Войну мы встретили безоружными

Сейчас украинская армия тестирует государство и общество на нравственную и физическую пригодность. Сможем защитить себя, сможем — все остальное.  Остатки и неликвиды вооруженных сил, доставшиеся Украине после «честного» раздела имущества СССР, армией назвать было сложно.

Во-первых, они были русско-советским наследием, начиная от покроя шинели и заканчивая сословным делением на высшие и низшие чины.

Во-вторых, все нужное и важное прибрала к рукам правопреемница дела Романовых и Сталина. В-третьих, сама военная структура, подходившая для агрессивной шестой части суши, локальному украинскому государству была обузой. К сожалению, в далеких от нас 90-х не нашлось людей, способных критически оценить бесполезные арсеналы армейского вторсырья и обветшалые военные доктрины. Обществом овладели пацифистские настроения и реальные угрозы, даже после конфликта на косе Тузла, считались маловероятными.

Вражеская команда военачальников, пришедшая к управлению военным ведомством в черные бело-голубые времена, завершила процесс его самоликвидации. Войну мы встретили, безоружными, схожими на селян западной Волыни перед солдатами Наполеона. В сфере обороны страна оказалась отброшенной назад, как ни в одной другой отрасли. Вместо наведения на цели «беспилотников» и ракет с лазерными системами, наши защитники отечества рыли лопатами окопы и пытались пристреливать по танкам АКМы 1962 года выпуска.

Теперь для возвращения в XXI век предстоит милитаризовать сознание общества и вывести государственные институты из миролюбивого сна, где одни дружественные соседи принимают нас в НАТО, а другие выдают себя за братьев. Увы, опасности военного столкновения с авторитарным востоком будут только нарастать.

На могиле Путина еще прозвучат клятвы о продолжении маневров и «учений» в Украине, а для вступления в Североатлантический блок понадобится иметь собственную военную силу.Первый шаг к созданию украинской армии мы уже сделали, избавившись от иллюзий и обнаружив себя и врага без камуфляжа и маскировочных сетей пропаганды. Но пора делать и следующие. Очевидно, Украина не сможет перейти к контрактным принципам комплектования ВС.

Вопрос не только в нехватке денег. Дело в протяженности границ с Российской Федерацией. Организовать систему безопасности на линии в почти 3,5 тыс. км (включая Приднестровье и Белоруссию — военных союзников РФ) невозможно без участия наших граждан, проживающих на этих территориях.Сегодня между народом и армией стоят военные комиссариаты — органы, созданные советской системой для мобилизации населения и призыва юношей на военную службу.

Они — инструмент обеспечения военной повинности, и неплохо справлялись со своей ролью в тоталитарном государстве. Военкоматы получали доступ к человеческим ресурсам, где бы они ни находились: в городе, селе, институте, на предприятии. Теперь же рудимент старой жизни не справляется с новой ролью Частный бизнес, отмена института прописки и демократизация общества сделали военкоматы схожими с охотниками за головами времен, героев фильма «Фанфан-Тюльпан». Офицеры этой конторы мечутся в поисках рекрутов.

Те же, скрываясь от призыва, шифруют свое место жительства и меняют номера мобильного телефона. Все просто. Как бы громко мы ни скандировали «Народ и армия — едины», какие бы суммы ни жертвовали на оборону, взаимоотношения вооруженных сил и общества должны быть исправлены на уровне государственной политики.

Не прилично офицерам разыскивать по хатам парней для службы, а тем прятаться зайцами в полях.Но, прежде чем говорить на щекотливую тему долга и условий его выполнения, стоит найти подсказки во времени, когда мирный уклад жизни меняется на военный. Для одного человека — это момент призыва, для региона — система мероприятий командования и местных властей — мобилизация.В начале лета этого года Одесский аэропорт, объект повышенного внимания противника, почти месяц был не защищен.

Не сработали штабы и местные власти. Да и не могли сработать, потому, что система оперативного взаимодействия местной администрации и расположенных на ее территории войск, никогда не испытывалась даже на уровне оповещения. Думаю, и сегодня главы государственных администраций не оценивают мобилизационные ресурсы своих регионов и уровень боевой готовности дислоцированных там войск.

Пока они руководствуются остатками старой системы, а до новой руки не доходили. Просчеты на мобилизационных направлениях мультиплицировались на призывных. Почему, непригодные по здоровью и военной подготовке юнцы, не хотевшие служить в армии, вдруг оказались на передовой вместо профессионально подготовленных и добровольно пришедших в военкоматы офицеров?

Парадокс для постороннего взгляда, не является неожиданностью для человека из системы. Военкомат и воинские части действуют по утвержденным инструкциям и законам и не могут призвать и вооружить всех желающих, а тем более сформировать новую «штатно-организационную» структуру в армии. Если бы у нас были законодательно утвержденные мобилизационные планы на разные случаи угроз, и расширенные по ним до правительственного уровня полномочия Генштаба, тогда другое дело. Но психология непротивления злу проникла во все поры общественной системы.

Она устраивала всех «косивших» от армии и, кто косил саму армию. Сознательно или не сознательно мы убирали военные аспекты из экономики и политики. Путинская Россия, стимулировавшая этот процесс, в то же время, пробудила страну от сладкого пацифистского сна. В школах начали осознавать пользу уроков по первому оказанию медицинской помощи. В институтах обнаружилась несостоятельность военных кафедр, заменяющих нужных солдат на бесполезных офицеров запаса. В государственном аппарате возникли мысли о реорганизации всего военно-политического уклада жизни.

Пора мира за наш счет подошла к концу.Все мы начали осознавать нарастающую потребность в защите страны. Сейчас не важна форма реализации желаний. Конечно, лучше и дешевле строить вооруженные силы с НАТО. Но готовясь к вступлению в оборонный союз, не стоит расслабляться, лучше порох держать сухим.

Армия не только организация, укомплектованная техникой, вооружением и личным составом. Это, в какой-то мере, частица каждого из нас. В ней наши надежды на спокойную жизнь, наши дети, наши налоги и наши эмоции. Медики и психологи знают: чувство опасности мобилизует силы здорового организма, и напротив, подавляет больных телом и душой. Сейчас украинская армия тестирует государство и общество на нравственную и физическую пригодность. Сможем защитить себя, сможем все остальное.

Автор: Александр Прилипко, ДЕНЬ

Читайте также: