Побег из секс-рабства

«Требуются девушки с хорошей внешностью для хорошо оплачиваемой работы официанткой в Лондоне (Великобритания). 1,5-2 тыс. фунтов стерлингов в месяц», — с такого объявления в газете началась поездка Инги (все имена умышленно изменены по этическим соображениям. – Прим. ред.) как говорили работодатели в «столицу мира» – Лондон. Только работа девушки состояла не в разносе еды или даже мойки посуды, а, подчинившись насилию, в торговле своим телом. Красивые сказки

Ради справедливости стоит отметить, что эта история произошла не в этом и не в прошлом году. Наша героиня попала в рабство на рубеже вступления Литвы в Евросоюз, но только сейчас у Инги стала потихоньку налаживаться жизнь. Спустя почти пять лет после побега из рабства.

Но обо всем по порядку. Инга родилась и прожила большую часть жизни в одном из маленьких городков неподалеку от Клайпеды. Сразу после школы девушка перебралась в портовый город в надежде найти нормально оплачиваемую работу. Поступать в университет не было ни возможности, ни желания.

После длительного поиска Инга нашла работу официанткой в одном из баров Клайпеды. Жилье снимала вместе с двумя подружками, которые поступили в университет и продолжали учиться.

Примерно через неделю после начала работы на девушку обратил внимание один из постоянных посетителей бара. Эвалдас стал оказывать знаки внимания Инге. Несмотря на разницу в 16 лет, девушка позволяла за собой ухаживать и, по собственному признанию, сама увлеклась уже не молодым кавалером.

— В своей родной деревне я такого отношения к себе никогда не встречала, — вспоминает сейчас Инга. – Конечно, мне было приятно и ужасно льстило, что он всегда старался дождаться окончания моей смены, а если были дела, то обязательно заезжал ко мне после работы. Дарил цветы, говорил комплименты, приводил в свою компанию и представлял друзьям.

Так продолжалось около месяца, пока на одной из вечеринок в компании Эвалдаса Ингу не познакомили с Рутой, 27-летней девушкой модельной внешности. Она сразу очень понравилась Инге. Во-первых, Инга сама всегда мечтала выглядеть настоящей светской дамой, в модной одежде и с дорогими украшениями. Во-вторых, Рута приняла Ингу как равную и весело болтала с ней на разные темы.

— Потом разговор плавно перешел на Лондон, откуда Рута приехала две недели назад, — рассказывала Инга. – Она рассказывала, что там невероятные возможности, и девушки с моей внешностью расхватываются хозяевами элитных ресторанов, становятся высокооплачиваемыми барменшами и официантками. А на выходные все они ездят отдохнуть то в Париж, то в Амстердам.

В общем, к концу посиделок Инга уже грезила уютными ресторанчиками старого Лондона и Елисейскими полями Парижа по выходным. Рута только подлила масла в огонь и подсунула газетный клочок с объявлением о высокооплачиваемой работе в Лондоне с зарплатой аж до 2 тыс. фунтов стерлингов, что по курсу в те дни составляло почти 10 тыс. литов.

— Она сказала, что если я буду звонить, то должна предупредить, что от нее, тогда, мол, все будет хорошо.

Английская западня

Все следующие встречи с Эвалдасом Инга только говорила про Европу, заработки и как бы ей хотелось устроить свою жизнь так же, как и Рута. Мужчина горячо поддерживал подругу и всячески одобрял ее порывы.

— Он говорил, что на моем месте если бы был девушкой, попробовал бы съездить на заработки. Говорил, что пока мои подружки учатся на никому не нужные специальности, я бы уже заработала и на квартиру, и на машину, — вспоминает девушка.

Сейчас она уже понимает, что все это было хорошо разыгранным спектаклем, которые перед ней сыграла целая группа людей.

Инга позвонила по телефону из объявления и договорилась о встрече. Ей пообещали, что не надо будет платить даже за авиабилет. Якобы работодатели в Англии сами заинтересованы в кадрах и все оплачивают – лишь бы она прибыла в Лондон.

Каким-то шестым чувством девушка не стала говорить родителям, куда едет и что собирается делать. Только сказала матери, что в следующий раз в гости приедет через три месяца, но будет обязательно звонить. Семья Инги не самая благополучная, тем более что помимо нее в родительском доме подрастали еще несколько сестер и два брата.

В аэропорту в Лондоне девушку встретил некий Григорий или Гоша, как его все называли. Ингу отвезли в кадровое агентство, где сидели выходцы из бывшего Союза – два русскоязычных, литовец и секретарша-болгарка. У девушки сразу забрали паспорт «для оформления социальных гарантий» и отправили на окраину Лондона, в одну из зон, где проживали в основном арабы, чернокожие и индусы.

— Какое-то беспокойство у меня появилось еще в офисе кадрового агентства. Этому Гоше позвонил кто-то на мобильный телефон, и он начал ругаться по-русски – я только поняла, что ему кто-то стал угрожать, а он начал смеяться, что ничего у звонившего не выйдет, потому, что он – Гоша, гражданин Великобритании, у него все «схвачено», а «ты шлюха-нелегалка и если не заткнешься, попадешь в миграционный отстойник и тебя депортируют без права въезда на пять лет».

Побег из рабства

В квартире на окраине города, куда привезли девушку, проживало, если так можно выразиться, девять человек – на 35 квадратных метрах. В основном это были украинки и русские. Была еще одна литовка, которая и рассказала Инге всю правду.

— Когда мне она рассказала, куда я попала и что должна буду делать, у меня земля из-под ног исчезла. Как я не упала в обморок – не знаю, — почти со слезами вспоминает девушка.

Собеседница Инги на судьбу не жаловалась, так как хорошо знала, на что едет. Хуже всего, по ее словам, было украинкам, которые вообще были бесправными. Видимо, с одной из них и говорил сутенер Гоша, когда угрожал депортацией. Если литовки попадали в Англию на легальном основании и без всяких виз, хоть и с печатью «студент, работа запрещена», на которую Инга по причине незнания английского не обратила внимания, то наши восточные соседи вообще скрываются и находятся в Лондоне абсолютно нелегально (при этом, как это не смешно, если бы не было грустно, с литовскими поддельными паспортами старого образца, которые, как оказалось, легче всего подделать). Поэтому угроза быть депортированным без права въезда на пять лет была реальной угрозой, которую девушки, несмотря на отчаянное положение, боялись, ибо продолжали надеяться, что освободятся от рабства и пойдут работать официантками, правда за 300-500 фунтов максимум. Пути назад не было.

— Всю ночь я провела в этой квартире и видела, как девушки уходят и приходят с работы. Это что-то ужасное. Рассказывали, что одна девушка попала в полицию, пыталась просить о помощи, но ее не понимали. От отчаяния она вскрыла себе вены прямо в туалете полицейского участка. Ее не спасли.

Нашей героине невероятно повезло. Если есть счастливые сценарии в такой ситуации, то он случился с Ингой. Во-первых, девушка по чисто провинциальной привычке в потайном кармане одежды спрятала двести долларов. Поэтому, когда еще в фирме Гоша сказал ей с паспортом отдать на оформление все деньги и, не дожидаясь ответа, выхватил сумочку с кошельком, в нем он обнаружил несколько мятых пятидесятилитовых купюр. Ну а дальше произошло и вовсе чудо…

— На следующий день меня привели в офис для «инструктажа». Во время разговора о том, как я должна себя вести, сколько приносить денег и что будет со мной, если я начну сопротивляться, по телефону Гоше кто-то позвонил. Звонок был, видимо, настолько важным, что он ушел говорить в другую комнату офиса.

Вероятно, рабовладельцы настолько безопасно себя чувствовали и считали, что все, кто к ним попадает — полностью деморализованы, что не боялись за поведение своих жертв. Иначе не объяснить, почему сутенер оставил в своем кабинете девушку без присмотра.

— Напряжение было таким, что я смутно помню, как встала со стула, дошла до стола Гоши и открыла первый ящик, куда вчера он положил мой паспорт, — говорила Инга.

Документ был на месте. Девушка его забрала и спрятала под одеждой.

— Когда он пришел, то начал меня расспрашивать, что случилось и почему я так ерзаю на стуле. Видимо, что-то заподозрил. Но свобода была так близко, что я нашла силы сыграть, что якобы волнуюсь. Он сказал, что лучше мне с ним дружить и тогда все будет хорошо, — вспоминала Инга.

Сутенер хотел стать этаким добрым папочкой, поэтому, сказав, что ждет Ингу через час в офисе «потому, что тебя надо одеть и купить шмотки», позволил погулять. У девушки был ровно час для принятия решения. Если бы она вернулась, то тайник с деньгами и паспорт был бы обнаружен, тогда возможности для побега точно бы не представилось. Поэтому Инга, предполагая, что рабовладельцы ни о чем не подозревают, так как полностью чувствуют свою власть (про паспорт-то не знают, а без него беглецы обычно возвращаются, хотя логика сутенера Гоши до сих пор загадка, ведь можно просто обратиться в полицию и без паспорта), выйдя из офиса, побежала куда глаза глядят. Девушка бежала, пока не увидела ближайший пункт обмена валюты.

Продажа людей продолжается

Еще двое суток Инга провела в Лондоне. Она не знала, как ей добраться до дому. На самолет денег не хватало, а где автовокзал и есть ли там рейсы до Литвы — спросить не могла. Обращаться в полицию боялась. После двух дней скитаний случайно встретила литовских гастарбайтеров, работающих на стройке, которые рассказали и показали, как добраться до вокзала.

Эта история больше похоже на сказку со счастливым концом. Инге ни разу не пришлось пройти через унижения. Уже в Литве у нее произошел нервный срыв. Несколько месяцев она не выходила из дома своих родителей – боялась, что ее найдут Эвалдас и Рута из Клайпеды. Родителям девушка ничего не сказала и они до сих пор не знают про приключения своей дочери.

Сейчас Инга живет в Вильнюсе у своего молодого человека, с которым познакомилась уже после этой страшной истории. Она поступила в университет и подрабатывает в курьерской службе. Девушка только сейчас начинает отходить от случившегося, несмотря на то, что ничего страшного в итоге с ней не случилось. В Клайпеде она после этого не была ни разу.

На прошлой неделе в Литве огласили количество людей, проданных в рабство. По данным вильнюсского бюро Международной миграционной организации, в 2005 году зарегистрировано 135 случаев продажи литовок в рабство. В 2006 году – 110 случаев. В прошлом – 56. Это только официально зарегистрированные случаи. Эксперты отмечают, что девушки часто никуда не обращаются и стараются забыть случившееся, как страшный сон – так же, как и Инга.

Чаще всего в рабство из Литвы продают в Великобританию, Испанию, Германию и Италию. Основной поток – девушки без образования в возрасте 17-23 лет. Большая часть из них не предполагает, чем им придется заниматься по приезду за рубеж.

Михаил Киселев, Литовский курьер

Читайте также: