Менты в законе. Вместо эпилога (из записок районного опера)

Этот текст, написанный в 1998-1999 годах, в конце 2000-го был дополнен эпилогом, повествующим о судьбе некоторых из моих героев. Например, падение «Держиморды»… Падение Держиморды

Началось с того, что начальнику горУВД, полковнику «Держиморде», исполнилось 60 лет. Как водится, юбилей столь важной «шишки» был торжественно отмечен. Но, неожиданно для всех, к своей круглой дате юбиляр не получил давно ожидаемых им генеральских погон. А ведь по закону служить в милиции после достижения 60-летнего возраста имеют право только генералы, все остальные — автоматически уходят на пенсию. Вот почему оставление «Держиморды» в не-генеральском звании как бы подразумевало, что руководство планирует в скором времени отправить его в отставку.

Полковник сделал вид, что ничего особенного не произошло. На оперативках и совещаниях он всё так же распекал личный состав, оскорбляя всех и каждого своими бессмысленно-матюкливыми придирками. Да и в более доверительном кругу держался бодрячком, называя произошедшее недоразумением: «Случайно задержалось оформление некоторых нужных бумажек… Вот-вот звание мне присвоят!» — с улыбочкой уверял он. Хотя на душе его не могли не скрести кошки… Но ведь никаких реальных предпосылок к опале!

В Министерстве им довольны — чуть ли не наилучшие в республике показатели раскрываемости преступлений и снижения темпов роста преступности. Все гласные и негласные указания начальника областного УВД — выполнял старательно и напористо. Вверенный ему личный состав — сцементирован, дееспособен; своего начгорУВД если и не уважает (а на хрен ему их уважение?!), то, как минимум, побаивается. К тому же в активе у полковника — прочная поддержка имеющего мощные позиции и здесь, и в столице мэра-родича. Да с такими плюсами и о маршальских погонах можно мечтать, не говоря уж о генерал-майорских!

Но тут «Держиморда» капитально ошибался. Всё-таки сказывалась в нём умственная ограниченность, его неумение считать варианты, учитывая великое множество влияющих на реальную обстановку факторов.

Начнём с начальника областного УВД, — незачем ему появление в Энске второго милицейского генерала, потенциально, ввиду своего высокого звания — претендента на эту должность и влияние в регионе.

Разумеется, в задумках у маленького генерала в большой фуражке — переезд в столицу и должность министра внутренних дел (на худой конец — его первого заместителя). Но он переберётся в новое кресло, лишь когда сам решит (ну и, разумеется, когда это позволит сложившаяся политическая конъюктура). А не тогда, когда его «подопрёт» снизу начальствующий в Энском ГУВД генерал-майоришко!

Однако и потом, после значительного повышения в должности, Виктор Викторович вовсе не обязательно поставит на освободившееся место «Держиморду»; пусть тот губу не раскатывает… На каком основании его туда ставить, собственно говоря?

«Я был предан все эти годы! Я – заслужил!..»? Все были преданы (кто не был — те давно уж засунуты далеко и надолго, сами знаете — куда)… Но некоторые из преданных оказались по своим деловым качествам ещё и способными на многое. А другие – только каблуками верноподданнически щёлкалиют, да на своих офицеров во время оперативок и совещания орали.

Не потянет «Держиморда» главой областного ментярства, подведёт своего Министра. В перспективе это сулило немалые проблемы…

Стань «Держиморда» единственным, после Виктора Викторовича, генералом в областной милиции — трудно после себя не назначить начальником облУВД именно его. Поскольку же назначать «Держиморду» на эту должность никто не собирался, то отсюда следовало, что и генералом ему – не стать!

Однако скажу больше: и нынешнее кресло под «Держимордой» вдруг зашаталось. На то был целый ряд серьёзнейших причин.

Во-первых, когда «твой» человек рассчитывает на некую услугу с твоей стороны, но не получает её, то это рождает в нём скрытое недовольство. Внешне-то он по прежнему остаётся верным исполнителем твоих указаний, но в душе наверняка — копит злобу, и готов отомстить при первой же возможности. А поскольку знает он про Виктора Викторовича очень много, то долго ждать такой возможности ему не придётся. Твой друг, таким образом, мгновенно превращается в твоего недруга! Вот почему ждавших твоих милостей и не получивших ожидаемого слуг надо изгонять немедля!

Во-вторых, «Держиморда» хорош для вполне определённых, конкретных целей. А именно – «закрутить гайки» в ментовском аппарате, а также, запугав финансовую элиту нашего славного Энского края, склонить её к сотрудничеству с Виктором Викторовичем и его политическими союзниками. Исполнив с блеском свою задачу пугала, он стал не нужен. Зато «сдав» его именно теперь, генерал получал лишний аргумент в торге с провинциальными олигархами: вы пойдёте навстречу тем-то и тем-то из моих требований, а я, так и быть, лишу должности вашего обидчика!

Ну и, в-третьих, «Держиморда» действительно слишком много знал о Викторе Викторовиче. Ещё не так много, чтобы побеспокоиться о его полной нейтрализации, но было бы и грех доводить ситуацию до необходимости крайних мер. Хоть и туповат полковник, но в прошлом принёс немало пользы, и не хотелось бы узнать о его скоропостижной кончине…

Что касается МВД, то там к «Держиморде» относились так же, как относился к нему Виктор Викторович – один из самых перспективных в ведомстве генералов-претендентов на министерскую должность. Кто ж посмеет пойти против авторитетного мнения своего завтрашнего Министра?

Разве что нынешний глава МВД поддержит «Держиморду» — исключительно из желания слегка сдержать активность слишком прыткого начальника Энского облУВД. Создав против него в Энске противовес в лице новоиспечённого генерал-майора.

Но и Виктор Викторович не лыком шит. Такое открытое противопоставление воли министра своей он может расценить как объявление войны. А в любой войне на удар противника немедленно отвечают сокрушительным контрударом. Причём — более мощным, чем вражеский удар, чтоб наверняка сокрушить недруга. Лишив его возможности, в свою очередь, парировать твой контрудар своей контратакой.

В принципе, при сложившемся на нынешнем этапе соотношении сил, Министр в схватке с Виктором Викторовичем, скорее всего, одержит вверх. Но ничего, кроме продления ещё на полгода-год своего пребывания в Министерском кресле, это противоборство ему не даст. Лишь истощив его стратегические запасы ресурсов, связей, морального авторитета и денег. К тому же даже и поверженный Виктор Викторович способен на внезапный удар исподтишка. Так что пришлось обидчику все время жить, оглядываясь себе за спину.

Отсюда ясно, что позволить себе конфронтацию с быстро набирающим силу «больше-фуражечным» генералом Министр никак не мог: бессмысленно и небезопасно. Куда продуктивнее поддерживать с ним вполне нормальные, взаимовыгодные деловые отношения. Самому власть в его руки, разумеется, не отдавать; плод должен ещё созреть… Но когда придёт время — уйти с достоинством, дружески пожав руку преемнику, сохранив себя и свои ресурсы. И уйти не в никуда, а на заранее подготовленный мощный плацдарм — гендиректором в одну из транснациональных корпораций…

Так что со стороны вроде бы дружески настроенного Министерства на самом деле ничего хорошего «Держиморде», по большому счёту, не светило.

Теперь – о мэре. Муж сестры твоей жены — это, конечно же, близкий человек, особенно когда он сам прочно стоит на ногах, и способен оказывать тебе те или иные важные услуги. Ну а если его положение пошатнулось? В конце концов, не о сынке же твоём единокровном идёт речь, которого в принципе всегда отмазываешь до последнего! Подумаешь — женаты на сёстрах… Это даже не кровная родня, а так… шапочное знакомство!

И кто сказал, что мэр продолжает по-прежнему любить свою жену? Никто не сказал, да и не скажет. Всему городу известно: мэр – изрядный бабник, ни одной подходящей юбки в своём окружении не пропустит. В советские времена чиновники такого уровня удовлетворяли свои потребности секретаршами, медсестричками, горничными и иными обладательницами смазливых мордашек и упругих попок среди обслуги, но сейчас – другая эпоха, с массой всяких возможностей…

Мэр – хозяин города, вправе казнить и миловать, запрещать и разрешать, поощрять и угнетать всё разнообразие частнопредпринимательской деятельности в своих уделах. А что из этого вытекает? Правильно, вытекает из этого то, что «бабла» в мэровских карманах – немерено!

Говорят, когда в магазинах расплачивается он за покупки наличными, то вытаскивает из кармана припасённую на мелкие расходы пачку стодолларовых ассигнаций толщиной с том Большой Советской Энциклопедии. Скажете, с мэрской зарплаты скопил столько? Ха-ха!

С непривычки, первое время мэр даже не знал, куда девать такую прорву «бабок», и зачастил было по вечерам в самое роскошное казино Энска — «Утёс»: поиграть в рулетку, и вообще… Такое времяпровождение главы городской администрации в условиях глубокого экономического кризиса в державе, и оголодания подавляющей массы горожан не могло не вызвать лёгкой удивлённости избирателей: а что здесь, собственно говоря, происходит, а?!

И на что уж приучены и прикормлены местные газетёнки, но и с их стороны задребезжало холуйской недоумённостью. Тогда на одной из пресс-конференций мэр р а з ъ я с н и л… Оказывается, «в казино я бываю лишь изредка», «играю там ещё реже», «некоторые думают, что если кто-то играет в рулетку, то у него много денег, но это не так: иногда я выигрываю, иногда я проигрываю, но в целом всё остаётся — «по нулям». Так что никаких особенных капиталов на посещение казино и не надобно…»

Звучало убедительно. Однако зрелище сытой мэровской физиономии среди блеска и роскоши казино всё равно раздражало тощих и озлобленных беспросветностью собственного существования горожан. И от посещения злачных мест мэру с болью в душе пришлось отказаться.

Но зато теперь он с азартом тратит денежки на баб, точнее — на особ женского пола помоложе, симпатичнее и ухоженней!

В Энске один за другим проходят всевозможные конкурсы красоты; все эти «Мисс города», «Мисс области» и «Мисс Вселенная». Попок, грудяшек и мордашек на них мелькает — не перечесть! Ну а мэр — вовсю активничает в кулуарах, самолично определяя, какая из претенденток проявит в близком общении с ним больше способностей и достоинств для занимания призовых мест.

Реально дело обстояло так: на какую у мэра быстрее «встанет» — та и «Мисс»! Иногда это действительно — писанные красавицы. Но порою, по какому-то капризу судьбы, бурней всего мэровская «вставалка» реагировала на невзрачных дурнушек — вот им-то лавры победительниц конкурсов и вручались. Вызывая у непроинформированной публики острейшее неудовлетворение и вопросы к жюри: «На хрен дали 1-е место этакой кикиморе?!.»

А жюри и само не понимало, на хрен мэр эту тощую задницу «отмиссовал». Но раз команда дана — её надо выполнять. Вот и короновали «царицами красоты» такие ужасающие хари…

Особенно шокировала общественность история с проходившим в Энске отборочном этапе конкурса «Мисс мира». Предстояло отобрать среди участниц из разных регионов страны одну-единственную, которую назовут «Мисс Страна» и направят в Париж, на заключительный этап. Где из множества победительниц конкурсов в своих странах отберут ту, которая и станет «Мисс Мира».

Ну вот, значит, надумала чья -то светлая голова провести этот конкурс в Энске, и в жюри на этот раз отобрали лишь самых принципиальных и независимых. Но и таковые тоже хотят сладко пить и вкусно есть! Вот мэр их всех и купил… И победительницей этого отборочного этапа конкурса стала приглянувшаяся ему 18-летняя студенточка. Ну вообще — н и к а к а я! То есть ножки — длины неимоверной, чуть ли не в полтора метра, но всё остальное — ниже самых нижних параметров; а личико… о нём и вовсе промолчу.

А мэр на неё запал по-настоящему. Сказал: «Ей ехать на конкурс в Париж!», и — точка. Хоть из пушки его стреляй… Всем отмаксал, всех умаслил, и стала его пассия победительницей отборочного этапа. Но тут вспыхнул скандал, даже скандалище. Следующий этап конкурса был международный. А сколь ни богат наш мэр, но – не в такой степени, чтобы подкупить мировую общественность.

Кто-то в МИДе, узрев физию той, которую на полном серьёзе планировали послать в Париж в качестве самой красивой нашей соотечественницы, ахнул: «Неужто на всю державу прекраснее не сумели найти?!» И – доложил наверх о грозящей конфузии. Там, разобравшись в ситуации, решили: «мэр не по рангу замахнулся!». И послали в Париж другую, занявшую на отборочном этапе в Энске лишь 2-е место. Про победительницу же сообщили через СМИ, что она «поехать на конкурс не смогла ввиду занятости учёбой и общественными делами»…

Та и взаправду была занята под завязку: мэр настолько в неё втюрился, что купил ей особнячок невдалеке от центра, где студенточка и поселилась. Через энное количество месяцев она разродилась бременем, подарив своему высокопоставленному хахалю сыночка. До этого у мэра была только дочка (кстати — ровесница его нынешней подружки); жена не смогла осчастливить его сыном, а любовница — сумела! На радостях мэр стал готовить блестящую семейную рокировку: развод с женою и женитьба на «Мисс Страна».

Говорят, «Держиморда» про то пронюхал и случайно проболтался о мэровских планах своей супруге. Ну а та, естественно, рассказала обо всём сестре. Жена мэра оказалась особой неглупой, и поднимать скандал не стала. Вместо этого, изловчившись, сама забеременела от мужа, и спустя 9 месяцев — тоже родила ему сына! Там – сын, и тут – сын, там – молодость, а тут — ещё и дочка; да плюс к этому – кой-какая совместная собственность, которую в случае развода пришлось бы делить…

В общем, развод пока что отложен. (Думаю – до того момента, пока студенточка родит мэру ещё и дочку — тогда её преимущество в возрасте окажется всё ж таки преобладающим.)

Кто же виноват во временном отступлении мэра от намеченного плана официально сойтись с молоденькой? Начальник городского УВД виноват! Нечего болтать лишнего…

Да и вообще… Коль понимаешь, что рано или поздно придётся разводиться со старой и надоевшей женою, то глупо перед разводом не «зачистить тылы», убрав мужа её сестрички с руководства городскими ментами. Чтоб, типа, тот не отомстил за поруганную честь родственницы своей супруги.

Вот почему мэр дал «добро» в ответ на проведённые с ним однажды осторожные разговоры насчёт необходимости «укрепить руководство» городской милиции. Тут тебе – и месть за длинный язык, и здравый расчёт, и учёт сложившейся ситуации, когда отстаивать давнего протеже — невыгодно и вредно даже.

…Господам в их господских делах — виднее. Но выскажу личное мнение: мэр допустил стратегическую ошибку. Каков бы ни был «Держиморда», но пока мэр живёт со своей прежней женою, он мэру – предан. (Менять же старую жену на новую, помоложе и посмазливее – предел идиотизма. Умные и предусмотрительные власть имущие таких глупостей не делают. Довод же: «Я влюбился!» — для серьёзных людей вообще звучит диковато… Не по занимаемой должности – таков уровень рассуждений и поступков.)

По сути дела, мэр из-под самого себя вышиб мощную опору. Сегодня он даст «съесть» «Держиморду», а завтра с таким же успехом «съедят» и его самого. Ведь у нашего мэра, при всей его удачливости и процветании — множество сильных врагов. Кому-то он когда-либо перешёл дорогу, и они жаждут мести, а другие – просто претендуют на его место (или на те места, которые ныне занимают поставленные им люди). При прежнем соотношении сил они боялись в открытую атаковать мэра, но после удаления «Держиморды» мэр «открылся» для удара. И грех не использовать эту возможность…

Этот удар вполне мог оказаться для мэра смертельным. Дело в том, что в своё время столица поддержала его в стремлении подорвать в Энске позиции предыдущего мэра, которого власти вдруг возненавидели. Новый мэр преуспел в борьбе с предшественником, отняв у его людей всё, что можно было. Но слишком уж усилился сам… Да-да, слишком! А столица не хотела, чтобы вместо одного ярого оппозиционера в Энске завёлся другой, ничуть не краше. Теперь, когда экс-мэр был полностью повержен, и в услугах недавнего низвергателя его могущества уже не нуждались, следовало подумать о замене его на менее прыткого и более ручного и одомашненного… Так что по сути мэр был обречён.

А снять «Держиморду» можно было по-разному.

Оптимальным вариантом для него самого были бы проводы на

«заслуженный отдых», с цветами и подарками от властей. Перед прощанием можно даже всучить «на память» и выстраданные генеральские погоны…

Но сам полковник желания уходить на пенсию не изъявлял, тупо надеясь, что при любой передряге покровители его в беде не оставят. Хотя никаких покровителей у него, как уже говорилось, на деле уж и не было.

Кроме этого, относительно хорошего, был и совсем плохой вариант: назначить комплексную проверку деятельности горУВД областным УВД. Прибудет большая группа ментовских ревизоров, все перешерстит, перетряхнёт, и наверняка – накопает ровно столько отрицательных фактов, сколько приказано их накопать. Хватит на что угодно, начиная от строгого выговора начгорУВД («за недостаточный контроль за деятельностью подчинённых»), и кончая публичным расстрелом на центральной городской площади — «за коррупцию, развал дела и колоссальный ущерб интересам державы…»

Минус этого варианта: слишком много негатива предстоит накопать проверяльщикам для свержения доселе находящегося на хорошем счету «Держиморды». Но когда отрицательных фактов станет достаточно много — возникнет вопрос: а где же было Энское областное УВД в то время, когда в Энском городском УВД происходили столь массовые злоупотребления? И почему начальник областного УВД не проконтролировал должным образом работу подчинённых?

Министр внутренних дел мог воспользоваться удобным моментом для нанесения по временно ослабленному генералу Виктору Викторовичу внезапного сокрушительного удара. И запросто мог случиться такой курьёз: пошедший на дно «Держиморда» утянет с собою и тех, кто его потопил.

Нет-нет, никакой комплексной проверки! Разговор может идти только о каких-то личных, исключительно локальных просчётах полковника, за которые несёт ответственность только он сам, да плюс — ещё один или двое из его ближайшего окружения.

…Вот на какой волне из небытия в столичное Министерство вдруг вынесло письмо-жалобу майора Крашенинникова.

До поры до времени майор занимал тёпленькую должность в отделе кадров Энского ГУВД, и ни о каких кляузах против непосредственного начальства даже не помышлял. Но в один прекрасный день его по личному указанию «Держиморды» турнули из УВД «за служебное несоответствие». Подлинные причины полковничьего недовольства майором мне неизвестны; думаю – ничего действительно весомого… НачгорУВД был известным самодуром, и распорядиться уволить офицера со службы мог из-за любого пустяка, вроде какой-нибудь неудачной реплики на оперативке.

Будь это любой из «строевых» ментов – и всё сошло бы «Держиморде» с рук. Но он по тупости харкнул в кадровика. А ведь общеизвестно, что работники этой службы не только самолюбивы и злопамятны, но и весьма проинформированы про тайные делишки своих шефов!

Короче, майор двинул в областное УВД с просьбой отменить распоряжение начальника ГУВД. А заодно уж – и «настучал» на «Держиморду», устно перечислив некоторые из его наиболее одиозных делишек и грешков. В числе прочего была упомянута и такая пикантная подробность: неоднократно зарплата личному составу Управления вовремя не выдавалась, а клалась на некий счёт (практически – личный счёт «Держиморды») в одном из коммерческих банков; и набежавшие за несколько месяцев проценты шли в карман начальника и главного бухгалтера городского УВД… Кроме того, половина стоимости «продпайка» личного состава за прошлый год вначале была «временно задержана» к выплате, а затем и так же — элементарно разворована всё тою же лихой парочкой. Но в основном — всё досталось «Держиморде»…

По подсчётам обиженного Крашенинникова, только по этим двум эпизодам начальник горУВД положил в свой безразмерный кармашек сто тысяч долларов.

Что такое сто «штук» «зелени» — пояснять никому не надо. Мелочёвка это, мизер, детишкам на конфетки; серьёзные люди ещё подумают, наклоняться ли, обнаружив на улице оную сумму валяющуюся на земле у них под ногами, чтобы поднять её… Но для обывательского уха звучит громко: СТО ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ!

Все прочие, куда более весомые обвинения майора интереса в облУВД не вызвали (их расследование могло завести слишком далеко). А вот эти-то жалкие копеечки — жадно заинтересовали слушателей майора. Он был выслушан с поразившей даже его самого внимательностью. А затем, после трёхдневной паузы («мы тут посоветуемся…»), снова вызвали его в облУВД. Где и предложили ему эпизод со ста тысячами изложить подробнее в письме на имя Министра внутренних дел, и отослать в столицу.

Получившие эту кляузу столичные канцеляриты поразились тому, что кто-то там в Энске смеет жаловаться на числящегося на отличном счету начальника Энского ГУВД. И позвонили Виктору Викторовичу с целью выяснить, какая же эта сука и с какой провокационной целью там развонялась… Неожиданно выяснилось, что начальник областного управления полностью «в курсе» содержания жалобы. И не то чтобы с нею согласен, но считает не лишним «проверить истинность изложенных фактов…»

Гм… А чё ж проверять? Ежели о твоём ближайшем соратнике публично говорят, что гнида он и преступник, а ты вместо гневных опровержений и защитных речей вдруг глубокомысленно предлагаешь «проверить факты», то и ежу понятно, что соратник твой скурвился, и ты решил его утопить… И мешать тебе в этом благороднейшем занятии — неблагоразумно.

Вот в результате каких маневров из столицы совершенно внезапно прислали ревизоров, которые в считанные дни и установили, что сто тысяч казённых денежек действительно — тю-тю…

Главбух горУВД был немедленно арестован. «Это не я!.. Это не только я! Мною лишь исполнялись указания Начальника Управления!» — жалобно визжал уводимый конвоем главный бухгалтер. Но его никто и не слушал.

Судьба Держиморды решалась не на уровне: «совершал или не совершал такое-то конкретное злоупотребление?», а на уровне: «нужно ли нам объявить его преступником, или же разумнее сказать, что он всего лишь допустил серьёзные упущения в контроле за деятельностью подчинённых»?

По всему выходило, что бить в полную силу по полковнику нельзя — обидевшись, он в свою очередь может «накатить телегу» против Виктора Викторовича. И такого насочиняет — мало не покажется! Никто его обвинениям не поверит, разумеется, но вони будет много. Глядь – через пару лет, когда встанет вопрос о назначении нового Министра внутренних дел, всплывёт в памяти сильных мира сего и та давняя история: «А-а-а, это тот генерал, о котором какой-то полковник когда-то что-то этакое сигнализировал…» Посмеются власть имущие над давнешней глупостью посмевшего написать этакое про своего генерала — да и подпишут указ о назначении Министром кого-либо другого, за которым в прошлом не всплывает никаких «хвостов». Нет уж, подстраховываться заранее надо от подобных сюрпризов!

…И было объявлено об освобождении «Держиморды» от обязанностей начальника Энского городского УВД «в связи с переходом на другую работу». Забыли только уточнить – на какую именно… Оказавшегося у разбитого корыта полковника словно кипятком ошпарили! Главное, из-за чего снимать надумали — из-за паршивых ста штук… Не могли даже более правдоподобный предлог найти!

«Держиморда» побежал жаловаться к родичу-мэру. Тот вроде бы и посочувствовал, даже пообещал «помочь, узнать что и как, посодействовать…» Полковник ушёл от него обнадёженным. Но когда назавтра на трезвую голову начал припоминать, что ж конкретно ему мэр пообещал — а ведь ни хрена конкретного!

Отрёкся… Попросту сдал с потрохами муж сестры его супруги, вот тебе и весь сказ. И после этого — верь людям…

Тогда «Держиморда» двинул на аудиенцию к Виктору Викторовичу. Принял его генерал сразу же, без долгих маринований в приёмной (зачем без особой надобности лишний раз нервировать человека!). Выслушал внимательно, сопереживал горестям своего недавнего соратника, чуть ли не обнимал жалостливо и к груди не прижимал. Но за уважительностью формы ясно маячила беспощадная ясность содержания: на тебе, милок, поставлен жирный крест. А начнёшь вякать и возникать — посадим вместе с дураком-главбухом. Так что лучше уж тебе заткнуться наглухо, а ещё лучше — уехать далеко и надолго.

Хоть и безмозгл был «Держиморда», но не настолько, чтобы не понять столь ясно кидаемых ему «маяков». Потихонечку оформил отпуск «по семейным обстоятельствам», и вместе со всей семьёй умотал на «временное проживание» в одну из соседних стран. Откуда уж его не вытащишь и не посадишь…

Чуть не забыл: широкая Энская общественность про паршивую историю с украденными у ментов ментами же ста тысячами долларами так ничего и не узнала. Решили: «Не следует компрометировать правоохранительные органы в глазах населения, а то Бог весть что о нас подумают…»

Лишь промелькнуло в газетах, что бывший начгорУВД полковник такой-то, вроде бы, перебирается в столицу, где будет преподавать в Академии МВД. И – всё, ни гу-гу больше… Разве что пару раз проехался кто-то из энских газетчиков с ленивой ехидцей в адрес не называемого по имени «одного из предыдущих руководителей нашей милиции, обещавшего к концу года покончить с организованной преступностью в Энске». Но потом и эта фишка приелась, и про «Держиморду» перестали и вспоминать.

(Продолжение следует)

Рассказ не пожелавшего назвать своё имя сотрудника уголовного розыска записал Владимир Куземко

P.S. Републикация материалов Владимира Куземко, возможна только с разрешения автора!

Читайте также: