ДИНОЗАВРЫ ОТЕЧЕСТВЕННОГО РЭКЕТА: Осетинский клан

В церкви возбужденно дрожали свечи. Священник сосредоточено читал молитвы, а за спиной неофита, принимающего крещение, стояли знакомые лица из портретной галереи Ломброзо. Они сонно крестились и ждали, когда закончится священнодействие. Борис Савлохов решил стать православным христианином. Его крестный отец Виктор Авдышев с одобрением смотрел на сию процедуру. А священник напоминал присутствующим заповеди Христа: не убий, не укради… Шел 1992 год, — пик криминального действа в УкраинеБезусловно, Савлохов, (он же «Борик», «Солоха») наиболее одиозная и колоритная личность киевского криминального мира. О нем было много сказано в предыдущих главах. Но выдергивать самого Бориса Сослановича из контекста его родственных связей, было бы глупо. Потому, скорее всего, стоит говорить о клане братьев Савлоховых, — именно Бориса, Теймураза и Руслана.

…После продолжительных разборок с «Патей», преступный синдикат Савлохова вконец закрепил за собой право владения территорией в районе станции метро «Левобережная». Последние отголоски этой войны — разборки местного значения с мелкими «бригадами».

В один день оперативники были несказанно удивлены, когда в сторону Чапаевки двигалось несколько автобусов и машин, набитых молодыми людьми. Парочка автомобилей была задержана. У пассажиров изъято стальные прутья, биты, нунчаки и тому подобное. Сбор в лесу возле Чапаевки вооруженных до зубов юношей 23февраля 1990 года происходил совсем не в честь дня Советской армии и Военно-морского флота. Дело в том, что на кануне возле гостиницы «Русь» между савлоховцем «Тутушем» и «Русалкой» — боксером из группы «Лысого»-«Черепа» произошла ссора из-за проститутки. К трем часам дня «Солоха» собрал всех своих «бойцов» возле гостиницы «Турист» и автобусом отправился с войском в семьдесят человек разбираться с набирающей вес преступной группой «Черепа».

Этот занимательный эпизод не мог не привлечь к себе внимание остальной киевской братвы. В Чапаевку начали подтягиваться «хлопчики» «Киселя», в том числе «Леша Шрам» и десяток «бойцов». Не так давно «Череп» со своими отморозками избил Игоря Иванова — бармена из гостиницы «Русь», и родственника «Ваты», о нем рассказывалось выше. Потому зуб на Ткаченко имели многие. «Непонятка» относительно проститутки не была основной причиной разборок, скорее поводом. В целом дело шло о праве распоряжаться инвалютными «девушками» у гостиницы «Русь».

Со стороны «череповцев» присутствовало около двадцати человек. Они держали руки в карманах, демонстрируя таким образом наличие оружия. Однако разборка уже привлекла к себе правоохранительные органы. Потасовки не произошло. Савлохов предложил перенести действие в Голосеевский парк к «Сатурну»… В этот раз все окончилось мирно. Победил разум и рассудительность, что, в общем, не совсем свойственно нашему герою. Он был склонен к эмоциям, вспыльчивый и беспардонный, за что часто приходилось расплачиваться; за что и попал, в конечном итоге, за решетку.

Борис Савлохов. Родился в селе Асхар Коста-Хетагуровского района Северной Осетии 01.12.52г. Осетин. Имеет четырех детей. Заслуженный тренер Украины, России, СССР по вольной борьбе. Заслуженный мастер спорта Украины по вольной борьбе, президент Ассоциации спортивной борьбы Украины, заслуженный деятель физкультуры и спорта Украины и Северной Осетии-Алании, рекордсмен многих международных соревнований, меценат и бизнесмен. Президент Фонда социальной защиты спортсменов имени Ярама Ялтиряна. Президент спортклуба им. Владимира Сенявского и Всеукраинского спортивного клуба «Борис Савлохов». Под эгидой этого клуба выступала абсолютная чемпионка мира и Европы 1997 года по художественной гимнастике Елена Витриченко. Организатор представительного турнира по вольной борьбе, который иногда называют «малым чемпионатом мира». Завсегдатай казино и клубов «Чикаго», «Джосс», «Бинго», «Сплит». Азартный игрок. Занимался благотворительностью. Опекал столичную школу-интернат №3. Его меценатством восторгалась с экрана телевизора народная артистка Украины Ада Роговцева. 23 декабря 1995 года Савлохов присутствовал в Мариинском дворце на встрече Президента Кучмы со спортсменами. В 1997 году лично был поздравлен Леонидом Даниловичем в связи с присуждением ему звания «Меценат года».

А вот вехи иного «большого пути»

Проходил службу в группе советских войск в Венгрии в спортроте, имеет звание прапорщика, занимался контрабандой. Судим 01.01.87 народным судом львовского гарнизона по 70 статье УК УССР (контрабанда) на три года условно. Следствие установило, что объемы контрабандных операций составили 90 тысяч советских рублей, из которых 60 тысяч принадлежали лично Савлохову. Сразу после этого его привлекали по статье 154 УК РСФСР (спекуляция) в России. Отбывал наказание в спецкомендатуре №3 города Белая Церковь. Повезло, — заместителем начальника спецкомендатуры оказался бывший спортсмен, призер Олимпийских игр, добрый приятель Бориса Сослановича. Потому маяться в Белой Церкви и работать на стройках народного хозяйства ему не пришлось. Почти все это время он жил в Киеве, где занимался своим бизнесом, налаживал добрые отношения с местными делками. Здесь и начал впервые заниматься вымогательством и «наперстками».

Вскоре вокруг Бориса Сослановича начал собираться круг товарищей, которых связывали спорт и общие преступные интересы. В основном это были борцы, — закончившие спортивную карьеру или те, которые не смогли ее сделать; просто физически крепкие и наглые парни, — представители кавказской диаспоры Киева, в частности — осетины. В группировке ввел практику беспрекословного подчинения. Даже его кровные родственники — родной брат Русик, двоюродные Тутуш (Эльбрус), и Альберт слепо ему подчинялись.

В начале бандитских времен Савлохова можно было охарактеризовать так: довольно умный и интеллигентный человек. Самолюбив, легко сходится с людьми, хитер, скрытен. Дерзок и смел. Был случай, когда один на один выходил на человека с ножом. Неплохой психолог, хотя иногда прикидывается человеком «не¬далеким». Все вопросы старался решать мирным путем, хотя в условиях захвата территорий и противостояния «славян» и «зверей» это было сложно. Сам Борис Сосланович первый редко развязывал войны и не был инициатором «разборок». Так складывалось поначалу. Однако хорошо оплачиваемые и лучше вооруженные до зубов Савлоховцы дали серьезный отпор в мае 1989 года людям «Пати». Хотя где-то, в чем-то они и проиграли. Ставка «Борика» на количество и качество армии оправдалась.

Никогда не забывал своих людей, попавших в тюрьму. Роль «собеса» в его группировке исполнял Горо¬ховский Леонид Моисеевич по кличке «Свинарник». Во время «майской» войны в 1989 году убил ножом человека из бригады «Князя» (брата Стребкова, о нем чуть позже), и сел за это на четыре года. Хотя, говорят, что реально убийцей был другой. «Свинарник» взял на себя это преступление для поднятия собственного имиджа. Когда в зоне строгого режима в Белой Церкви его стали «прессовать», бригада Савлохова в полном составе, взяв для авторитетности «Князя» и «Гвоздя» поехали на автомашинах под зону. Во время дневной прогулки, став под стенами, крикнули заключенным, чтобы Гороховского не трогали, а то наживут себе серьезные неприятности. «Борик» также решил вопрос о переводе «по половине» срока «Свинарника» на «химию». В наши дни Гороховский ближе сошелся с Пресманом.

Вначале группировка Савлохова не имела серьезного криминального веса и в большей степени занималась незаконной коммерцией. В чужие дела «Борик» не лез, не «бомбил» «чужие» кооперативы и «чужих» спекулянтов. Лично не вступал в открытый конфликт с законом и никогда не присутствовал при грабежах, избиениях (хотя его люди этим баловались). Был падок на женщин. Привлекал к «работе» «верхними» при игре в «наперстки» симпатичных девушек, которые получали за игру 50-80 рублей. Девушки также были его, да и всей «бригады», «боевыми» подругами в деле сексуальном. Пользовался правом первой ночи.

Людей, работавший у него, одаривал щедро. Однако никому особо не доверял, потому в свое время носил бронежилет и ходил с телохранителями. При возникновении серьезных «непоняток» пытался сразу выехать на родину в Северную Осетию. С ним — всегда Тутуш и два-три человека охраны. Оружие при себе носил редко, но имел любимый револьвер «Бульдог-2» 36 калибра.

Стартовый капитал группировки формировался от «наперстков», челночных вояжей в Польшу и Венгрию, рэкета, контроля над несколькими вещевыми рынками, авторынком, гостиницами «Турист» и «Славутич» (сюда приезжали польские коммерсанты и платили бандитам до ста пятидесяти рублей с человека), здесь же «работали» валютные проститутки. Не последняя сфера деятельности — контрабанда спирта, подделка водки. По этому поводу он был задержан в родной Осетии зимой 1992 года, — за махинации с тремя цистернами «левого» спирта. Однако и здесь до суда дело не дошло.

Деньги, которые он зарабатывал в те годы, в основном перегонял на малую родину, в Осетию. Так же, кстати, поступал его брат Теймураз, «работавший» в днепропетровском регионе. Курьером при этом выступал младший из братьев Руслан, в 1989 году поселившийся в Киеве. Его всегда сопровождало несколько охранников-спецкурьеров. Эти деньги в большинстве случаев вкладывались в недвижимость в Северокавказском регионе, в вино-водочное производство, на них покупалось золото.

Однако не все обстояло гладко в делах мафиозных. За всем своим беспокойным хозяйством постоянно нужен был глаз да глаз. Конкуренты, как известно, в таких делах не дремлют. В 1990 году на Левобережном рынке произошла перестрелка между «савлоховцами» и «киселевцами», во время которой шальной пулей был убит продавец пирожков. Милиция установила имя убийцы, но доказать его вину не смогла. В этот раз Савлохов опять смог отстоять свои владения. Хотя с тех пор и начался затяжной конфликт между лидерами группировок, длившийся, практически, до последнего времени.

Когда Кисель, «Олень» и Авдышев открыли центральный оптовый рынок на Республиканском стадионе, Савлохов обиделся за то, что его не взяли в долю и предъявил компаньонам претензии. Дело замяли и дали ему под «опеку» часть секторов на рынке.

Не давали спокойно жить Борису Сослановичу и правоохранительные органы. После нескольких месяцев пребывания во Владикавказском следственном изоляторе (по поводу трех цистерн спирта), он возвратился в Киев и в компании камрадов по бизнесу решил отметить свое освобождение. Однако празднование в ресторане «Киев» омрачилось визитом «Беркута» и крепких парней в гражданской одежде с автоматами наперевес — оперативниками УБОПа. Бориса бросили на пол, порвали золотую цепочку в палец толщиной, и всю веселую компанию было отправлено в линейные ОВД для допросов. На допросе Савлохов сказал по этому поводу: «Ворвались какие-то люди, я думал, началась война». Но инкриминировать что либо серьезное Борису Сослановичу милиция в этот раз не смогла, потому он вскоре опять оказался на свободе.

Здесь сразу надо оговориться. На первых порах Савлохову поразительно везло, — он не раз пребывал на гране ареста, но после каждого задержания его отпускали восвояси. И это происходило вовсе не потому, что он такой чистый и честный. Оперативники, в те годы занимавшиеся его группировкой, утверждают, что почти всегда освобождать его поступала команда свыше. При этом возвращали все вещественные доказательства по его делу. Хотя в УБОПе было собрано материалов о его преступной деятельности порядка пятидесяти увесистых томов, но начальству было виднее, — давать ему возможность «работать» дальше или бросать его за решетку. Первое руководителей МВД устраивало больше. Наверное, потому Борис Сосланович считал, что ухватил бога за бороду и даже от милиционеров, дежуривших у казино и гостиниц, которые ему принадлежали, требовал, чтобы те отдавали честь. Мол, я с вашим начальством «в сладких» и если захочу, ты завтра уйдешь с этой работы. Был случай, когда парень-постовой не захотел отдавать ему честь, за что его избили охранники «Борика». Об этом в свое время много писалось в прессе.

О влиятельных связях в правоохранительных органах братьев Савлоховых свидетельствует много фактов. Вот хотя бы одни из них, официально задокументированный. Во время дорожно-транспортного происшествия, водитель Руслана Савлохова ударил автомобиль BMW. Вместе с ним в машине оказались небезызвестные для УБОПа ребята Какоев Давид и Черткоев Артур. Не мудрствуя лукаво, они отобрали у хозяина автомобиль, документы на него, золотую цепочку, стоимостью 500 долларов. Сотрудники ГАИ Днепровского РУВД, выехавшие на место происшествия, отказались документировать факт ДТП. Мотивация очень проста, — братья Савлоховы выступали спонсорами Днепровского РУВД и обещали подарить управлению автомобиль, впоследствии расстрелянный во время покушения на «Борика». Только настойчивые требования работников УБОПа вынудили работников ГАИ заняться своим делом. 15.09.95 года против группы «Русика» было возбуждено уголовное дело №03-07577 по статье 141 ч.3 УК Украины. Но в дело защиты вымогателей вмешались прокурорские органы по надзору. Вскоре Какоеву были возвращены изъятые вещественные доказательства. Трое членов преступной группы находились на подписке о невыезде, еще двое вообще не привлекались по уголовному делу к ответственности. Скоро и само дело было прекращено из-за отсутствия состава преступления.

Не более чем странные были заявления руководителей МВД в 1996-97 годах о том, что Бориса Савлохова объявлено в розыск, но тут же по телевизионным каналам он раздавал интервью, и не только в Штатах на чемпионате по борьбе, но и в Украине, комментируя ситуацию в спортивной сфере. В его личном журнале «Чемпион» публикуются его же фотографии, идет рассказ о деятельности, с его же цитатами…

Впрочем, подобных эпизодов можно привести тьму-тьмущую. Савлоховы и их родня — двоюродные братья, троюродные шурины и прочие земляки превратили в ад жизнь таксистов, предпринимателей, подконтрольных ими территорий. Свидетели и потерпевшие писали заявления в милицию, но быстро отказывались от своих показаний, иные, особо несговорчивые, неожиданно гибли в ДТП. Да стоит ли об этом говорить? Само пребывания полусотни преступных киевских авторитетов на свободе — факт беззакония, творившийся в Киеве в те годы.

Кстати, о Какоеве, бригадире Савлоховых. В 1996 году он обустроил сауну по улице Тампере. В ней установил скрытые камеры наблюдения, аудио- видео аппаратуру. Сауна пользовалась популярностью у «крутых», деловых и власть предержащих мужчин, которые жаждали продажных женских ласк и изощренных развлечений. Здесь скрупулезно снимались видеофильмы с пьяными оргиями представителей органов власти и управления, проводивших свой досуг в обществе проституток. Их для милых развлечений государственных мужей поставляла сутенерша Алла. В сауне же часто проводили переговоры коррумпированные чиновники. Им казалось, что несколько голых мужчин не могут «писать» друг друга на диктофоны. Можно себе представить, сколько именитых мужей попалось на эту уловку и сколько услуг им пришлось оказать преступному сообществу «Солохи».

В связке с Севой Могилевичем Савлохов один из первых преступных лидеров начал заниматься шоу-бизнесом. Его люди организовали подвижные варьете с элементами стриптиза, которые стали гастролировать по Европе.

Информация от Агентства федеральных расследований «FreeLance Bureau»: «В действительности это были выездные бордели. 16 декабря 1994 года в ночном клубе «Голливуд» состоялся конкурс «Мисс Стриптиз», инициатива проведения которого принадлежала Савлохову. На нем присутствовали хозяева ночных клубов, желавшие приобрести девушек для местного рынка, а также «на экспорт». Была информация, что девицы использовались и в качестве «аванса» для решения вопросов с высокими чинами в правоохранительных органах.

Через представителей телекомпании «Останкино» с организаторами «Мисс Стриптиз» велись переговоры о подготовке видеосюжета, дабы сделать промоушэн участницам и в ночных заведениях Москвы. Известно, что Савлохов принимал активное участие в организации конкурсов красоты, в том числе «Украинская красавица-95». Его встречали в обществе красавиц-призерш не только на подиуме. А один из его братьев посодействовал «Мисс-Украине» в открытии собственного модельного агентства».

Не смотря на тесное переплетение деловых интересов Савлохова и Киселя, они постоянно конфликтовали. В частности серьезная ссора у них произошла вокруг результатов торгов на первом киевском аукционе 1993 года. На торгах концерн «Денди», отстаивавший финансовые интересы Киселя, приобрел за 130 тысяч долларов комплекс зданий «Старый пассаж» в центре города. Однако затем случилась странная история, в результате которой Пассаж не достался «Денди». Деньги были заморожены на счетах города и, кажется, так и не возвращены покупателям. В конечном итоге Пассаж перешел во владение «Москвы». Этому предшествовала череда иных разборок, вплоть до покушения на главу местной администрации Селиванова.

Раннее конфликт между этими преступными лидерами произошел вокруг некоего баскетбольного клуба, каждый из них видел себя его владельцем. В результате был ограблен и убит старший тренер клуба, одновременно — антиквар, спекулянт, ростовщик и скупщик краденного, который также входил в преступное сообщество Савлохова. В результате всех этих «непоняток» разгорелась длительная война между киселевцами и савлоховцами. Расширению и углублению конфликта доложили руку и «бригадные». Волошин как-то заявил Савлохову, что уберет его. Люди Киселя перед этим якобы задержали нескольких «казачков» с оружием, которые признались, что их послал Борис убрать Киселя.

7 мая 1994 года в Киеве по улице Саксаганского состоялась «стрелка», на которую прибыли с одной стороны Кисель, Владимир Волошин по кличке «Цыбар», и Трипольский, с другой — Леша «Шрам» (он же — «Резанный», «Афганец») и братья Савлоховы. Владимир Карпович имел подозрение, что именно «Шрам» был причастен к убийству «Ваты», что и послужило основной причиной перехода Черевченко под крылышко Солохи. Симпатии к Савлохову у «Шрама» сложились еще, когда он попал под следствие, и только поддержка савлоховского «бригадира» Пунхана Алиева помогла Черевченко получить самый минимальный срок по 206 и 141 статьям УК Украины. К тому же незадолго до этого «перехода» у «бригадных» Киселя Волошина и Трипольского возник конфликт со «Шрамом». После этого импульсивный «Шрам» переметнулся к Савлохову. У Черевченко была дурная слава человека без тормозов и настолько склочный характер, что Кисель, вопреки правилам, не стал наказывать перебежчика.

Непосредственной причиной той сходки послужила потасовка между Черевченко и Владимиром Волошиным. «Шрам» ударил его в лицо, и бывшие соратники схлестнулись на ножах. Как показал разбор полетов, инициатором поножовщины был «Резанный». Кисель с Савлоховым решили военных действий по этому поводу не начинать, хотя «по понятиям» следовало бы. При этом Владимир Карпович потребовал отдать возмутителя спокойствия в руки киселевской братвы. Савлохов пошел на попятную. Лешу жестоко избили битами, после чего полуживого отправили в реанимацию. «Приличия» были соблюдены, конфликт якобы разрешен.

Этот факт лег в одну из версий покушения на Савлохова в сентябре того же года. Предполагалось: на майской сходке Савлохов дал «слабинку», не пожелав кровопускания и конфронтации с киселевцами. Это могло быть расценено как проявление слабости.

Однако 22 сентября в 9 часов 15 минут сорокавосьмилетний Владимир Волошин был убит возле своего дома по улице Бубнова, 6/6. Открыв дверцу личного автомобиля «вольво», увидел на коврике грязь. Вынул и стал его вытряхивать. Именно в ту минуту сзади подошел киллер и разрядил в него всю обойму ТТ. Одна пуля, срикошетив, ранила случайного прохожего. Волошин скончался на месте.

А 29 сентября 1994 года возле дома №24 по улице Луначарского по трем иномаркам, в одной из которых был Савлохов, двое киллеров открыли огонь из гранатомета и автомата. Одному из нападавших, из-за безграмотного обращение с гранатометом, оторвало руку, он умер от потери крови по дороге в больницу. Это был Фетисов — бывший подельник «Пати», пребывавших также в хороших отношениях с «Дато» и питерскими преступными группировками. Говорят, что в нападении также принимал участие и некто Дидичин, охранник Киселя-младшего. Савлохов отделался легким испугом. После этого усилил меры безопасности. В охрану набрал бывших профессиональных спецназовцев, работников правоохранительных органов. Вокруг его дома еженощно курсировали несколько автомобилей с охранниками. Дюжие молодцы патрулировали прилегающую территорию.

Однако первое покушение на Савлохова произошло чуть раньше. Случилось это у входа в гостиницу «Славутич», в которой остановился авторитетный грузинский вор «Дато», уроженец Зугдиди. «Дато» промышлял «кидками» на авторынке, принадлежавшем Савлохову. Это путало карты работавшим там его людям, притягивало лишний интерес правоохранительных органов. Чтобы набить «стрелку» «вору в законе» надо либо слишком хорошо себя чувствовать, либо быть не в своем уме, особенно в то время. Борис Сосланович считал, что «Дато» должен или убраться с рынка, или пойти работать под него. «Солоха» выдвинул эму эти требования на «стрелке». Но «Дато» не мог считаться с таким «авторитетом» и, не долго думая, выстрелил «Борику» в ногу из пистолета ТТ.

Незадолго до этого один милицейский чин сообщил прессе, что «воров в законе» в Киеве нет.

Узнав об этом происшествии, правоохранительные органы обратились к Савлохову, рекомендуя написать заявление в милицию на «Дато». Однако он отказался это сделать. Через некоторое время оперативники таки задержали стрелявшего, и изъяли у него пистолет. «Дато» пошел по 222-й статье УК. Перед киевским опером, приехавшим в Зугдиди собирать материалы на «Дато», «за вора в законе» ходатайствовали люди, имеющие непосредственное отношение к властным структурам.

После этого «воры» сделали серьезную «предъяву» Борису Сослановичу в связи с его неправильным поведением. Чтобы замять это дело Савлохову пришлось паковать чемодан денежными купюрами и отправляться на поклон к московским «законникам», чтобы они простили и сняли с него обвинения. Говорят, откупился.

Но это — милицейская версия происшествия. «Вор в законе» навряд ли бы стал ходить с оружием, тем более, стрелять. Реально в Савлохова стреляли немного раньше, и это случилось в одном из баров в Пассаже. В чем там дело было, — история умалчивает, но «Борик» спровоцировал вооруженного бандита, мол, что же ты размахиваешь пистолетом, давай, стреляй, если такой крутой. И тот выстрелил, не только в ногу, но и в руку.

А с «Дато» у них произошел действительно резкий разговор в холле «Славутича», и Савлохов ударил его кулаком в лицо. Тот объяснил, что с «ворами» так поступать нельзя, и за это может последовать расплата. Вероятно, что «житомирская» убийцы были посланы вершить расправу от видного житомирского авторитета, который имеет в Москве свою «бригаду» и влияние на «воровской мир» российской столицы. Некий «Воркутинский», — настоящый авторитет старой формации.

Следующая версия — «бригада» «Шкафа» (Кадуна), занимающаяся угоном автомобилей, выкрала машину у киевского предпринимателя, «ходившего» под московскими «законниками». Он пожаловался им. Те, конечно же, обратились к «вору», проживавшему в Киеве, «Зурику» (убит в Киеве в 1998 году). Тот не лез в серьезные дела, жил скромно, был наркоманом, но влияние на криминальный мир имел, как авторитет. Его люди вычислили, кто угнал машину, и «Зурик» пошел на встречу к Савлохову с предложением возвратить автомобиль, ну, и, конечно же, выплатить неустойку. Тот просто-напросто послал парламентария куда подальше.

Этими ситуациями могла воспользоваться еще какая-либо сторона, заинтересованная в устранении Савлохова и имевшая на него зуб.

…Уже известное действующее лицо этой истории, — Алексей Черевченко долго пил кровь киевским бизнесменам, но не только им. У него были теплые отношения с «солнцевскими», московским «вором в законе» «Самтредия». С ними обменивался людьми для «работы». Наследил в Тернополе, где изнасиловал жену местного бизнесмена. Возможно, потому 3 июля 1998 года был расстрелян из автомата по улице Светлицкого вместе с жителем Тернополя Голубовским. Так или иначе, но желающих вогнать дюжину пуль в брюхо «Шрама» было предостаточно.

Материалы Агентства федеральных расследований «FreeLance Bureau»:

«5 ноября 1995 года Савлохова задержали в центре Киева у Дома кино. Вызволять его в московский РУВД приехали Вахтанг Кикабидзе и Анне Вески.

Несколько лет назад всех потрясло известие о взрыве в вестибюле гостиницы «Спорт» — в самом Центре Киева. Взрыв был колоссальный, лишь по случайности никто не пострадал. Многие тогда говорили, что это было неудавшееся покушение на остановившегося в гостинице Анатолия Кашпировского. Но как заявил позже начальник ГУВД Киева генерал Корниенко, этот взрыв, как и покушение на взрыв, случившееся несколько позже в спортивном манеже, где тренируется Савлохов, могли преследовать одну цель — физическое устранение Бориса Савлохова… Бросали гранату и в сына Савлохова, который был ранен и лечился в США. Взрывное устройство обнаруживали в магазине, владельцем которого является жена Бориса Сослановича — Мзия.

Савлохов, создав одно из крупнейших преступных сообществ Киева, не стеснялся в выборе средства при общении с конкурирующими организациями. Пожалуй, единственный лидер, с которым он поддерживал относительно нормальные отношения, был Виктор Авдышев — тоже борец, тоже кавказец. Во время чеченской кампании савлоховцы сблизились с экстремистами из «Украинской национальной самообороны», принимавшими участие в боях на стороне дудаевцев. Есть данные о том, что существовал даже некий договор савлоховцев с Дудаевым и Советом старейшин Республики Ичкерия.

У Савлохова были все шансы без потерь миновать полосу передела столичных территорий 1992-94 годов и полностью легализовать свой бизнес. Но помешала горячая осетинская кровь.

Здорово подпортила «творческую» биографию известного спортсмена и мецената история, случившаяся в казино «Габриэла» в далеком 1996 году. Это была тривиальная «хулиганка». Борис Сосланович потерял душевное равновесие под действием выпитого и в результате партии в покер, которую он проиграл крупье. Савлохов, бросив жетоны и карты на пол, прицельно запустил пепельницей в голову крупье. А когда тот отправился в комнату отдыха, Савлохов бросился за ним. По пути он нокаутировал администратора казино, попытавшегося остановить борца. Досталось и инспектору милиции, которого Савлохов якобы перепутал с крупье. После содеянного заявил: «Можете вызывать милицию». Ее и вызвали. И собрали показания с потерпевших и свидетелей. Впрочем, вскоре они стали давать весьма путаные показания. Дело закончилось ничем. Но этот эпизод вспомнили на нынешнем судебном процессе (2000 года — авт.). Правда, на этот раз все дружно заявляли, что Савлохов общественного порядка не нарушал. Просто разнервничался человек, а кому-то показалось, что он пьяный. И пепельницу не бросал — только энергично жестикулировал… Остального или не помнят, или забыли. Борис Савлохов по прошествии лет так объясняет свои действия: драться и не думал, просто хотел выяснить у крупье, как могла у него выпасть комбинация, которая случается в покере «раз в сто лет».

Как бы то ни было, но имя Савлохова становилось все более «проблемным» для его окружения, для бизнес-партнеров, в конце концов для фирм, которыми он владеет. По разным данным, клану Савлоховых только в Киеве принадлежат свыше сорока фирм, пять из них в числе крупнейших. Остальные же либо работают по черному, либо вовсе не зарегистрированы, либо закрыты налоговой инспекцией.

Когда Савлохову говорили, что ему надо как-то дистанциироваться от собственных предприятий — так лучше для бизнеса, — он не понял. Ведь казино «Сплит», принадлежащее Савлохову, в отличие от некоторых столичных казино работает относительно чисто, по крайней мере, через него не отмывают колумбийские наркоденьги. А какому посетителю захочется сидеть в «Сплите», если туда в любой момент могут ворваться налоговики или УБОП, только потому, что оно принадлежит Савлохову?

Борис Сосланович не внял рекомендациям своих менеджеров. Да, собственно, и эпизод с вымогательством у братьев-армян, если он был в действительности, вещь недопустимая для мафиози такого ранга. Да собственно, это и не был стопроцентный «наезд». Просто была попытка сменить армянским фермерам хозяев. В последнее время Савлохов стал активно прибирать к рукам владения Виктора Авдышева. Когда стало ясно, что тот долго еще не сможет дефилировать киевскими улицами, весь бизнес, подконтрольный Авдышеву оказался «ничьим». И в истории с армянскими братьями речь шла лишь об изменении «крыши». Да видно не хватило Борису Сослановичу мудрости, дабы вовремя остепениться».

Как бы то ни было, он также не внял добрым рекомендациям «свыше» покинуть пределы Киева и Украины вообще, чтобы не мозолить глаза рядовым гражданам и правоохранительным органам. Наоборот, Савлоховы частично начали отходить от криминального бизнеса. В этот период времени они выкупили кондитерскую фабрику имени Карла Маркса, банк «Мрія». В 1996 году, по требованию американской стороны и украинских власть предержащих, им пришлось отмежеваться от фирмы «Дженерал моторс», однако передать бразды правления «Пунхану» — своему бригадному. А то действительно нехорошо получается, — офис всемирно известной фирмы стал похож на мафиозную «стрелку», на которой решались бандитские вопросы.

И пока «Борик» зарабатывал себе авторитет мецената и создателя олимпийских звезд, разъезжая по загранице, «Пунхан» счел, что теперь он полноправно может руководить не только «Дженерал-Моторс», но и всей группировкой. Однако вскоре его иллюзии развеяла жена Савлохова, выразив недовольство по поводу такого положения вещей. К тому же в ближайшем времени у группировки отобрали все тридцать процентов, которые им принадлежали. Кто это сделал? Конечно же, люди власти.

Но сколь веревочка не вейся, конец все равно должен прийти. Всесильный Борис Савлохов в очередной раз был задержан в начале 1998 года. Это было именно началом конца «большого пути». В этот раз пресса не обошла вниманием это событие. Наученные жизненным опытом и, идя в ногу со временем, его приближенные ударили в тревожный колокол сразу. «Подкрышные» фирмы передали жене приличную сумму в долларах для влияния на журналистскую братию. Совместно с адвокатами фирмы «АВС» она организовала пресс-конференцию и подготовила обращение к общественности. И действительно, на этой пресс-конференции яблоку не было куда упасть. Адвокат Савлохова Андрей Галь, отвечавший на вопросы журналистов, сидел в президиуме рядом с группой поддержки. В нее вошли композитор Александр Злотник, продюсер и муж Таисии Повалий Игорь Лихута, спортсменки Зинаида Турчина и Витриченко-старшая. Под стенами киевского УБОПа был выставлен пикет из женщин и детей, которые стояли на холоде с плакатами, взывающими правоохранительные органы освободить Бориса Савлохова, — человека, от которого в буквальном смысле зависит благополучие школы-интерната №3.

Газета «Бульвар» за январь 1998 года язвительно отозвалась на сам предмет задержания: «Адвокат доходчиво и аргументировано (речь о пресс-конференции — авт.) объяснил, что слухи о задержании его клиента явно преувеличены. Борис Сосланович действительно побывал на днях в одном весьма серьезном учреждении, но лишь для того, чтобы дать свидетельские показания о недавнем инциденте в казино «Запорожье» Так случилось, что Савлохов стал очевидцем разборки между двумя чересчур разухарившимися молодцами. Произошедшее даже дракой не назовешь — погорячились ребята. Но коль правоохранительные органы заинтересовались конфликтом, уважаемый тренер выполнил свой гражданский долг, — дважды дал свидетельские показания. Сей, особо не примечательный в правовом обществе, факт, и оброс немыслимыми подробностями…

…Адвокат не поддался журналистскому азарту и не стал гадать, кому выгодно бросать тень на репутацию его доверителя. Потенциальному сопернику на грядущих выборах? Представителю фирмы, на которого Савлохов подал десятимиллионный иск за нанесенное оскорбление? Президентской оппозиции, что зачислила в стан своих противников и тренера, воспитавшего множество олимпийских чемпионов и награжденного за это «Відзнакою Президента»?».

Да, но здесь упущена одна столь важная деталь. Бориса Сослановича, который действительно подал заявку на регистрацию кандидатом в депутаты Верховной Рады по Харьковской области, арестовали правоохранительные органы в связи с подозрением в причастности к убийству «Гаши». Именно тому, который после Дидичина занял место личного телохранителя младшего Киселя. «Гаша» был расстрелян в упор из автоматического оружия рано утром 30 декабря 1997 года. Это произошло на улице Демеевской.

Операция по задержанию «Борика» была подготовлена со всей серьезностью УБОПом и Управлением СБУ по Киеву и области. В аресте криминально авторитета принимало участие порядка двадцати бойцов спецназа. Вместе с ним на улице Никольско-Ботанической были взяты и некоторые его соратники.

Ну, а подноготная этой истории такова. В конце 1997 года испытать фортуну на зеленом сукне в казино «Запорожье» зашел один из «звеньевых» Савлохова «Боцман». Но фортуна повернулась к нему спиной. «Боцман» проигрался вдрызг и рассчитаться не смог, потому охрана отобрала у него автомобиль и документы на него.

На следующий день в казино приехал сам Борис Сосланович. «Гаша» — Невгода Олег как раз отдыхал за игровым столом. Поскольку, как известно, казино принадлежит Киселю, Савлохов, обращаясь матом, велел «Гаше» возвратить автомобиль «Боцмана». Тот ответил, что данный вопрос будет решать «папа». После этих слов Савлохов подскочил к нему, схватил руками за горло и начал душить. При этом кричал, что плевал на всех, в том числе и на Киселя. Затем дал команду личной охране избивать Невгоду. Если бы не вмешательство «Пунхана», то его забили бы на смерть прямо в казино. Когда тот, шатаясь, поднялся с пола, сказал, глядя в глаза Савлохову: «Инцидент не исчерпан», и вышел.

К тому времени «Борик» просто таки патологически возненавидел казино. В общем счете он проиграл в разных заведениях порядка полумиллиона долларов. Только в «Варшаве» продул — 300 тысяч «зеленых», в «Запорожье» — 35 тысяч и в «Габриэлле» — 46 тысяч. Прошли те времена, когда крупье старались подыграть именитому гостю. В последние годы он начал сильно выпивать и нюхать коку. Стал раздражительным, вспыльчивым, неконтролируемым. Поговаривают, что в порыве ярости как-то избил некоего «Гришу», раннее помогавшего Савлохову отмывать преступные деньги через Межбанковскую валютную биржу. Урезонить, успокоить Бориса могла только жена и братья.

Он словно предчувствовал недоброе, потому постоянно у одного из приближенных держал «тревожный чемодан», в котором хранился комплект фальшивых документов с визами иностранных государств, деньги, золотые изделия и пистолет.

По поводу конфликтной ситуации 6-7января 1998 года в Киев из Венгрии прибыл сам Сева Могилевич. Он пытался уладить разногласия, возникшие между Киселем и Савлоховым. В Боярке в частном доме прошла сходка, на которую были приглашены лидеры обеих группировок, их близкие связи, союзники, общим числом до шестидесяти человек. Как результат — Кисель с Савлоховым пожали друг другу руки, но затаили обиду. Теперь Борису Сослановичу было не до разборок и не до войн. Надо было думать, как выкручиваться перед правоохранительными органами.

…Только его отпустили из ИВС на подписку о невыезде, «Борик» рванул в Москву к Иосифу Давыдовичу Кобзону, просить о содействии в прекращении уголовного дела. Тот поставил условие, — возвращаешь долг, исчисляемый шестью нолями, помогу, а так… извини, дорогой. Далее, в сопровождении пятнадцати охранников, выехал в Северную Осетию, где остановился у своей матери. Встречался с президентом Алании-Осетии Александром Дзасоховым. С ним решал вопрос о поставке из Украины спирта, переработку его в водочные изделия и конечной реализации в Российской Федерации. Пытался заручиться поддержкой президента Туркменистана Ниязова, который раннее оказывал ему помощь в прекращении уголовных дел.

Только после этого решил возвратиться в Киев. И тут же, в канун праздника восьмого марта, по первому каналу украинского телевидения был показан документальный фильм о Борисе Савлохове — меценате, человеке и спортсмене, сыне земли осетинской и украинской.

Уголовное дело, конечно же, было прекращено. Кто-то посоветовал ему не ввязываться в политические игры и не идти на выборы, дабы не стать красной тряпкой, дразнящей государственного быка. И он отступился, и опять нырнул с головой в свой бизнес. Уже в мае того же года вместе с Кобзоном решал вопрос о возрождении деятельности в Киеве группировки «Москвы»… Хотя год назад пытался договориться с Черепом и Киселем об укрупнении своих преступных сообществ за счет вливания в них иных группировок. То есть они хотели стать единственными лидерами, киевской триадой.

19 июня того же года боевики его группировки взяли в заложники директора фирмы «Олби» и вымогали у него 50 тысяч долларов.

Но само преступное сообщество Савлохова начало лихорадить. От них начали постепенно отходить многие бизнесмены, идти под крышу охранных предприятий, подконтрольных бывшим работникам правоохранительных органов. Чеченцы у него отобрали нефтяной бизнес в киевской области. Это окончательно подорвало экономическую мощь группировки.

Многие видные савлоховцы оказались либо за решеткой, либо попытались отколоться от сообщества. Некоторые не по своей воле покинули мир сей.

19 ноября 1999 года в 9 часов 45 минут на двадцать шестом километре трассы Киев-Обухов во дворе своей дачи при посадке в автомобиль «Хюндай-соната» от взрыва погиб Салгереев Мамат Гиревич — «Кирим». Соучредитель 19 коммерческих структур, бывший сотрудник МВД Украины, следователь Московского РУВД. Уволился из органов по собственному желанию в 1993 году. После увольнения возглавил преступную группу из двенадцати человек, вначале входившую на правах «звена» в группировку «Фашиста». Возглавлял службу безопасности «Украинской финансовой группы». Из-за крупного долга перед Савлоховым был назначен им представителем (иначе говоря, «смотрящим») в компанию-казино «Сплит». К тому же он нехорошо наследил во время строительства мечети по улице Олеговой, по этому поводу у него возник конфликт с чеченцами.

Наметился отход от группировки и Коли «Оболонского» — «бригадного». У него был хороший нефтяной бизнес, и отстегивать в «общак» деньги от этого бизнеса он посчитал — неумно. Тем более, лидер преступного сообщества в большинстве случаев эти деньги спускал в казино. Савлохов в глазах своего преступного сообщества начал терять авторитет.

Кроме страсти к зеленому сукну, обходившейся в значительные суммы, «Борик» огромные деньги вкладывал в спорт. Это ему нравилось, спортивная борьба была его второй страстью. Восполнять денежные потери и инвестиции было как-то надо… Виктор Авдышев, уходя «в бега», передал ему свой бизнес в житомирской области, в частности — земледельцев-фермеров армян…

12 февраля 2000 года в Печерском райсуде Киева началось слушание дела Бориса Сослановича Савлохова, а также его воспитанника и личного охранника, преданного до мозга костей Зураба Гогичаева. Кстати, при задержании, он дрался из последних сил со спецназовцами, когда видел, как милиционеры «вяжут» его названного отца.

Суть же уголовного дела состояла в вымогательстве савлоховцами у семейства фермеров-армян Алоянов из житомирской области десяти тысяч долларов. Это случилось 30 сентября 1999 года. В чем заключался повод к вымогательству, совершенно не понятно. Не понятно также, по какой причине родственники Мамоян и Алоян вообще приехали на «стрелку» в спорткомплекс Суворовского училища. И уж совершенно не ясно, почему решил самолично взяться за дело в десять тысяч долларов человек, для которого такие суммы — как мелочь в карманах. В этом деле, как по мне, много знаков вопроса.

Тем не менее, родственники-армяне приехали на территорию Суворовского училища, при чем солдаты, открывавшие ворота, их пропустили. Для воинской части, согласитесь, это более чем странно. Фермерам пришлось какое-то время подождать появления Савлохова и приближенных. Когда те пришли, кто-то повторил претензию к ним на сумму десять тысяч долларов, мол, должны — и все тут. Келяш Алоян совершенно спокойно заявил, что так быстро, сразу, они не могут выложить всей суммы. Борис Сосланович, до этой поры мирно наблюдавший за ходом переговоров, неожиданно кулаком нанес удар в лицо Алояну. Как по команде, на него с кулаками набросилась его свита. В это время другого армянина удерживали за руки. На суде он стал единственным свидетелем, который смог дать показания по этому поводу. Тогда впервые в судебной практике Украины было применено слушание свидетельских показаний через просмотр записи видеомагнитофона, которые легли в основу обвинения.

Борис Сосланович на суде выглядел плохо. Не было на его лице той известной улыбки, с которой он глядит со всевозможных журнальных и газетных фотографий. Не было уверенности в себе, в своих соратниках, в милиционерах, которые раньше помогали выпутываться из таких дел. Расстрелян брат…

Но в ходе судебного разбирательства Мамоян неожиданно начинает отказываться от своих предыдущих показаний. Он объявляет, что давал эти показания под принуждением и угрозами. Становится понятно, что якобы люди, избивавшие Алояна, пытались подставить Савлохова, а он ни сном, ни духом даже не знал о происходившем избиении. В конечном результате, из свидетельских показаний Мамояна были изъяты материалы об участии в избиении подсудимых — и Бориса Савлохова, и Зураба Гогичаева.

Судебный процесс в любой момент мог развалиться. Оставались действительными лишь свидетельские показания главного потерпевшего — Келяша Алояна. Но тут происходит событие, повлиявшее на ход процесса. 14 марта 20000 информационные агентства Украины передали сообщение об убийстве на Крещатике несколькими выстрелами в упор из пистолета гражданина Армении Амирханяна, одного из лидеров армянской преступной группировки Киева. Ситуацию не замедлил прокомментировать начальник главка МВД в Киеве Михаил Корниенко. Он сообщил, что мотивом убийства стал отказ Амирханяна перед савлоховцами повлиять на своих земляков, проходящих потерпевшими по известному делу и порекомендовать им отказаться от своих показаний. Даже более того, — устранить их в случае несогласия. Это заявление было вообще более чем странным, — раньше от подобных комментариев, тем более не доказанных в судебном порядке, милицейское начальство удерживалось. Но общественное мнение было сформировано.

В этом месте стоит задуматься надо всем случившимся. А уж не «заказуха» ли это? Да, бандит должен сидеть в тюрьме. Да, он давно должен был оказаться за решеткой. Да, наконец-то восторжествовала справедливость, но от этой справедливости плохо пахнет моральными устоями Глеба Жеглова. Тем более, как считают многие, «заказуха» таки была — в Украине, в связи со сменой власти в Госкомспорте начался очередной передел спортивного рынка. Вкупе эти события совпали с чехардой, должностными перестановками в правоохранительных органах, с увольнениями милицейских чиновников, назначением на ключевые должности новых людей. Впрочем, ничего в этом удивительного нет. Вновь назначенный начальник Киевской милиции Юрий Смирнов заявил, что в последние годы тот же УБОП не занимался ничем серьезным, кроме как делал «крыши» предприятиям, блюдя свой карманный интерес. Хотя возможно, это из части, — «новая метла по-новому метет».

…Руслан Савлохов, пытаясь собрать деньги на «выкуп» брата, был неслыханно возмущен и удивлен, когда практически все раннее подконтрольные предприятия отказались платить, впрочем, как и некоторые «бригадиры». Ему удалось худо-бедно наскрести два миллиона долларов, но это не помогло, лишь подарило на некоторое время надежду и оттянуло процесс…

Стоит еще добавить, что в этот раз Савлохова брали в баньке на Подоле, куда фермеры должны были принести 10 тысяч долларов. Для чего все это было нужно человеку, имевшему у себя под рукой порядка сорока прибыльных предприятий — загадка. Это не та сумма, ради которой стоило рисковать и подставлять себя и ближайшее окружение. Тем более, зачем было идти и светить себя во второй раз, «в баньку». Так не поступают лидеры преступных сообществ никогда. Возможно, у Бориса Сослановича взыграл азарт, возможно, уверовал в свою безнаказанность, возможно, к тому времени просто остался без гроша.

После ареста его с товарищами отконвоировали в изолятор временного содержания на Подоле. И вот опять странность, — через два месяца отпустили на подписку о невыезде с туманной формулировкой, — якобы подследственный не представляет опасности для окружающих и в связи с ухудшением здоровья. Савлохову бы взять, да и воспользоваться своим «тревожным чемоданчиком». Но он этого не делает, вероятно, будучи уверенным в себе и в людях, выпустивших его на волю. Но в самый ответственный момент происходит смена должностного состава в УБОПе, — и Бориса Сослановича неожиданно «закрывают» вновь. Больше «Борику» свободу видеть не довелось.

Вскоре ему был вынесен приговор — семь лет с конфискацией имущества. В феврале 2001 года этот приговор подтвержден в Верховном суде Украины.

В 1996 году в Киев в обозе Павла Лазаренко прибыла группа чиновников из Днепропетровска, которых он назначил на новые ключевые должности в своем правительстве. С их вещевой поклажей перебазировался в столицу и Тимур Савлохов.

Итак, средний брат Теймураз Савлохов. Кооператор, цеховик, гастролер, вымогатель, делец, мошенник, кидала, лидер преступной группировки со строгой иерархией, — вот далеко не все его криминальные регалии. Имел интересы в Донецке, Москве, Хмельницком. Уроженец Северной Осетии, 1955 года рождения. Был трижды женат, имеет троих детей. Спортсмен. Работал тренером в Днепропетровском инженерно-строительном институте. Во время «операций» по «кидкам» часто надевал военную форму, представлялся работником спецслужб или СНБУ. В начале «трудового пути» опирался на поддержку старшего брата, однако совместного бизнеса с ним не вел. Был жаден и во всем старался перегнать «Борика».

Информация от Агентства федеральных расследований «FreeLance Bureau»:

«С началом перестройки зарегистрировал в Днепропетровске кооператив «Аро». В паре с тренером ДИСИ «Сосо» организовал бригаду спортсменов-борцов днепропетровского института физкультуры. Специализация группы на то время: скупка и перепродажа золотых изделий, меха, продажа краденых автомобилей, вымогательства и грабежи, выбивание долгов, экономические аферы.

По началу Теймураз не чурался собственноручно крутить «наперстки». За что и был впервые задержан в Киеве в 1990 году на территории авторынка, который успел «прибить» старший брат Борис. В очередной раз встретился с милицией в 1991 году, впрочем, без видимого для себя ущерба. В 1992 году был подвергнут аресту по подозрению в хищениях в особо крупных размерах и еще целому букету преступлений. Под суд не пошел — откупился.

Подчиненные Теймураза гастролируют по городам и весям, наезжая на преуспевающие коммерческие структуры. По некоторым сведениям, уже в то время бригада не останавливалась перед убийствами. Так, тройка особо приближенных к Савлохову борцов убила днепропетровского боксера, после чего стала выплачивать «пенсию» вдове. Базой бригады стали рестораны «Днепропетровск» и «Рассвет». Директоры этих точек общепита по собственной инициативе обратились к савлоховской бригаде за охраной, считая ее самой влиятельной в городе. «Охрана» обходится ресторанам в 10 процентов выручки.

Была у Теймураза и предпринимательская хватка. Под его руководством работали несколько кооперативов: по «накатке» символики на спортивные костюмы, в Карелии ему принадлежала звероферма, работали несколько цехов по пошиву меховых шапок. Но львиную долю прибылей, составивших стартовый капитал клана Савлоховых, приносил пошив модных в то время шуб из искусственного меха. Мех закупали повсюду и в промышленных масштабах. Поначалу — преимущественно в Прибалтике.

Но уже в начале 1991 года на проходившей в Днепропетровске выставке партнер Савлохова Карен свел Теймураза с начальником «нужного» столичного управления Юрием Николаевичем К. Там же с привлечением посредника была достигнута договоренность о покупке первой партии «украинского» меха — 5 километров и в довесок — 10 тонн трикотажа. Все это был «фондовый» товар, не подлежащий продаже частным предпринимателям. Но Юрий Николаевич посодействовал. Мех был продан, а сынок начальника уехал на новенькой «Таврии». Потом были закуплены еще десятки километров мехов и сотни тонн тканей. А чиновник поменял обстановку в квартире, обзавелся дефицитной видеотехникой. Тогда за приобретение десяти километров меха Савлохов «благодарил» одним автомобилем. Порой из меха шили шубы, порой перепродавали. Навар — от 100 процентов и выше. По подсчетам всевидящих бойцов невидимого фронта с осени 1990 по декабрь 1991 года экономические проделки группы Теймураза Савлохова обошлись государству в 1.024.000 рублей. Из трех братьев Савлоховых Теймураз, пожалуй, самый дерзкий. В общем бизнесе осетинского клана ему отводилась преимущественно роль куратора Днепропетровской вотчины и выполнение второстепенных функций».

Деятельность Тимура Савлохова в Киеве протекала довольно спокойно, как для криминального лидера. Обыденная жизнь преступного авторитета — разборки, «тёрки», «стрелки». Но в последнее время, вокруг него было замешано слишком много всего. Конфликт с тем же Киселем в связи с убийством «Гаши». Тлеющая неприязнь с «вором в законе» «Дато». Убийство Амирханяна, отказавшегося повлиять на свидетелей по делу Бориса Савлохова. Обострение отношений с «Ромой Оболонским», — «бригадиром», который взял курс на «откол» от группировки. Братья Тимур и Руслан пытались его облагоразумить. На «стрелку» в офис «Дженерал моторс» «Оболонский» приехал в сопровождении двадцати человек. И, не смотря на угрозы со стороны братьев, он остался при своем мнении. Однако после этого стал передвигаться по городу в сопровождении значительной охраны. (Как видим, время выносит на криминальный простор новых лидеров, лидеров новой формации).

…В ночь с 26 на 27 марта 2000 года возле дома №8 по улице Бучмы тремя пулями в спину из автомата был убит средний брат Савлохова Тимур. Киллер с дублером ожидал его у легкоатлетического манежа, подконтрольного «семье». В половине второго ночи автомобиль подъехал к дому, чтобы высадить пассажиров — Теймураза и его подругу. И тут же раздались автоматные очереди. Первой жертвой убийцы пал телохранитель и шофер Виталий Безтаев. Савлохов выскочил из машины и бросился наутек, но в темноте споткнулся об железный прутик, торчащий из земли, и упал. Убийца в который раз нажал на гашетку. Три пули, как три точки, оборвали жизнь Тимура. Контрольного выстрела не было, значит, стрелял человек, уверенный в своем стрелковом мастерстве.

Информация от Агентства федеральных расследований «FreeLance Bureau»:

«Савлохов Руслан (Рустам) Сосланович, 1958 года рождения. Имеет админарест. Мастер спорта по борьбе. Наиболее коммерчески одаренный из трех братьев. Сдержан, расчетлив. Два года работал по договору в Чехословакии. В 1989 вернулся из-за границы в Украину. Братом Борисом был введен в родовой клан осетин, стал правой рукой старшего брата в бизнесе и руководстве преступной группировкой. Принадлежащие савлоховцам рынки находятся под непосредственным кураторством Руслана. Заслуженно считается «мозгом» савлоховского бандформирования.

Коммерческую деятельность в Украине начинал с мошенничеств. Во время ареста Бориса-старшего в Осетии в 1991-92 годах возглавил руководство группировкой, продолжал передавать в Северную Осетию часть средств от преступного бизнеса.

В 1992 году теневик Гапоненко через знакомую в ювелирном магазине скупил для себя и братьев Савлоховых золотые изделия почти на миллион рублей по цене 650 рублей за грамм. В этой операции только денег, принадлежавших лично Руслану, было около 600 тысяч рублей.

Савлохов-младший открыл со своими людьми сеть магазинов, через которые отмывались деньги. В 1995 году Руслан числился директором магазина на центральной улице Горького. В то же время выступил учредителем украинско-американского СП «Дженерал моторс-Украина». Ему принадлежит пай в казино «Сплит» на улице Прорезной и в казино гостиницы «Турист».

В начале 90-х Руслан скупает на подставных лиц недвижимость в центре Киева. На Руслане, который самый «чистый» среди братьев, замыкаются связи группировки в органах власти, милиции, прокуратуре, СБ. Сфера деятельности бригады Руслана Савлохова: мошеничества, кражи, угоны, разбои, вымогательства, отмывание денег и перевод их за рубеж.

В середине 90-х активно участвовал в нелегальном бизнесе по обмену оружием между Арменией и Молдовой. Кстати, в нем принимали участие и другие группировки — тех же Авдышева, Хмарука. Цены черного рынка на то время: ПМ — 300-350 долларов, АКМ — 700-800, Узи с глушителем — 1200, карабин с глушителем — 1300.

Руслан контактирует с чеченской группировкой в Москве. Для совершения преступлений приглашает гастролеров из Северной Осетии, Днепропетровска, Молдовы, Москвы. В эти же регионы отправляет своих эмиссаров. Помимо увеселительных заведений, принадлежащих и контролируемых Савлоховыми, часто появляется в кафе кинотеатра «Алмаз», хозяевами которого являются «стоячие» братья Барсуки. Не чурается семейного бизнеса по торговле проститутками.

В феврале 1995 года Руслан Савлохов вылетел в Дубаи вместе с девушкой, прошедшей обучение в одной из подпольных школ. Руслан ехал в Эмираты отдыхать. В аэропорту Дубаи их встретил араб, который принял девушку. 21 февраля она вернулась в Украину с «рабочей вахты».

Руслан почти не светился в криминальных сводках. Его не трогают ни милиция, ни криминалитет. На счету Савлохова-младшего — всего одно покушение, а вернее — подрез ножом в бане. По некоторым сведениям этот инцидент, который случился почти в одно время со вторым покушением на Бориса Савлохова на улице Луначарского, стал следствием конфликта между группировкой Савлоховых и Киселя. Время от времени конфликт между славянами и осетинами достигает опасного накала. В 1996 году высокий покровитель Киселя Александр Волков даже высказал намерение примирить Бориса Савлохова и Владимира Киселя, но этого так и не случилось. А подобная ситуация превращает жизнь мафиози в сущий ад. Постоянное чувство опасности не дает радоваться жизни.

Руслан Савлохов, наименее склонный из трех братьев к криминальным авантюрам, давно выказывал желание отойти от уголовного бизнеса, полностью легализоваться. В узком кругу он говорил, что устал жить в окружении охраны и ожидании выстрела в упор. Впрочем, пуля досталась не Руслану…

По данным Службы Безопасности Украины среди преступных сообществ республики этнические занимают не больше 15%. Можно смело утверждать, что значительную часть этой составляющей занимает осетинский клан Савлоховых. Или занимал?

Что же до оставшихся в живых Савлоховых, то над ними зависла смертельная опасность. Лучшим выходом для Бориса станет осуждение и заключение в какую-нибудь, ну о-о-чень глухую камеру. Руслану и того хуже: пожалуй, следует съезжать в Осетию или куда-нибудь подальше».

Сергей Ухачевский, фрагмент из новой книги, специально для «УК»

Читайте также: