Йемен превращается в очаг всемирного джихада

В Йемене – очередная вспышка гражданской войны. Правительственные войска сражаются с мятежными шиитами в северной провинции Саада. Сотни погибших, тысячи беженцев. Президент страны Али Абдалла Салех заявил, что ее вооруженные силы готовы бороться с шиитскими повстанцами так долго, как это необходимо, пока те не примут предложенные им условия прекращения огня. Но это только один из очагов военных действий на территории Йемена, хоть и самый крупный. К этому государству в западных СМИ уже прочно прикрепились эпитеты «пороховая бочка» и «второй Афганистан». 

Небольшая страна играет немалую роль во всемирном джихаде, здесь прочно укоренилась «Аль-Каида». Достаточно сказать, что в тюрьме «Гуантанамо» до сих пор находится около ста йеменцев, арестованных в Афганистане и Пакистане. А семейство бен Ладена происходит из йеменского рода Хадрамаута.

Мятеж в Сааде вспыхнул в 2004 году. Лидер повстанцев из шиитской секты зайдитов Абдул Малек аль-Хути заявляет: «Если бы правительство пересмотрело свою позицию и относилось бы к нам как к гражданам, имеющим определенные права… все было бы хорошо». А власти обвиняют мятежников в намерении восстановить зайдитский имамат, свергнутый во время революции 1962 года.

Все политические проблемы в стране имеют глубокие исторические и религиозные причины. Без экскурса в глубь веков в них не разобраться.

Страна прирожденных воинов – край нескончаемых и кровавых междоусобных столкновений. Правительственные войска ожидают нападения в любую минуту… 

Фото Reuters

 

НАСЛЕДИЕ ЗАЙДА

Брат пятого имама Мухаммеда аль-Бакира, умершего ровно через сто лет после Пророка, по имени Зайд почитаем только одной из ветвей шиизма, которая укрепилась в Йемене. Это был суровый воин, мечом прокладывавший дорогу к власти. И эта воинственность унаследована зайдитами. Добрую тысячу лет в Йемене властвовали имамы из династии Зайда. При это власть передавалась не прямому наследнику, а была выборной. Но на этом демократия кончалась, во всем остальном это была типичная восточная монархия. Последний, 121-й имам Мухаммад аль-Бадр недавно скончался в эмиграции в Лондоне. Выборов нового теократического лидера не предвидится.

Северный Йемен получил независимость в 1918 году, когда распалась Османская империя. В 1962 году после смерти короля (имама) Ахмеда власть захватили военные, провозгласившие Йеменскую Арабскую Республику, а наследник престола аль-Бадр отправился в изгнание. В 1967 году стал независимым Южный Йемен, бывший британский протекторат Аден. Здесь возникла Народно-Демократическая Республика Йемен (НДРЙ), руководители которой объявили себя марксистами. В результате они получили колоссальную помощь от Советского Союза, а СССР обрел военно-морскую базу в стратегически важном районе мира. Два Йемена ожесточенно воевали друг с другом, Москва же снабжала их вооружением.

Власти НДРЙ проводили антирелигиозную политику и на своей территории открыли ряд лагерей для подготовки арабских повстанцев под руководством инструкторов из соцстран. Здесь были обучены тысячи профессиональных диверсантов, агитаторов и организаторов, часть которых впоследствии влилась в ряды исламских террористов. Кстати, правая рука бен Ладена – аз-Завахири – в молодости тоже был марксистом.

Как только в конце 1980-х годов Советский Союз оказался не в состоянии оказывать материальную и военную помощь многочисленным «народным демократиям, избравшим путь социализма», два Йемена в 1990 году объединились. К тому времени там стали скапливаться ветераны Афганистана из арабских стран. Сами йеменцы тоже отметились в войне с «шурави». С благословения имамов в джихаде участвовало более трех тысяч жителей страны, в основном – северян.

В 1994 году бывшие лидеры НДРЙ и их сподвижники снова попытались отделить Юг от Севера. В короткой, но жестокой гражданской войне активное участие приняли арабские «афганцы», жестоко расправлявшиеся с «марксистами». Северян поддержал деньгами бен Ладен, он же посылал им в помощь оружие и иностранных добровольцев. Поэтому «Аль-Каиде» покровительствовали властные структуры.

ДВЕ «АЛЬ-КАИДЫ»

Впрочем, не все было гладко. Иностранные моджахеды рассчитывали занять высокие посты в йеменской армии, но ничего не получили. Они подняли мятеж, требуя как минимум свободы действий в Южном Йемене, но оказались побиты. Это, однако, не избавило страну от присутствия боевиков-чужеземцев. Бен Ладен открыл в провинции Саада несколько лагерей по подготовке моджахедов из разных государств. Йемен остается одним из центров международного исламского терроризма, стратегическим перевалочным пунктом для джихадистов всего мира.

Действует в связке с «Аль-Каидой» и местная «Исламская армия Адена-Абъяна» под руководством «афганца» Зайна аль-Абидана аль-Михдара. Самые известные совместные операции этих двух группировок – подрыв американского эсминца «Коул» в 2000 году и нападение отряда смертников на американское посольство в 2008 году. Периодически исламисты совершают теракты против сотрудников службы государственной безопасности и граждан западных стран.

В ноябре 2002 года власти смогли уничтожить местного лидера «Аль-Каиды» Абу Али Хариси (в прошлом телохранителя бен Ладена) в Марибе. Вожди местных племен расценили эту спецоперацию как покушение на их автономию и оказали вооруженное сопротивление. Позднее был арестован преемник Хариси Мухаммад Хамди аль-Ахдал. Это подорвало активность экстремистов в стране, но было чревато вялотекущей террористической войной против правительства. Тогда власть дала понять, что исламисты могут жить спокойно при условии, что откажутся от террористической деятельности на территории Йемена. На время наступило успокоение, в результате которого Йемен превратился в настоящий заповедник иностранных моджахедов.

Перемирие оказалось нарушено в 2006 году, когда из тюрьмы бежали 23 члена «Аль-Каиды». Многие считают, что им посодействовали сочувствующие из Службы политической безопасности Йемена. В июне 2007 года было объявлено о создании новой организации – «Аль-Каида в Йемене», – основу которой составили как раз беглые исламисты. К ним примкнули молодые ветераны Ирака. Надо отметить, что 17% иностранных боевиков в Ираке составляют йеменцы. Большинство из них не входит в экстремистские группировки и отправляется воевать по собственной инициативе из религиозного чувства. Нередко также добровольно они становятся смертниками.

2 июля 2007 года «Аль-Каида в Йемене» совершила первый теракт – к западу от Саны около древнего языческого храма смертник подорвал себя, убив восемь испанских туристов. Группировка взяла на прицел туристический сектор, дающий значительную часть валютных доходов страны. «Аль-Каида в Йемене» осудила прежнюю негласную договоренность «старых моджахедов» с властью, призвав их к борьбе, и потребовала от государства освободить из тюрем активистов «Аль-Каиды», не препятствовать отправке моджахедов в Ирак и отказаться от сотрудничества с США и их союзниками.

Президент Йемена Салех оказался в сложной обстановке. Он не может обойтись без помощи Вашингтона, но антиамериканские настроения сильны в армии и спецслужбах. Воевать с экстремистами невозможно, потому что у них родственные связи с представителями своих племен на высоких государственных должностях. Ему самому приходится расставлять своих родственников на ключевые должности в силовых структурах, а это вызывает недовольство других кланов…

Новое поколение исламистов в Йемене четко позиционирует себя как борцов за всемирный халифат. И это поколение становится все более влиятельным в исламском мире. Никаких переговоров с властями они не признают. Над рассуждениями о ликвидации бедности и неграмотности как основы экстремизма смеются, поскольку образование признают только исламское, а бедность, с их точки зрения, это всего лишь отсутствие западных излишеств.

ЛЮДИ С КИНЖАЛАМИ

Каждый йеменец – воин. Не зря обязательный атрибут национального костюма – кинжал джамбия. А в каждом доме на почетном месте – автомат Калашникова. В стране с населением в 22 млн. человек, по некоторым оценкам, на руках у этого самого населения до 50 млн. единиц огнестрельного оружия всех типов вплоть до пулеметов. Отчасти – это советское наследие. Вдобавок, от попытки построить социализм в Йемене сохранился также стойкий антиамериканизм и усиление влияния ислама как ответ на борьбу с религией.

Ислам – основа социальной жизни страны вот уже более тысячи лет. Родо-племенные отношения законсервированы религиозной традицией. Это единственное, что хоть как-то объединяет кланы, нередко враждующие друг с другом. Здесь традиционно строят дома в виде каменных башен-крепостей и не торопятся перенимать блага цивилизации. Вместе с тем йеменцы – гастарбайтеры арабского мира, массово выезжающие на заработки на стройки Саудовской Аравии, Кувейта, ОАЭ и других стран. Возвращаясь домой, они снова надевают национальный костюм и погружаются в размеренную средневековую жизнь, приняв из новинок цивилизации лишь автомат.

Йемен – самая бедная из арабских стран. Нефтяные запасы невелики, а население растет чудовищными темпами. Если сорок лет назад здесь жило всего несколько миллионов человек, то сейчас уже более 22 млн. Половина из них не старше 15 лет. В семьях по 6–7 детей. К 2025 году ожидается, что население практически удвоится, достигнув 40 млн. Уже сейчас 40–50% жителей относятся к категории бедняков, половина неграмотна, четверть не имеет работы. В стране дефицит пресной воды и продовольствия. Конфессиональный состав – до 50% составляют зайдиты, жители гор и пустынь, остальные – сунниты. Настоящая «пороховая бочка».

Пытаться установить здесь демократию западного типа – еще более бессмысленная задача, чем в Афганистане или Северо-Западном Пакистане. Племена воюют за землю, воду, пастбища и контроль над дорогами ради взимания дани. Похищают женщин и скот, берут в заложники туристов и легко расправляются с ними, в том числе с женщинами: убийство неверного – не грех.

Фактически гражданская война здесь не прекращалась никогда. Если племена не воюют с правительством, то воюют между собой. Фактически каждый мужчина здесь – готовый опытный воин. Если он еще и служил в армейском спецназе, то вербовщики сразу предлагают ему 100 долл. в день – умопомрачительные деньги в тех краях. Именно столько получали йеменцы в Чечне. Как правило, они там были не на рядовых должностях и сильно повлияли на идеологию местного джихада. Они стали главными проводниками идеи всемирного халифата в плане создания его составляющей – Кавказского халифата. Именно через них шли, а возможно, и сейчас продолжают поступать деньги от спонсоров из монархий Персидского залива.

УБИТЫХ – СОТНИ

Зайдиты долго считались религиозным меньшинством, составляя, по официальной оценке, 15% населения страны. Но реальной статистики в Йемене не существует, а сейчас эксперты говорят, что этот показатель колеблется между 30 и 50%, поскольку относят к зайдитам большую часть крестьян и всех жителей гор. Ничего удивительного, что шииты почувствовали силу и требуют своей доли во власти и бюджете. Воевать с ними в горах и штурмовать дома-крепости – дело сложное. Боевые действия, начавшиеся в 2004 году, закончились февральскими соглашениями 2008 года о прекращении огня, подписанными в столице Катара Дохе. Однако лидер мятежников Абдул Малек аль-Хути отказался сдать стратегические позиции в горах, и вооруженное противостояние продолжилось.

Ситуация обострилась летом нынешнего года. Военный патруль 24 июля попал в засаду в провинции Саада. Были убиты 4 военнослужащих и еще 4 ранены. Йеменские СМИ и власти очень дозируют информацию, поэтому не совсем понятно, почему 11 августа армия совершила массированные атаки на опорные пункты зайдитов. Вроде в ответ на обстрелы и нападения.

В тот же день Высший комитет по безопасности Йемена провел заседание, посвященное обсуждению ситуации в провинции Саада. В опубликованном после этого заявлении говорилось, что администрация провинции Саада уже не в силах сопротивляться натиску «хутистов». Если мятежники не прекратят свою террористическую и подрывную деятельность, йеменские власти нанесут по ним серьезный удар и накажут по закону.

12 августа правительство объявило, что дает мятежникам последний шанс. Если те покинут свои опорные пункты, прекратят подрывную деятельность, снимут блокаду с дорог, которые у них под контролем, возвратят все захваченное оборудование гражданского и военного назначения и освободят похищенных местных жителей, власти безоговорочно освободят всех заключенных мятежников. 26 августа Высший комитет по безопасности Йемена объявил, что разрывает соглашения, заключенные в Дохе, поскольку мятежники не ответили на предъявленные им условия прекращения огня. На них же возложили всю ответственность за поджоги и насилие в провинции Саада. 5 сентября правительство снова предложило перемирие, но сентябрь оказался месяцем самых кровавых боев. По официальным сводкам, в боях погибало по 19, 37, 64, а то и 150 мятежников в день. Поскольку в регионе нет представителей СМИ, а зайдиты не присутствуют в медиапространстве, реально ситуацию оценить невозможно. Известно лишь, что правительственные войска применяют танки, артиллерию и авиацию.

Власти страны обвиняют Иран в поддержке шиитских мятежников. Тегеран же призывает к мирному решению конфликта. Официальная Сана демонстрирует приверженность антииранской политике США и подменяет гражданской войной борьбу с исламским терроризмом. Вряд ли армии удастся войти в горы и нанести поражение воинственным горцам. Скорее всего, дело закончится новым соглашением о перемирии. Но власть президента Салеха за это время укрепится. И армии, занятой делом, не до антиправительственного мятежа. Суннитская «Аль-Каида» оказывается в двусмысленном положении: воевать с правительством – помогать шиитам.

Между тем в нынешнем году убийства полицейских и солдат происходили в провинции Абъян в Южном Йемене. В северной провинции Сана в июне была взята в заложники группа иностранцев, три женщины убиты. В июле в западной провинции Ходеда вспыхнул конфликт между племенами – убиты 11 человек. Таких столкновений в год происходит десятки, а убитые исчисляются сотнями. На этом фоне война с зайдитами не выглядит чем-то из ряда вон выходящим. Йемен уже превратился в страну вечной войны. Плохо, что она выплескивается за границы страны. И взять под контроль эту «бочку с порохом» не могут ни США, ни ООН, ни собственное правительство.

Виктор Мясников,  Независимое военное обозрение

Читайте также: