Недоверие к гривне — недоверие к государству . Расплата — неизбежна

Вот уже два месяца, как все признали: «В стране кризис!» Банковскую систему лихорадит, да и не только ее. Однако до сих пор страна не увидела внятного и конкретного, заслуживающего доверия плана действий. Расплата за маниакальную настойчивость в надругательстве над собственной экономикой — неизбежна.

А все началось с Проминвестбанка.

В результате резкого оттока денег населения у банка возникли проблемы. НБУ выделил 5 млрд грн и ввел временную администрацию. Начались подобные проблемы и у других банков, при этом межбанковский кредитный рынок «умер». И 11 октября 2008 г. появилось Постановление № 319, которым запрещалось досрочное расторжение депозитов. С учетом происшедшей после этого девальвации национальной валюты население, да и не только, «кинули» в очередной раз. На этом реальные антикризисные меры фактически и закончились.

Да и привязка наличного курса доллара к официальному, совершенно не совпадающему с рыночным, полный нонсенс. Даже очевидного возобновления нормы об обязательной продаже валютной выручки до сих пор не произошло. Более того, регулятор, т. е. Нацбанк, даже не отслеживал дальнейшее использование средств, выделяемых конкретным банкам на рефинансирование. А выделено было порядка 40 млрд грн — сумма весьма внушительная.

В результате, если летом в НБУ говорили, что 2,5 UAH/USD это вполне реально, то сейчас Владимир Стельмах поспешил заявить, что Национальный банк считает уровень 7,4– 7,5 UAH/USD рыночной границей девальвации до конца 2008 г. и не планирует предпринимать дополнительные меры для ее удержания. «Я полагаю, рынок на этом остановится», — заявил г-н Стельмах. А этот рубеж достигнут уже сегодня.

И еще вопрос, остановится ли рынок. Согласно данным НБУ, его золотовалютные резервы в ноябре выросли более чем на $800 млн — до $32,7 млрд (на 28 ноября). Впрочем, произошел этот рост лишь благодаря поступлению первого транша кредита МВФ в $4,5 млрд. Без этого резервы снизились бы на 11,5% — до $28,4 млрд. А, как известно, условия подписанного с МВФ меморандума предусматривают минимальный уровень резервов в $26,7 млрд к концу года. Причем резервов чистых, т. е. без учета кредита МВФ. В ноябре было потрачено на интервенции на валютном рынке $3,4 млрд резервов. А до конца года еще месяц.

И тут же, 7 декабря, первый замглавы НБУ Анатолий Шаповалов пообещал: «На следующей неделе планируем провести интервенцию или валютный аукцион с целью закрепления позитивной тенденции», — и добавил: «Экономично обоснованный курс составляет 5,6–5,8 UAH/USD». Ну что тут сказать? Вот как на это ответил один банкир: «Я удивлен, что НБУ увидел тенденцию к укреплению.

Лишь приостановились темпы девальвации, но обратного движения нет. Рынок только нашел равновесие. И как только все начало стабилизироваться, Нацбанк снова хочет отпустить курс. Это все равно, что справлять малую нужду против ветра. Первые три секунды будет неплохо, а потом мы придем к 8,5 UAH/USD».

Далее: в пятницу, 5 декабря, НБУ принял постановление № 413, отменяющее антикризисное постановление № 319, т. е. якобы разрешил досрочно снимать деньги с депозитов, о чем все новостные каналы известили страну. Но в субботу, 6 декабря, банкиры и правление НБУ при участии представителей Всемирного банка и МВФ собрались на экстренное совещание. Банкиры были шокированы.

«Без вариантов. Сначала население должно успокоиться, и лишь после этого можно снимать мораторий. Еще рано говорить на эту тему», — сказал один из банкиров после утверждения постановления. Поэтому состояние любого (не только банкира) здравомыслящего финансиста можно мягко охарактеризовать как шоковое. А после совещания Нацбанк разослал очередное письмо, в котором говорится, что мораторий никто не отменял.

А даже наоборот — запрет остается. В пункте 2 нового документа НБУ обязал банки «принимать все необходимые меры по обеспечению позитивной динамики роста депозитов (прежде всего в национальной валюте) с целью недопущения досрочного возврата средств, размещенных вкладчиками». Как отметил один банкир, «НБУ переложил на плечи финансистов борьбу со снятием вкладов. Теперь банки будут самостоятельно преодолевать кризис».

 

Как справедливо заметил бывший зампредседателя правления НБУ Сергей Яременко, «прежде всего следует признать, что главная причина проблем Украины — в бездарном управлении. Расплата за маниакальную настойчивость в надругательстве над собственной экономикой была неизбежна. А мировой кризис только обнажил наши проблемы и усилил болевой эффект. Поэтому несправедливо отдавать авторское право на кризис в Украине мировым финансам, поскольку оно полностью принадлежит украинским властям».

Недоверие к национальной валюте фактически означает недоверие к государству и большие сомнения в том, что оно управляет ситуацией. На все это накладывается и политический кризис, который во многом оказывает влияние как на экономику, так и на финансы. Осень нынешнего года наглядно показала, что НБУ фактически оказался не в состоянии (или не очень-то хотел) справиться со своей ключевой функцией — обеспечением стабильности национальной денежной единицы.

И в сложившейся ситуации каждый будет выживать по-своему, но общее для всех — это уменьшение расходов. Конечно, все шансы выжить и при этом еще и заработать имеют крупные банки. Ведь проблему с привлечением капитала им решить гораздо проще, чем остальным, а это означает, что клиенты останутся с ними. И придут новые: те, которых не удержали другие.

Игорь Руденко, Контракты 

Читайте также: