталась поступить в прошлом году, и куда намеревалась поступать в году нынешнем…

Но как массажистка она, опять таки по объективному суждению девочек, была не очень… Разумеется, не ленилась, и все положенное по прейскуранту отрабатывала по полной программе, но чтоб – с огоньком, со старанием… Чтоб вовремя языком где надо лизнуть, или простонать страстно… Чтоб сказать мужчине столь ценимое им: «Какой ОН у тебя — огромный!..», или: «Как мне было хорошо с тобою!», — такого не было и в помине…

Клиентов салона она обслуживала только телом, а её душа всегда оставалась для них запретной зоной… Ну а наш мужик – такого не любит!.. Ему, неуверенному в своих силах и комплексующему, нужно, чтоб купленная им на время женщина изобразила какие-то чувства к нему… чуть не любовь!.. Он хочет получить максимум удовольствий за каждую потраченную им копейку, а Алла — ничего не изображала… В постели — бревно бревном, одним словом!..

И ещё в один голос рассказали девчонки, что хоть была Скворцова доброй и человечной, но в свои сердечные тайны никого не посвящала, закрыв душу от посторонних… Чем она жила «вне службы», что её волновало и радовало, к чему стремилась, как планировала свою будущую жизнь – никто и понятия не имел.

Знали только, что она увлекалась спортом, а именно — восточными единоборствами… Одна из девиц даже вспомнила, что в начале года .Алла поступила на платные курсы телохранителей!.. Среди здешних простушек с типично кухонным кругозором и образом мышления такие наклонности были экзотикой, но относились здесь к увлечению подружки беззлобно, нераздражённо, типа: «у каждого в голове — свои тараканы…»

…Вот и всё стоящее, что мне удалось узнать.

Начальнику угрозыска в качестве чего-то существенного я смог принести лишь длинный список обиженных Скворцовой за последние месяцы клиентов: того публично обозвала вонючим импотентом, этому – плюнула в лицо за попытку сунуть её руку под халатик (за бабло здесь разрешалось и не такое, но он хотел на халяву, а это — шалишь!), ещё кому-то, уплатившему положенное, и удостоенному «оральным массажем», она во время оной процедуры прикусила кое-что своими остренькими зубками, причём — не случайно, а в отместку за некую произнесённую им в её адрес вульгарность…. Да так сильно клацнула челюстями, что чуть ли не «скорую» пришлось вызывать!..

Разумеется, комментировать эти собранные мною факты я не стал, — не намекать же майору своими «разжёвываниями», что он – полный придурок, не умеющий мыслить самостоятельно… Но из приведённых мною фактов сама собою вытекала следующая версия: клиент, обиженный шлюхой, через какое-то время подстерёг её на косе, сперва — трахнул в попу, а потом — убил…

Но по глазам Дубка я заметил, что эта версия его не «зацепила»… Да и впрямь: что-то мало примеров кругом, чтоб клиенты мочили проституток за пару лишних укусов или произнесённую невпопад грубость… Дурные у нас люди, тупые даже… Но – не до такой же степени!..

Однако чем-то мой доклад начальнику угрозыска понравился… Он давно уж присматривался ко мне, чуя мои наклонности к психологизму, умение разбираться в людях и понять движущие ими потаённые пружинки, а затем — нажать на них в нужную угрозыску сторону…

Дубок уже просёк, видимо, что эта мокруха — не из стандартных. Привычным набором наших приёмов и методов её не раскрыть, во всяком случае – быстро… И при её расследовании понадобятся люди, способные работать тонко и «штучно»…

«С завтрашнего дня плотно займёшься этим убийством!» — терпеливо дослушав мой доклад до конца, объявил начальник угрозыска.

Я пожал плечами. Надо так надо… Что прикажут мне – то и сделаю!..

Вот так я оказался в самом эпицентре расследования.

…Побывав на парочке оперативок, и ознакомившись с папкой ОРД, вошёл в курс дела. Мои товарищи — опера поработали по разным направлениям, и кое-что из собранной ими информации показалось мне важным и многозначительным…

Глава 21. Биография убитой

Алла Скворцова родилась в меленьком, расположенном в 25 километрах от Энска шахтёрском посёлке со странным названием «Прямое Ухо». Два года назад, как уже рассказывалось, приехала в областной центр, поступать в медицинскую Академию, но на вступительных экзаменах провалилась, недобрав два балла. Возвращаться в родную глухомань по понятным причинам не хотела, вот и решила любой ценой «зацепиться» за крупный город, с его большими возможностями, и, осев здесь на некоторое время, набрать жизненного опыта и веса, а уж затем, возможно, нацелить свою судьбу ещё дальше, — в столицу или в то же зарубежье…

Некоторое время отработала юная Аллочка лаборанткой в том самом медицинском вузе, куда хотела поступить. (Подсказали умные люди, что, набрав трудовой стаж «по специальности», она значительно улучшит свои шансы на будущих повторных вступительных экзаменах в этот же вуз…) Но тут у неё, по слухам, вышел некий конфликт с одним из преподавателей… То ли чего-то не того из затребованного им она ему дала, то ли совсем не дала ему того, чего он домогался… Так или иначе, но он написал жалобу на имя завкафедры, и слишком бойкую на язык лаборантку уволили «по собственному»…

Каким образом после этого Алла оказалась в «Эсмеральде» — ума не приложу. Ведь все, знавшие её по коротенькому «лаборантскому» периоду её жизни, отзывались о ней как о негулящей и чуть ли не целомудренной особе, а тут нате — «эротическая массажистка»!..

Но предполагаю так: вначале она ничего подобного не планировала, и в Эсмеральду» её занесло ради «медицинского стажа», — в принципе она и рассчитывала заниматься там только массажем… Но а там всё само собою закрутилось… Сказав «а», трудно потом не сказать «б», есть внутренняя логика поступков и обстоятельств… Выход-то у неё, конечно же, был — вернуться в родной посёлок. Но возвращаться она не хотела, поэтому на самом деле никакого иного выхода у неё и не было!..

Ну да. она могла ещё устроиться на работу, секретаршей в какой-нибудь офис. По сути — та же проституция, но только обслуживаешь лишь «своих» непосредственных шефов, и платят за это — гроши… А если уж и быть шлюхой — то пусть хоть и платят как шлюхе, а не как добропорядочной секретарше!..

Полагаю, что некоторые минусы своего нынешнего положения Скворцова воспринимала как вынужденное и временное неудобство, — как те же менструации, например… Да, неудобно и неприятно по первому же требованию брать в рот или подставлять зад любому оплатившему твой «труд» кретину. Но — надо терпеть!.. Нет разумной альтернативы… И когда-нибудь же всё это — закончится!..

Но что крепко возненавидела Алла сильный пол как таковой за своё полуторагодичное сотрудничество с «Эсмеральдой» — это факт… Мужики приходили в салон (или же заказывали Аллочку на дом, сути дела это не меняет), — жирнотелые, потные, мокрогубые, вонючие, такие противные… Многие из них считались (и считали себя!) прекрасными семьянинами, имели чудных жён и детишек, уважались коллегами и друзьями, пользовались немалым общественным весом и уважением… А наедине с шалавой — раскрывались во всей неприглядной красе своих жалких душонок!.. И все были такими… Все!..

Любая проститутка слишком хорошо знает мужчин, чтобы уважать их… И так трудно из-за этого найти себе что-либо настоящее, стоящее, годящееся в постоянные спутники жизни…

…Разочаровалась .Алла не только в «козлах-производителях», но и в нашем современном обществе. Оттуда, из Прямого Уха, жизнь в крупном мегаполисе виделась ей такою, какой изображали её газеты и ТВ — яркой, интересной, насыщенной значительными делами и крупными Личностями… На самом же деле здесь было абсолютно то же, что и в родном посёлке: грязь людских душ, помноженная на подлость современной эпохи… Самые святые слова использовались лишь для прикрытия чего-то низменного и омерзительного, а стало быть — ничего святого в мире не было и вовсе…

Утверждающие обратное — попросту лгали, стараясь извлечь из этого вранья лично для себя какую-то материальную выгоду…

Всё взрослое население делилось на умных и дураков. Дураки, не понимая законы этого мира, беспомощно плыли по течению. Одни из них при этом изображали из себя «честных», хотя были всего лишь жалкими неудачниками, другие же творили всякий гнус «по мелкому», не решаясь рискнуть и пойти на крупную акцию…

Ну а умные — пытались ухватить от бытия кусок побольше, при этом каждый, выбирав себе подходящую нишу в жизни, затем жил по диктуемым этим местом в общественном устройстве законам.

Эти законы были жестоки и подлы, но всех, кто не желал им следовать — неизменно отбрасывало на обочину, где они становились всё теми же неудачниками… Разумному человеку роль простофили и нытика не приемлема, смерть — и то предпочтительней… Но ещё лучше – не валять дурака, а ухватить за хвост птицу удачи!.. А для этого — соблюдать всё те законы общей игры… Нет выхода из этого лабиринта жизни!..

…Таков был созданный по рассказам близкого окружения Скворцовой её психологический портрет, убедительно объясняющий и её поведение в последние годы, и её трагический финал…

Она не хотела быть изгоем, ей хотелось стать значительной, влиятельной, ГЛАВНОЙ… Будучи молодой женщиной, она не обладала необходимой для самоутверждения физической силой, и каждый крепкий мужчина мог обидеть её… А она не хотела, чтобы её обижали…

Нет, не так сформулировал… По жизни её обижали многие и часто, но то были вынужденные, санкционированные ею самой обиды, ценой которых она обеспечивала себе и определённый достаток, и возможности для дальнейших маневрирования… А вот неразрешённых, не допущенных ею, не оплаченных ей сполна обид — она терпеть не желала, и потому всячески старалась укрепить и усовершенствовать свою боевую мощь и самодостаточность.

Уже в Энск она приехала, неплохо разбираясь в теории восточных единоборств, во всех этих «каратэ» и «у-шу», а при случае, облачившись в спортивный халатик, могла и зрелищно попинать воздух пяткой с гортанными выкриками..

В Энске она сразу же вступила в секцию каратэ при спортивном обществе «Буревестник», и дважды в неделю на протяжении последних полутора лет ходила сюда на занятия.

Неплохо владела ударами ножом и палкой, разбиралась во многих системах оружия, стреляла почти по-снайперски (во всяком случае, по отзывам знающих людей — вполне добротно)…

В кружок телохранителей даже записалась… И впрямь собиралась стать дамой — охранницей… Или, может — лишь шлифовала здесь свои профессиональные навыки, готовясь к чему-то совсем другому?..

Толковый телохранитель — это не только (и даже не столько) тот, кто умеет стрелять и драться… Нет, крепкая охрана обязана видеть ситуацию, и предугадывать её возможные в будущем обострения… Тут учишься маневренности, обостряешь интуицию, обретаешь чутьё на подвохи, засады, подставы и нападения…

Своеобразно сочетание подобных качеств с образом шлюшки мелкого пошиба, не так ли?..

…Так что не слабонервную и малоспособную тёлку завалили в ту ночь на косе, а закаленного бойца, — пусть ещё и недостаточно опытного, но решительного, физически подготовленного, долго готовящегося именно к передрягам подобного рода, и прекрасно знающегося, как выпутываться из самых безнадёжных ситуаций…

…Почему же Скворцова погибла?.. Почему она дала себя убить?..

Оказался ли её противник более высок по уровню подготовки, или же ей просто не повезло?.. А может, она пала жертвой подлого предательства?..

Во всём этом нам и предстояло разобраться.

Продолжение следует

Владимир КУЗЕМКО, для УК

Читайте также: