Наши бандиты в Белоруссии — поднялись, разбогатели и превратились в крутых авторитетов

В середине 90-х крымская братва чувствовала себя уже не так уверенно, как в начале. Некоторые бандиты подались прочь из Крыма — осваивать новые территории. Так, два друга-«башмака» рискнули, бросили все и уехали в Белоруссию. Успех рисковых любит: там крымские поднялись, разбогатели и превратились в крутых криминальных авторитетов. Однако в погоне за шальными деньгами стали лютыми врагами. 

Автор: ЮЛИЯ ИСРАФИЛОВА, Первая Крымская

Близнец подсказал…

История крымского бандитизма наверняка уже известна даже каждому современному школьнику. Думается, не стоит еще раз напоминать нашему читателю о том, что криминальное становление крымских ОПГ началось в конце 80-х — начале 90-х годов. Именно тогда и сформировались на полуострове такие сильные группировки, как «Башмаки» и «Сейлем», которые в результате бандитских войн вытеснили и истребили более мелкие и слабые преступные формирования.

Не секрет и то, что к середине 90-х и «Башмаки», и «Сейлем» понесли большие потери в битве за криминальную власть на полуострове. Так, к примеру, ОПГ «Башмаки» лишилась своего лидера Виктора Башмакова, который был убит в 1994 году. После смерти «пахана» оставшиеся в живых «башмаки» поняли, что, потеряв папу Витю, они стали более уязвимы для своих врагов, и заметно притихли.

Новые лидеры, конечно, не стали опускать руки и продолжили войну с «Сейлемом», а вот их подчиненные начали бороться за существование уже каждый по-своему. Одни легли на дно, другие подались в бега, третьи поставили на родном Крыме крест и попробовали освоить другие территории. О последних и пойдет наше сегодняшнее повествование.

«Башмаки» Симон Дынян и Олег Майский были малоизвестными в криминальных кругах личностями. Работали эти двое бок о бок в одной «башмаковской» бригаде. Считались бывалыми и вроде как даже заработали определенный авторитет в узких кругах: и пацанов в подчинении имели, и приказы им отдавали.

Промышляли разбоем, рэкетом, грабежами. Но основной «специализацией» Дыняна и Майского были нелегальные поставки крупных партий оружия своим браткам. Именно эта деятельность приносила двум товарищам неплохой доход. И все было сладко и гладко, пока не началась у «башмаков» серьезная война с «Сейлемом».

Несколько мощных боев между этими ОПГ, последовавших после смерти главного «башмака», оставили после себя горы трупов. Уцелевшая тогда майско-дыняновская братва разбежалась по норам зализывать раны. При таком положении дел будущее Дыняна и Майского рисовывалось далеко не радужным. Что было делать: смириться и податься в бега или сдаться врагу? Но был у товарищей и третий вариант — освоить новую территорию. Вот только какую?

Ответ на этот вопрос подсказал один белорусский урка по прозвищу Близнец, который отбывал срок в Крыму. После освобождения последнего заприметил Симон Дынян — увидел он в уголовнике «нормального пацана» и взял под свое крыло. Близнец оказался благодарным и, когда у благодетелей начались проблемы, подсказал, куда именно следует податься. Курс взяли на Беларусь. Аргументы Близнеца были убедительны: мол, «беляши» — народ скромный, им крутизны не хватает, авторитетов, поэтому надо ехать в Могилев и разворачивать там криминальную деятельность.

Белорусская «ссылка»

По прибытии в Могилев выяснилось, что не все так складно, как рассказывал Близнец. Были и тут свои авторитеты, которые подвигаться совсем не желали. Наши, конечно, сдались не сразу. Сначала попытались сколотить мини-банду из местных. Так, в рядах дыняно-майской бригады появился могилевчанин Игорь Бац, о чем последний очень скоро сильно пожалел. Местные авторитеты устроили нашим «шикарный» прием, в результате которого больше всего досталось Бацу: он с ножевыми ранениями попал в больницу.

Будучи понятливой, крымская бригада решила не дожидаться, когда местные еще раз попытаются объяснить, что они, дескать, загостились и надо бы покинуть Могилев. Прихватив Баца и Близнеца, Дынян и Майский обосновались в Минске. Почему именно здесь? Да потому что у Игоря Баца имелся здесь очень крутой и влиятельный родственник — некий Федор Климовский. С виду скромный госслужащий, но с такими связями! К примеру, очень приятельствовал он тогда с влиятельными работниками правоохранительных органов. Кстати, нынче его считают чуть ли не одним из лидеров теневой экономики Белоруссии.

Климовский оказался гостеприимным и принял Баца и его компанию как родных. Он выделил братве собственную виллу для проживания и вызвался помогать крымским во всех их «благих» начинаниях.

Итак, надежная «крыша» у наших появилась, но «крышевать» пока было нечего. Не одну неделю крымчане ломали голову над тем, чем заняться на новой территории. Разбои и вымогательство были слишком мелким и неприбыльным бизнесом для бывших «башмаков». В нелегальной продаже оружия здесь никто не нуждался — местных таких водилось хоть отбавляй, освобождать место, понятное дело, никто бы не стал.

Необходимо было искать иной источник дохода. В ходе мучительных размышлений и сбора информации его таки нашли. Майскому удалось установить контакты с представителями уголовной среды города, занимающимися криминальным автомобильным бизнесом. Быстро адаптировавшись, группировка начала практиковать различные его формы, вплоть до «реквизиции» машин на дорогах с применением «автостопа» — милицейской формы. Однако основных каналов добычи было два: «конфискация» автомобилей и перегон таких же темных машин из-за границы. Интересны нашим были только престижные иномарки.

Бизнес очень скоро наладился, авто пошли конвейером. «Крыша» работала превосходно, жизнь на вилле била ключом. Здесь проворачивались все сделки с представителями криминальных структур Белоруссии, России и Крыма. Побывали на даче и солнцевские, и кунцевские, и грузинские, и Бог еще знает какие мафиози. Здесь же по прибытии из-за границы отстаивались «засвеченные» машины, которые затем по поддельным документам сбывались другим преступным бригадам.

Но гладко все не бывает, деньги ведь тяжело зарабатываются. Случились здесь с нашими несколько неприятных историй, из которых, впрочем, они в итоге вышли достойно. К примеру, однажды одна не совсем удачная сделка с приехавшими на виллу «партнерами» незаметно переросла в перестрелку. Убитых не оказалось, но красавица «Вольво» вмиг превратилась в решето. Инцидент замяли: повторимся, «крыша» работала очень хорошо.

И вот другое тому подтверждение: одна деловая встреча Майского с местным уголовником закончилась для него печально. Во время переговоров бандитов накрыли менты. Майский выхватил из кармана толстую пачку долларов — 17 тысяч! — и метнул на тротуар в надежде, что внушительный вещдок тотчас подберут прохожие. Деньги, в том числе и фальшивую сотенную купюру, к его несчастью, подобрали сотрудники УБОП.

В «восьмерке» — в ней Майский приехал на встречу — нашли еще один вещдок: авторучку, которая оказалась самодельным стреляющим устройством, а также обнаружили три десятка разнокалиберных патронов. Майского арестовали и возбудили против него уголовное дело. Но очень скоро оно лопнуло на основании того, что машиной Олег Майский рулил, оказывается, по доверенности: то есть не его машина, а кто туда стреляющую ручку подсунул — откуда ему знать. Из СИЗО Олежек уезжал достойно: братва приехала за ним на лимузине…

Кстати, этим дело не закончилось. Очень скоро в прокуратуре появилось другое дело — по факту превышения служебных полномочий работниками УБОП. Четыре месяца ходили убоповцы под статьей, пока следствие не резюмировало: нет состава преступления. Во какая «крыша» была у наших крымчан в Белоруссии!

Друг оказался вдруг…

После освобождения из СИЗО Майский ходил героем. Следуя воровской традиции, Дынян дал своему другу Олегу 15 тысяч долларов подъемных. Но правильно говорят умные люди: деньги портят человека. Майский оказался неблагодарным. В октябре 1995 г. при покупке очередной партии машин он «кинул» Симона на огромную сумму «зеленых». Конечно, и раньше бывало, что товарищи показывали друг другу зубы, но дальше коротких словесных ссор не шло. «Крысятничество» Дынян Майскому не простил: остатки «башмаков» раскололись на две враждующие бригады. Темпераментный, не прощающий обид Дынян начал проворачивать сугубо свой бизнес. «Новорожденную» группировку Симон построил на национально-родственной основе и жестком принципе: его слово — закон.

Майский тоже не растерялся: он со своими людьми вскоре решил обосноваться в Польше и стал промышлять разбоем на польско-германской границе. Дынян некоторое время продолжал пиратствовать на прежней криминальной ниве — в Минске, но в один прекрасный день почувствовал пристальное внимание УБОП и, прихватив своих пацанов, тоже отправился в Польшу.

Между тем события в криминальном мире Белоруссии приняли крутой оборот. Во время очередной воровской сходки «коронованные» не поделили зоны контроля и решили заказать друг друга. Нужно было только подыскать человека, который бы чисто и красиво выполнил заказ. «Законники» вдруг вспомнили о гастролировавших крымчанах и обратили взоры на пребывающую в Польше банду Симона Дыняна, в которой, по их информации, такой человек имелся. Им был некий киллер Валик. Этот человек давно интересовал УБОП Украины по причине причастности к попытке убийства народного депутата, председателя Генического райисполкома.

Многофункциональный Валик, который являлся и киллером, и телохранителем Дыняна, и перегонщиком автомобилей из Польши в Крым, и контролером доходов поляка-посредника, заказ от белорусских авторитетов принял и тут же отправился в путь. Но случилась с ним на польско-белорусской границе страшная напасть: к счастью заказанных, Валика взяли работники УБОП МВД Белоруссии. Еще через пару дней за ним приехал конвой из Херсона. Вот так сорвался большой белорусский заказ, в результате которого должны были покинуть этот мир несколько маститых воров в законе.

Дынян был в бешенстве — и потому, что лишился любимого телохранителя Валика, и потому, что пролетел мимо огромных денег. Но тогда его неприятности только начинались. В одно прекрасное утро польская полиция накрыла Симона в гостинице Бела-Подляски. Прихватили заодно и поляка-посредника (того, которого контролировал Валик-киллер), особо доверенное лицо Дыняна (ему он доверял бригадный общак и оружие). Взяли посредника за хранение взрывчатки и перегон ворованных автомобилей. Симона после трех дней отсидки в полицейском участке депортировали из страны. И вовремя. Ибо в его планах уже было убийство за долги двух поляков. Впрочем, настырный крымчанин вскоре вернулся в Польшу.

А что стало с его бывшим другом Майским, спросите вы. Да Майский оказался еще дальше Дыняна — в Париже. После ссоры и тот и другой еще не раз наведывались в белорусский город, который развел их по разные стороны баррикад. Климовский еще какое-то время обеспечивал Майскому «прикрытие». Например, однажды он провернул, казалось бы, невозможную операцию — вернул задержанные милицией краденые автомобили, которые братва перегоняла из Польши. И это несмотря на то, что в них были обнаружены чистые бланки документов, необходимых для постановки машин на учет в ГАИ, растаможивания и прочее.

В общем, вроде бы нормально устроились «башмаковские» парни на чужбине. И даже поодиночке не пропали, похоже, забыв старые обиды… Хотя о забытых обидах говорить было рано, потому как с Олегом Майским в конце 90-х случилась одна пренеприятнейшая история. Машину Майского с французскими номерами, мчавшуюся по шоссе в сторону Варшавы, изрешетили из красного «Мерседеса». А потом взлетел на воздух и дом новоявленного «француза»… Да, темпераментным человеком оказался Дынян.

Читайте также: