Людмила Литвинюк наказала Украину. За судебную волокиту

Людмила Литвинюк вытирает слезы, говоря о своей победе. Но не от радости. «Поймите, мне это слишком дорого далось, — говорит она. — Обидно за мои потерянные годы. Мне было 39, когда все началось, а сейчас 52 года, и это время вернуть невозможно». Двенадцать лет назад женщина попала в ДТП, одиннадцать из них потратила в судах, требуя компенсировать ей потерянный заработок. К слову, до сих пор точка в этом деле не поставлена. Зато недавно она выиграла дело в Европейском суде, требуя наказать собственное государство за судебную волокиту. Украина теперь обязана выплатить ей 2,4 тыс. евро морального ущерба. «Сейчас я вам зачитаю параграф, который позволил мне вообще подать это заявление…» — Людмила Антоновна листает брошюрку о Европейском суде, которую ей подарили несколько лет назад в Киеве. Сразу не находит и прикрывает глаза: читать ей трудно, один глаз почти ничего не видит, второй быстро устает от напряжения. Атрофию зрительных нервов женщина считает следствием старой травмы, которая каждый день напоминает о себе то головными болями, то усталостью, наступающей даже после незначительных физических усилий. Выходя из дома по делам на час-другой, она вынуждена потом несколько часов проводить в постели.

В 1995 году она считала себя сильной и деятельной женщиной, гордилась, что не стала, как другие, опускать руки, когда лишилась работы. Бывший экскурсовод вместе с подругой решила организовать турфирму и только начала ее раскручивать, отправляя туристов в Венгрию. Будущее казалось хоть и нелегким, но многообещающим.

В тот летний день Людмила Литвинюк ждала троллейбус на остановке — собиралась в больницу к маленькому сыну. Как именно она оказалась под машиной и кто в этом виноват, до сих пор выясняется в судах. Сама женщина очнулась уже в больнице. «Болела очень голова, мне потом рассказали, что у меня оказался содранным кусок кожи вместе с волосами, была черепно-мозговая травма, сильные ушибы, — вспоминает Людмила Антоновна. — Я думала, что уголовное дело по факту наезда заведут, но этого не случилось. Ко мне в больницу приходила водитель, предлагала решить все мирным путем, даже приносила бумагу, что я отказываюсь от претензий. Я такой документ подписывать не стала, передала маме, чтобы та сохранила «для истории». И когда вышла из больницы, немного окрепла — написала исковое заявление в суд: хотела, чтобы мне возместили затраты на лечение и компенсировали потерянный заработок за то время, что я вынужденно не работала».

Мать Людмилы Литвинюк, Мария Григорьевна, говорит, что сразу после ДТП ходила на предприятие, просила помочь чем могут, ведь единственным работавшим человеком в семье была дочь: «И знаете, что я услышала? Что она, дескать, без сознания, ей питания никакого не надо, поэтому и помогать нечем. Я ходила туда два раза, но зря…»

По словам Людмилы Литвинюк, суды превратились для нее в кошмар: женщина еще не окрепла после больницы, ей нельзя было волноваться, а заседания просто выматывали ее, она порой даже теряла сознание прямо в зале. И мать, и дочь утешали себя мыслью, что суды не могут длиться годами, но, оказывается, ошибались.

Суды выносили решения и определения, за ними следовали апелляционные жалобы, проводились новые судебно-бухгалтерские экспертизы, которые должны были оценить размеры выплат за нанесенный ущерб.

Идея обратиться в Европейский суд появилась после того, как Людмила Антоновна подала очередную жалобу. Один из юристов, выслушав вкратце ее историю, сказал, что это дело для Евросуда. Женщина удивилась: она слышала, что там принимают заявления только после того, как исчерпаны все меры защиты своих прав в родной стране, пройдены все судебные инстанции. Но, оказывается, можно пожаловаться на государство за судебную волокиту, если дело тянется годами. Этим-то параграфом и воспользовалась жительница Симферополя, составив самостоятельно заявление. Всю дальнейшую переписку со Страсбургом, которая заняла почти полтора года, она вела сама: говорит, что уже давно не доверяет никому. Женщина даже смогла разобраться с юридической нестыковкой: Украина подписала конвенцию о Евросуде только через два года после того, как случилось то самое злосчастное ДТП. И на этом основании представители государства поясняли Евросуду, что иск Литвинюк не должен рассматриваться. Но Людмила Антоновна привела достаточно аргументов для того, чтобы ее заявление в Евросуд было принято.

Нынешняя ее победа — с привкусом горечи. «Все эти годы я сама себе напоминала бездомную кошку, которую пинают все, кому не лень, таскают то за хвост, то за лапы, — говорит она. — Именно на это была похожа моя жизнь. То, что Евросуд принял решение в мою пользу, даже не радует, и легче мне не стало. Я привыкла проигрывать. Но все равно продолжала бороться: как в сказке про лягушку, которая барахталась в молоке и в конце концов сбила масло. А ведь моя борьба еще не закончена».

Наталья Дремова, Первая Крымская

Читайте также: