«Русский мир» мародеров: Грабеж без прикрытия и угрозы «отрезать головы»

Оторванная башня танка по пути в Циркуны. Фото: Ольга Мусафирова

В конце апреля Всеукраинская аграрная рада (ВАР) сообщила о том, что оккупанты присваивают имущество фермерских хозяйств, вывозят продукцию со складов, силой заставляют сотрудников работать. Тем, кто отказывается, угрожают физической расправой.

В идании «Новая газета. Европа» выяснили, как сегодня живут фермеры оккупированной Херсонской области.

Грабеж без прикрытия и угрозы «отрезать головы»

— Группы вооруженных чеченцев, которые называют себя «кадыровцами», вошли на территорию моих хозяйств в Геническом районе [Херсонской области] 11−12 апреля, — рассказал Альберт Черепаха, собственник сельскохозяйственных предприятий «Агро-Співдружність» и «Співдружність-Південь».

По словам агрария, на балансе его предприятия 20 тысяч гектар земли, основные базы в селах Чонгар, Червоное, Павловка. Пришедшие на его фермы вооруженные люди заявили, что все имущество предприятия теперь принадлежит им. Руководителей подразделений предупредили, что в случае каких-либо имущественных потерь, им отрежут головы. Альберт Черепаха подчеркнул, что захватчиками руководит сепаратист Сейтумер Ниметуллаев, бывший глава Генического района, сбежавший в Крым в 2014 году. Сегодня работников предприятия силой заставляют работать на оккупантов. Захватчики стали руководить производственными процессами на предприятии, требуют провести посевную и подготовить заявку на необходимые для этого материалы. Одновременно они стали вывозить и продавать продукцию, которая хранилась на складах.

Бывший глава Генического района Сейтумер Ниметуллаев. Скриншот YouTube

— Оккупанты массово вывозят зерно с временно захваченных территорий, — заявил Николай Сокольский, министр аграрной политики и продовольствия Украины. — Эту информацию мы получаем из разных источников. 400-500 тысяч тонн они уже отправили в направлении Крыма. Это большой бизнес, который курируют люди, совсем не те, которые просто воровали телевизоры из супермаркетов. Очевидно, что этим занимаются представители спецслужб страны-агрессора, высшие эшелоны военных. Все корабли, идущие из Севастополя, это корабли, нагруженные украинским краденым зерном. Были случаи, на которые отреагировал наш МИД, и некоторые корабли разворачивали из Египта и других стран. Украинская прокуратура уже начала уголовные производства. Также ведем работу, чтобы это зерно можно было арестовывать и продавать с помощью наших западных партнеров.

По словам министра, фермеры продолжают по мере возможности обрабатывать свои земли, так как они привыкли работать и морально им в трудовых заботах проще переживать оккупацию.

В целом украинская посевная кампания проходит медленнее на 20-30%, но аграрии делают все, что могут.

Кроме зерна, захватчики вывезли десятки тысяч тонн подсолнечного масла, сотни килограммов овощей, сельскохозяйственную технику и химию из Херсонской, Запорожской, Луганской, Донецкой областей.

— Мы зафиксировали факты воровства сельскохозяйственной техники, — рассказал Тарас Высоцкий, заместитель министра агрополитики и продовольствия Украины. — У нас в основном современные машины, на них стоят датчики GPS, по которым видно, что технику увезли на территорию Крыма и РФ.

По словам Тараса Высоцкого россияне пытались продать украденную продукцию в третьи страны, но при помощи Министерства внутренних дел Украины и стран-партнеров большинство сделок удалось заблокировать, так что, скорее всего, награбленное будет реализовано на внутреннем российском рынке.

Русские солдаты торгуют соляркой и воруют зерно

— В нашем фермерском хозяйстве земли около 600 гектар, — рассказал «Новой газете. Европа» Сергей (имя изменено в целях безопасности героя — прим. авт.), предприниматель из Горностаевского района Херсонской области. — Сейчас мы находимся под оккупацией. В своем хозяйстве мы выращиваем, в основном, пшеницу, ячмень, сою. Наша жизнь резко изменилась 24 февраля. Из хорошего на сегодня только то, что фермеры стараются сеять и продолжать работать по мере возможности. Из плохого: дефицит топлива. Топливо завозят с Крыма перекупщики. Так же есть случаи, когда его продают русские солдаты, сливают со своих боевых машин. Вся сельхозтехника на дизельном топливе. Покупаем у барыг по 45-50 гривен (1,5-1,6 евро) за литр. Цена меняется постоянно, сложно что-то прогнозировать и просчитывать. Кстати, на подконтрольной Украине территории на заправках цена 67 гривен (2,2 евро) за литр. Так что у русских, везущих горючее из Крыма, получается дешевле. Но редкий предприниматель захочет платить оккупанту. Важно понимать, что цены меняются постоянно.

Этой весной министр сельского хозяйства Украины рекомендовал не сеять на оккупированной территории, но работу в сельском хозяйстве нельзя просто взять и одномоментно остановить. Это целый процесс: выращивания какой-либо культуры занимает ни много ни мало целый год, начиная от подготовки земли и заканчивая сбором урожая. Из 600 га предприятия Сергея примерно 400 га было засеяно озимыми культурами, и их невозможно бросить.

— Что касается свободных земель, то на часть из них у нас заблаговременно был закуплен посевной материал, — объясняет фермер. — Не оставим же мы нашу обработанную землю под бурьяны. Конечно, засеем. Не удастся собрать — беда, и это наш риск. Кроме того, земли арендованы, они в собственности других людей, нам нужно оплачивать аренду. Есть надежда, что мы сможем рассчитаться той же пшеницей, если не будет возможности ее продать. Или мы сможем выдавить масло из подсолнечника, и им будем рассчитываться.

Еще одна серьезная проблема, с которой столкнулись фермеры на оккупированных территориях, — это отсутствие химии и средств защиты растений от болезней и от вредителей. Их практически нет.

Фото: unsplash.com

А если и удается найти, то стоимость выше в 3-4 раза, чем была до войны. Какие-то остатки на складах, какие-то спекулятивные поставки — это все, что удается найти.

Проблема предпринимателей Херсонщины еще и в том, что они не могут возить свою продукцию на экспорт, запрещен ее вывоз и на территорию, подконтрольную Украине. Хотя в начале весны в Крыму появились херсонские овощи и зелень. По мнению Сергея, речь не столько об украденном урожае, сколько о тех фермерах, которые приспособились к изменившимся условиям жизни и торгуют на полуострове.

— То, что вывезли зерно, — это правда, — говорит наш собеседник. — Элеваторы в Новоалексеевке, в Константиновке, в Малой Лепетихе и другие полностью опустошили российские военные. Зерно было украдено, никаких денег за него не платили. По разной информации фермерам, у которых еще есть запасы, предлагают сегодня по 100 долларов за тонну пшеницы и ячменя. И по 7 тысяч гривен (230 евро) за тонну подсолнечника.

Перед войной мы продавали пшеницу и ячмень по 250-300 долларов за тонну, подсолнечник — 600-700 долларов за тонну.

Предположительно, фермерские хозяйства положили зерно на хранение в элеваторы, чтобы продать весной.

— Нам нужны деньги, чтобы рассчитываться с людьми за аренду, покупать ту же солярку и химию, — продолжает Сергей. — Это так называемый «производственный ресурс», который является гарантией дальнейшей бесперебойной работы предприятия. И у многих его попросту забрали. Теперь кто-то не сможет провести посевную из-за недостачи ресурса, кто-то не сможет рассчитаться с партнерами. Это очень сильный удар для хозяйств.

Кадирівська «еліта» краде навіть у своїх соратників-окупантів (аудіо)

Путь к вымиранию села

— Основная масса наших земель — орошаемые, — рассказывает херсонский фермер. — Сейчас нам не дают воду, поэтому сою, которую мы обычно выращивали, в этом году мы даже не сеем, без большого количества воды ее невозможно вырастить. Перспективы с водой совершенно туманны. Вся вода закачивалась в магистральные каналы из Днепра. Подъем воды от уровня реки до места, где мы ее забираем, 70 метров. Для этого нужны электромоторы, которые нагнетают давление и поднимают воду вверх.

Потом другие моторы закачивают воду в систему, и уже ее мы подключаем к оросительной машине. Сегодня каналы стоят полупустые, воду туда никто не закачивает. Мы платили за то количество кубов, которое использовали. Разовый полив одного гектара в прошлом году стоил 1000 гривен (33 евро). В этом году у нас нет возможности поливать. Ходят разные слухи, что воду дадут, а когда — непонятно.

Сельское хозяйство в Херсоне до спецоперации. Фото: propozitsiya.com

Херсонская область — это регион оросительного земледелия. Бывают годы, когда сгорает абсолютно все, и урожай минимальный. Возможность полива была крепким козырем в руках фермеров, а сегодня они его лишены. То, что была взорвана плотина и русские захватчики пустили воду по Северо-Крымскому каналу в Крым на Херсонщине не отразилось.

Воды достаточно. Проблема теперь в том, что некому заполнять каналы — система, до войны работавшая бесперебойно, сегодня разрушена.

Сельское хозяйство — локомотив Украины, на нем держались многие отрасли, начиная от производства поливочных механизмов и материалов до пластика, опрыскивателей и много другого. Для села фермер — это главный спонсор. Если сейчас фермерам не дадут возможности работать, это потянет за собой очень много проблем. Бюджеты общин формировались на 70 процентов из налогов и платежей по аренде сельскохозяйственных земель, в этом году эти финансовые поступления будут утрачены. Все это скажется на зарплате людям, на электро- и водообеспечении сельских поселений и многом другом.

— Если ничего не изменится в ближайшее время, это станет путем к вымиранию села как явления, — уверен Сергей. — Если этот год станет неудачным в финансовом плане для фермерских хозяйств — никто не говорит уже о заработке, лишь бы не обанкротиться и иметь возможность в будущем году обрабатывать поля — сельское хозяйства будет откинуто в своем развитии на много десятилетий назад. Мы сегодня едва справляемся с навалившимися трудностями. Налички нет, банки не работают на территории Херсонской области, счета организации заблокированы, мы даже не можем снять даже то, что есть у нас на счету. Те наличные деньги, что были у фермеров, — это и есть вся финансовая «подушка» предприятия на сегодня.

На Херсонщине есть еще и маленькие фермерские хозяйства, у которых остались полные склады зерновых, но в условиях оккупации они не могут ничего продать. Когда приезжают российские военные, они говорят: «Если хотите, продавайте по 100 долларов. Или подождите еще совсем немного, и мы у вас его бесплатно заберем».

— Абсолютно все предприятия и фермерские хозяйства проверяются, — говорит фермер. — Заезжает военная техника. Непосредственно к нам приезжали около полусотни солдат на БТРах и «Тиграх».

Обыскали каждый уголок. Ничего не забрали, общались более-менее культурно. Но в любом случае обыск — это стресс.

Ситуация с сельским хозяйством в Украине сегодня критическая. Фермерские хозяйства создавались не одно десятилетие. По словам Сергея, только последние три года его организация стала что-то зарабатывать, до этого приходилось только вкладываться. Появились деньги на развитие, обновлялся автопарк и покупалось новое оборудование.

— Мы планировали в этом году ставить новые оросительные машины, — продолжает предприниматель. — Те, которыми мы пользуемся, сделаны еще при Советском союзе. То есть у нас все было наработано, только-только все наладилось, и мы стали развиваться, как нас в один день лишили всего. Ежегодно мы вкладываем в каждый гектар по тысяче долларов, это полный цикл: от обработки земли до сбора урожая. То есть на этот год мы уже вложили в наши 600 га — 600 тысяч долларов. Также проблема с техникой. Если что-то ломается, негде купить запчасти и негде ремонтировать. Конечно, пытаемся ремонтировать на месте тем, что есть, но это возможно лишь с мелкими поломками. Если происходит что-то серьезное, техника просто стоит. Также проблема в том, что большинство нашего автопарка — это современная импортная техника, но у России, которая оккупировала нашу область, таких запчастей нет и в связи с санкциями уже и не будет.

Эхо войны

Большинство полей Херсонщины по левому берегу Днепра заминировано. Трактористы боятся выезжать. Плодородные земли порастают бурьяном. Эта ситуация не на один год, к обработке этих полей возвращаться нужно будет постепенно и долго. По словам Сергея, еще не так давно они выкапывали на своих полях мины и снаряды Второй мировой войны.

— Есть случаи воровства минеральных удобрений, было украдено около 500 тонн (примерная стоимость 500 тысяч долларов), — говорит предприниматель. — Не факт, что все это вывезли на территорию РФ. Возможно, это же удобрение попадет на рынок теперь через барыг. Также есть агрохолдинги в Каховском районе, которые работают с русскими, говорят, что-то перепадает и им. Коллаборанты сами ездят по фермерам (такой случай известен в Ивановском районе) и предлагают вчерашним коллегам сдать поля в субаренду, объясняя, что тем, кто поддерживает свою страну, работать все равно не дадут, а так они хоть какие-то копейки получат.

— Есть случаи, когда российские военные похищают собственников и руководителей крупных агрохозяйств, потом заставляют их самих себя за большие деньги выкупать из тюрьмы, — продолжает Сергей. — По области стоят блокпосты, есть Росгвардия, отряды милиции ЛДНР. Среди оккупантов есть те, которые разговаривают на украинском языке. Они объясняют, что не хотели сюда ехать. Один рассказывал, что работал в шахте в Донецке, после работы шел домой, его забрали в армию и привезли в Херсон, ему эта война даром не нужна. А есть те, кто говорит: мы жили на Донбассе плохо восемь лет, теперь вы тоже будете плохо жить.

Автор: Ольга Васильева;  «Новая газета. Европа»

Читайте также: