Одесса криминальная: секс-бизнес на «малолетках»

В один из январских дней наступившего года к борту иностранного теплохода, ошвартованного у причала Одесского морского торгового порта, подкатила крутая иномарка. Вышедший из нее молодой человек ловко поднялся по трапу, а минут через двадцать вернулся к машине и уехал. Вечером же он приехал вновь уже за рулем современного микроавтобуса. Его пассажирами стали несколько человек, сошедших с судна. Спустя каких-то полтора часа они уже были на другом конце города в знойных объятиях юных жриц любви… Это не киношный, а вполне реальный, взятый из повседневной жизни сюжет. развязка его, правда, вполне может украсить любой крутой детектив. Как уже сообщалось, сотрудники милиции обнаружили в Одессе подпольный публичный дом, популярный у иностранных моряков. 34-летний одессит насильно удерживал там несовершеннолетних проституток.

— Мы сотрудники милиции, — представились незваные гости, показав служебные удостоверения. — Предъявите, пожалуйста, ваши документы.

Документов у 34-летнего Алика (его имя, как и имена «опекаемых» им жриц любви, изменено) при себе не оказалось, он стал срочно набирать номера сразу на трех мобильных телефонах. Тщетно — пришлось ему проследовать…

Тем временем в принадлежащем ему современном трехэтажном особняке в Малиновском районе вовсю гудели: вечерний досуг иностранных мореплавателей был полностью отдан на откуп малолетним «профессионалкам». Полумрак, спиртное, музыка, бенгальские огни, массаж, поцелуи…

— Обошлись с нами пристойно, — рассказывает шестнадцатилетняя Виола, одна из девяти девушек, находившихся в особняке. — Милиционеры нас не били, не пытали, не выкручивали руки, даже не запугивали. Просто попросили представиться и рассказать о себе.

По моей просьбе собеседница и сидящая рядом с ней подруга Ирина рассказывают о произошедшем:

— Все мы жительницы Александрии Кировоградской области, — говорит Виола. — Работаю здесь со 2 ноября прошлого года.

— Кем?

— Позвонила мне знакомая девушка Оля, предложила работу на выбор: можно официанткой, можно барменом. Сказала, что условия хорошие и оплата высокая. А по сути… Обслуживаем мужиков…

— Мне тоже звонила женщина, но ее звали не Оля, а Лена, — дополняет Ирина. — Я сказала ей, что хочу где-нибудь в магазине работать. Она обещала устроить, затем перезвонила и объяснила, что и как надо делать. Сказала, чтобы я села в одесский поезд, назвала номер вагона и предупредила, что билет мне брать не нужно: просто подойти к проводнику и отдать свой паспорт — он, мол, все знает. Я так и сделала. Кстати, в том же вагоне оказалась еще одна девочка, она тоже ехала на заработки.

В Одессе на вокзале нас встретил Алик — так называют его друзья, а для нас он — Алексей Михайлович. Он дал деньги проводнику, забрал наши паспорта, усадил в машину и привез в этот трехэтажный дом.

— Обещанную работу вам не предоставили, почему же вы здесь остались?

— Попали в полную зависимость от Алексея Михайловича: наши документы у него, денег у нас ни копейки… Всех нас, девять девочек, он запирал на ключ, мы не могли никуда пойти. Он постоянно твердил: если хотите хорошо жить, будете делать то, что я вам велю.

— Что же он велел?

— Обслуживать мужиков, которых в дом привозил. По вечерам принимали клиентов, утром и днем отсыпались.

— Не пытались ли сбежать?

— А вы попробуйте! Без документов, без денег. К тому же у него все «схвачено»: и наблюдение, и охрана, и «крыша» своя имеется. А мы кто такие?! Все организовал и обеспечивал сам хозяин, — говорит Виола. — Под притон были приспособлены все семь комнат дома с евроремонтом, широкими кроватями, телевизорами, видеомагнитофонами, мебелью, компьютерами, микроволновками, классными туалетными помещениями… В подвале — бар: всякие напитки, конфеты, шоколад, варенья, мед. А ликеры как вкусно пахнут!

Прямо в доме мы и жили, вернее, постоянно находились. За порог ни шагу: оштрафует, а то и… Даже на телефонные звонки отвечать запрещалось.

— Продукты кто покупал?

— Хозяин, он же завозил спиртное. Разрешалось нам брать с «общего стола» — за отдельную плату, а готовили себе сами.

— За «отдельную плату», это как?

— Очень просто. За проживание — отдельно, за продукты — отдельно. Например, за литровую бутылку пепси — два доллара, за сырую картофелину — доллар…

— Сколько же вам платили?

— Не нам — хозяину, — вступает в разговор более опытная Валентина, которой уже двадцать лет. — Все наполовину: например, пятьдесят долларов выложат за девочку, а она из них получает двадцать пять минус стоимость продуктов и спиртного.

Хозяин привозил в дом клиентов, рассказывал им все на английском языке, мы должны были только заинтересовать гостей. Мужики сами выбирали понравившуюся девочку, а деньги давали хозяину. Весь учет он вел сам — записывал в блокнот: кто, когда, сколько и с кем работал, сколько и чего съел, выпил.

Правда, позже мы тоже завели дневники, чтобы контролировать «бухгалтера» — так мы между собой называли Алика, — надоела сплошная дуриловка.

— Родственники о вас не беспокоились?

— Мы им звонили со своих мобилок. Говорили, что устроились реализаторами на «Седьмом километре», что неплохо зарабатываем. Даже деньги им перечисляли через «Western Union». Для этого хозяин возил девочек на специальный пункт по переводу денег.

— Наложниц, возраст которых от шестнадцати до двадцати двух лет, содержали под замком, они не ориентировались, в какой части города находятся, — рассказывает начальник регионального управления по борьбе с преступлениями, связанными с торговлей людьми, полковник милиции Александр Петрик. — Категорически запрещались прогулки даже во внутреннем дворе, поэтому никто из жителей близлежащих домов ничего не может рассказать следствию. За нарушение режима — штраф, который вычитался из их заработка. Об этом свидетельствуют, в частности, записи в тетрадях, изъятых при обыске. Они сделаны собственноручно хозяином дома. Практически под каждой строчкой расходов личная подпись наложницы: взято столько-то граммов, штук, пачек по такой-то цене…

Признаюсь, за многие годы работы в милиции с подобным сталкиваюсь впервые: взимать плату сутенеру со своих проституток за проживание, за пропитание с накрутками высокоразрядного ресторана! Не говоря уже о том, что из его же записей следует: за ночь каждый клиент выкладывал за женские ласки не менее ста долларов. Сама же проститутка получала от сутенера не более двадцати пяти долларов.

Суд продлил на десять дней срок содержания подозреваемого под стражей. Алик попадал в поле зрения правоохранителей и раньше: по эпизодам, связанным с проституцией. Затем притих, старался не светиться. Он нигде не работает, не судим. Роскошный особняк принадлежит также его бывшей жене (супруги в разводе и совместное имущество разделено поровну, на половину дома наложен арест). У него самого имеется еще одна квартира. В том, что секс-бизнес являлся основной составляющей его бюджета, сомневаться не приходится. Нам известно, что несколько раз девочек вывозили в сауну.

Сейчас проводятся мероприятия по установлению личностей его соучастников. Не исключено, что действовала организованная преступная группа. Возможно, не обошлось без покровительства отдельных должностных лиц. Достаточно сказать, что Алик неоднократно проходил на режимную территорию — в Одесский морской торговый порт. Каким образом — пока невыяснено. Могу лишь подчеркнуть, что когда проехать в порт понадобилось нашим сотрудникам, их не пропустили…

В ходе операции были задержаны два иностранца — румын и поляк. Они моряки одного из судов, проходящие по делу как клиенты накрытого нами борделя. В своих показаниях они указали, что пользовались услугами этого притона и раньше. По имевшимся у нас сведениям, дом терпимости действовал около двух месяцев. Не исключено, что он лишь одно из звеньев в цепочке местной секс-индустрии.

Выяснилась и еще одна любопытная деталь: отправляясь к девочкам, иностранные моряки имели при себе до двух тысяч долларов. Возвращались же они на борт судна с пустыми карманами.

Дело в том, что «сладкие девочки» не подозревали о том, что являются приманкой для полной раскрутки клиентов заведения. Сладострастные ночи «богатеньким буратинам» предлагали провести, как правило, буквально за сутки до отхода судна. Когда же, прибыв на борт за час-другой до отхода, моряки не находили в своих карманах денег, обратиться в милицию у них уже попросту не было возможности.

Эти и другие эпизоды уголовного дела, возбужденного по статье 302 УК Украины, будут выясняться в ходе следствия. По этой статье предусматривается лишение свободы на срок до семи лет. В этом деле также усматриваются признаки преступлений, предусмотренных иными статьями: за втягивание несовершеннолетних в занятие проституцией, за сутенерство, за вербовку, переправку и, по сути, торговлю людьми, за сексуальную эксплуатацию.

— Где сейчас находится главный фигурант дела?

— В сизо, поначалу он молчал, ссылался на 53 статью Конституции Украины. Потом, очевидно, понял, что мы в курсе дела, и стал давать признательные показания. Ведет себя он вполне адекватно, спокойно.

Наложницы освобождены, им оказывают психологическую помощь специалисты Международной организации по миграции. Практически все малолетние путаны из неблагополучных семей.

На учете в одесской милиции сейчас состоит чуть более тысячи проституток. Из них только около трех процентов одесситки. Многие девицы, в основном жительницы Одесской области, выезжают на заработки за рубеж — в Турцию, Арабские Эмираты. Там они зачастую попадают в настоящее сексуальное рабство, обслуживают по нескольку десятков клиентов ежесуточно. Вырваться оттуда очень сложно. Даже при вмешательстве правительственных и международных организаций.

Среди прибывающих на теплоходах в Одесский морской порт спасенных проституток не более сорока процентов гражданок Украины из Луганской, Николаевской, Запорожской, Кировоградской, Херсонской, Донецкой областей. Много уроженок соседней Молдовы, жительниц Приднестровья.

105 уголовных дел по фактам сутенерства расследованы и направлены в суд в 2006 году одесской милицией. Из них 51 случай — по борделям и саунам. Но чтобы эксплуатировался целый дом со штатной «обслугой» — это впервые. Ни о чем подобном в других регионах не слышал.

Александр ЛЕВИТ, ЮГ.

Читайте также: