Здравствуйте, я – угонщик! Исповедь профессионального автоугонщика

Его жизнь могла бы закончиться трагедией, но усилием воли он сумел обмануть судьбу и вернуться к людям. Тонким резиновым шлангом он перетянул руку, зубами ухватил конец жгута, «поработал» кистью. Игла тяжело прошила задубевшую вену, он надавил на поршень и сразу же почувствовал облегчение. Наркотик попал в кровь, стало «отпускать»… Это время он вспоминает сейчас, как страшный сон.

Здравствуйте, я – угонщик!

Мы познакомились случайно. Я сел писать детективный роман из жизни угонщиков, но фактуры, а точнее характеров персонажей, мне не хватало. Не доставало специфики, аромата темы. И я обратился к своему приятелю – важняку из МУРа: помоги, сведи с человеком…

Мой товарищ обещал подумать. Все-таки просьба не совсем обычная – познакомить писателя с реальным угонщиком. Да еще с таким, который согласится рассказать о секретах профессионального «мастерства».

Я начал работу, и даже подзабыл о своей просьбе. Как вдруг у меня дома раздался телефонный звонок:

— Николай? Вы хотели поговорить про угоны. Если не раздумали, я готов встретиться…

Я, конечно, не раздумал. Через час мы сидели в кафе у метро «Пражская». В том самом спальном районе, где начиналась биография Паши Кардана, как называли его подельники и опера с Петровки, для которых он был «болевой точкой» и серьезной проблемой.

Мой собеседник, который и стал позже главным героем детектива, не производил впечатления какой-то инфернальной личности: среднего роста, худощавый, живой, слегка косноязычно, но очень четко и быстро формулирующий любую мысль. Позже я узнал еще одно его «золотое» качество. Кардан был мастером на все руки. Он мог разобраться во всем, причем для этого ему требовался минимум времени.

Он за несколько секунд исправлял бытовую технику, легко давал вторую жизнь смесителям и фенам, сам делал классный евроремонт, причем такой, что даже специалисты не верили, что работу выполнял не профи, а самый обыкновенный любитель. Но главный его талант – автомобили, в которых он разбирался как опытный мастер сервисного центра. В этом Кардан был профессором или волшебником – как вам больше нравится.

Однажды в лютый мороз он за считанные минуты на моих глазах установил и устранил поломку в электронной начинке «ауди». Между прочим, такой ремонт в сервисном центре потребовал бы длительного тестирования, и затем не менее длительной работы. А мои доисторические «Жигули» он и вовсе чинил… по телефону. Если у меня случалась беда, я звонил и описывал симптомы «болезни», а Паша сразу же называл причины поломки и давал указания, как ее исправить.

Но в тот вечер я об этом не знал. И разговор поначалу шел вокруг да около. Пока, наконец, мы, поговорив друг с другом, не поняли, что найдем общий язык. После этого вечер перерос в дружбу, которая длится и по сей день.

…Он родился в старом районе Москвы – на Плющихе. Семья была благополучной. Отец – заместитель директора театра, мать – завсекцией обувного магазина в Сокольниках. Дом – полная чаша, мальчик с детства не знал отказа ни в чем, его любили и баловали.

Сначала Паша учился хорошо, но в старших классах начались проблемы. Почему? Вероятно потому, что ему слишком просто все давалось: и науки, и расположение одноклассников. Закончив занятия школе, он не садился за учебники, как большинство его сверстников – класс-то выпускной! Саша садился в кресло своего мотоцикла и, выкрутив газ, с ревом мчался по улицам Москвы. Впереди были вечер и ночь, со всеми их соблазнами и развлечениями.

По вечерам над ресторанами

В институт он поступил усилиями родителей, но учиться не захотел. Прогулы, задолженности и в итоге – отчисление за неуспеваемость. От армии он «закосил», и пошел работать – ну, конечно же! – в автосервис. Работал на знаменитой в те времена Варшавке – единственном профильном техцентре «Жигулей». А поскольку в те времена – шел пятый год перестройки, «Жигули» оставались мечтой большинства сограждан, то Варшавка была своего рода клубом, элитным местом, где можно было и заработать, и завести нужные связи, и увидеть людей, чьи лица мелькают на экранах телевизоров.

Впрочем, последнее обстоятельство Пашу не слишком вдохновляло. Его главной задачей было заработать побольше денег и жить на всю катушку. Через несколько месяцев он раскатывал на престижной восьмой модели «Жигулей». После смены Паша Кардан — такую кликуху он получил из-за того, что его никто не мог представить без автомобиля — мчался домой. Автослесарь быстро переодевался, брызгал на себя любимым одеколоном «Саваш» и, превратившись в денди, ехал на Новый Арбат. Ресторан «Арбатский», бар «Метелица», кафе на втором этаже кинотеатра «Октябрь» — там он стал завсегдатаем и желанным гостем. Особенно для местных красоток, которыми славились эти заповедники сладкой жизни…

Постепенно он стал культовой личностью этих заведений. С ним здоровались официантки, бармены знали его вкус – перемешать, но не взбалтывать, а девицы, среди которых фаворитки менялись почти каждую неделю, не чаяли в нем души. Так продолжалось до тех пор, пока он не попал в поле зрения солнцевских, которые контролировали и Новый Арбат, и все, что приносило там прибыль.

— Началось все с пустяка, – вспоминал потом Паша. – Сначала подсели серьезные парни. Я о них слышал, но не боялся никаких для себя последствий. Им дорогу я не перебегал, общих интересов не было. Но ребят я явно недооценил. Выпили, добавили, ребята предложили проехать с ними к кому-то на дачу. Я согласился, у меня на другой день была вечерняя смена. Приехали в Малаховку. Там продолжили, я даже не понял, как и почему я согласился «попробовать». Так я впервые узнал, что такое винт.

Сначала ему не понравилось. Точнее, он не сумел ничего почувствовать, так как был вдребезги пьян. Но немного позже, дня через два, когда к нему подошли те же парни, он отказаться уже не смог. Укололся в туалете «Метелицы», и ощутил то, что потом надолго стало для него желанным и любимым – настоящий кайф… Потом недели помчались одна за другой. Как трассирующие пули в ночи. Он не успевал следить за временем, зато за ним очень внимательно следили его новые знакомые. И в один прекрасный день они объявили: хватит весело жить за наш счет, да и должок пора бы отработать!

— Выяснилось, что винтом меня потчевали не за спасибо, — вздыхает Кардан, — мне выкатили счет – три тысячи рублей. По тем временам, даже для мастера техцентра, это сумма огромная. Я приуныл, мои новые друзья это заметили и предложили: «Можешь отдать не деньгами. Отработай, ты же профи». И сделали мне выгодное предложение.

Кардан покоряет Москву

Не буду подробно останавливаться на похождениях Кардана. Не ради этого я взялся рассказать историю его жизни. Но несколькими штрихами все же нарисую криминальную биографию героя.

Он подсел на винт – так называют одну из разновидностей наркотика, который является производным медицинского препарата первитина. Сидел на игле плотно. Об этом позаботились его «доброжелатели» — новые знакомые из «Метелицы». А поскольку сладкая жизнь, с «приправой» из винта, стоила недешево – не хватало даже левых заработков в техцентре, ему пришлось освоить новую и опасную профессию угонщика автомобилей.

Сколько машин он умыкнул – история умалчивает. Да и сам Паша не слишком охотно об этом вспоминает. Тем более что когда мы с ним познакомились, он по честному завязал. Двух ходок по профильной статье «угоны автотранспортных средств» из-за которых он вычеркнул добрых семь лет своей жизни, ему хватило с лихвой. Да и жизнь преподнесла ему очередной урок.

Отец не вынес того. Что единственный сын оказался уголовником. Он умер от сердечного приступа прямо на работе. Да и мать стала болеть, слегла и не вставала почти два года – перенесла инсульт и так и не оправилась после него, умерла на руках у Паши. Вот тогда он и задумался: а что же дальше?

Здесь нужно оговориться – он не был персонажем из криминальной хроники или сериала «Улицы разбитых фонарей». На кривую дорожку его толкнуло то, что он сидел на игле. И, хотя зона наложила отпечаток на многое в его поведении и манерах, Кардан, как это ни парадоксально звучит, оставался мальчиком из интеллигентной семьи. И не зная некоторые страницы его биографии, о двух судимостях, умении за несколько секунд вскрыть и завести машину без ключей, догадаться было невозможно. Между тем, о его лихих похождениях рассказывали анекдоты.

Одной из любимых шуток Кардана была игра в кошки-мышки с гаишниками. Если он был в настроении, то сажал рядом с собой подружек, подъезжал к «Метелице» и, на глазах у потерявшего дар речи от такой наглости инспектора, разворачивался через осевую… Начиналась погоня, в которой гаишник почти всегда проигрывал. Так, как знал Москву Паша, с ее светофорами, проходными дворами, узкими подворотнями и темными переулками, не знал ни один гаишник. Правда, были исключения.

— Как-то поздней осенью решил поразвлечься, — вспоминает Паша. – Около десяти вечера стартанул от «Арбата». За мной как обычно патрульная машина с «мигалкой». Я, конечно, оторвался. И он бы меня никогда не нашел, если бы не капризы погоды. Пошел легкий снежок и след протектора привел инспекторов в тихий арбатский дворик, где я пережидал шум покуривая «винстон».

— Чем же все закончилось?

— А чем обычно и заканчивается. Решили вопрос на месте, служивые ведь тоже люди…

Тут нарколог не поможет

Но все эти милые «шалости» в тот момент его уже нисколько не радовали. Оставшись один, он начал всерьез задумываться: а что дальше, как жить одному? Кардан работал на автосервисе, где его очень ценили как специалиста с золотыми руками. Он легко вошел в современный ритм жизни, в два счета освоил компьютер, какое то время увлекался фотографией, потом с головой ушел Интернет. Но я чувствовал, что мой приятель тоскует. Тем более что многие его друзья женились, воспитывали детей, рассказывали ему о своих маленьких обывательских радостях.

Не подумайте, что у Кардана не было личной жизни. Чем-чем, а вниманием женского пола он обделен никогда не был. Но все его барышни, я это хорошо видел, являлись чем-то вроде привычной интерент-игры. Всерьез он к ним не относился, и уже тем более не задумывался о том, чтобы заводить семью.

Как-то мы пили чай на кухне. И неожиданно я услышал:

— У тебя нет знакомого нарколога?

Я хорошо знал о Пашиной беде, и не удивился вопросу. А он продолжил:

— Можешь узнать: если человек наркозависим, что ждет его ребенка? И вообще, можно ли заводить детей наркоману?

Вопросы я выяснил, все объяснил приятелю. Он ничего комментировать не стал, а я с расспросами не лез. Позже разговор забылся, как вдруг поздно вечером мне позвонил Паша: «Давай встретимся, очень нужно!» Я сел в машину, и через полчаса мы разговаривали у него на кухне.

Таким Кардана я никогда не видел. Ему было очень плохо. Он то спокойно о чем-то рассуждал, то срывался на крик, эмоционально, со слезой в голосе, доказывая мне общеизвестные истины. У него была ломка… Вскоре я собрался домой, он пошел меня проводить. И тут мне все стало ясно:

— Я встретил женщину. Такого со мной никогда не было. Я готов для нее на все, и о семье думаю. Но ведь ты знаешь… Пытаюсь соскочить, видишь что происходит? Как ты думаешь, получится?

Признаюсь, я не слишком верил в успех, хотя тогда горячо поддержал товарища, постарался найти нужные слова. Но знаете, наверное я недооценивал Кардана. Талантливый человек, а он таким несомненно являлся, всегда может удивить. Но на этот раз он меня поразил. Паша не только соскочил, он стал отцом, любящим мужем и сейчас живет полноценной жизнью.

…Наверное, такое случается редко. Даже очень редко. Но признаться, мне все равно. Пусть даже подобные истории в практической медицине встречаются один раз на тысячу. Потому что произошло это с моим товарищем, который приняв осознанное решение, выстрадал его, пройдя муки ломки и сомнений, вырвался из порочной петли, и доказал, что он — достойный человек.

При перепечатке данной статьи или ее цитировании ссылка: «Газета «Вечерняя Москва»» на первоисточник обязательна.

Николай МОДЕСТОВ, «Вечерняя Москва» 

Читайте также: