Предатель Олег Пеньковский не жил и не умер в Крыму…

Нашлись люди, которые утверждали, что полковник КГБ вплоть до смерти жил в Крыму, причем по соседству с ним обитал другой замечательный советский разведчик по имени… Мартин Борман. Автор: Михаил Володин, Первая Крымская

Бывший шеф ЦРУ Ричард Xелмс, выступая в 1971 году перед журналистами, заявил, что предотвратить третью мировую войну помогли несколько высокопоставленных лиц СССР, в том числе полковник Главного разведывательного управления (ГРУ) генштаба Олег Пеньковский. Однако факты свидетельствуют об обратном.

7 мая 1963 года состоялось первое заседание Военной коллегии Верховного суда СССР по делу Пеньковского. Полковник ГРУ обвинялся в шпионаже и полностью признал свою вину. На вопрос прокурора о том, что вынудило его встать на путь преступления, Пеньковский заученно ответил: «Алкоголь, себялюбие, тщеславие, недовольство работой, любовь к легкой жизни привели меня на преступный путь. Низкие моральные качества, полное разложение — все это я признаю». В ходе следствия было установлено, что с апреля 1961 по осень 1962 года полковник Пеньковский отснял и передал на Запад более пяти тысяч кадров фотопленки. Неопровержимым доказательством его шпионской деятельности суд счел фотографию, на которой Пеньковский был снят в форме полковника британской армии. 11 мая он был приговорен к расстрелу.

По поводу его смерти по Москве ходили самые противоречивые слухи. Поэт Иосиф Бродский утверждал, что Пеньковского его бывшие коллеги сожгли живьем. Об этом он узнал от скульптора Эрнста Неизвестного, с которым, в свою очередь, поделился один из работников крематория. В то же время английская «Санди телеграф» в номере от 19 мая сообщила: «Западные дипломатические лица в Москве считают, что смертный приговор — чистейшая фикция. Как выразился один дипломат, казнь состояла в том, что его паспорт сожгли, а взамен выдали другой». Подкрепил эти слухи представитель СССР при ООН Федоренко, который во время обеда с одним западным дипломатом как бы невзначай заметил, что Пеньковский жив и здоров. Впоследствии нашлись даже люди, которые утверждали, что полковник КГБ вплоть до смерти жил в Крыму, причем по соседству с ним обитал другой замечательный советский разведчик по имени… Мартин Борман. Так кем же в действительности был Олег Пеньковский, и что с ним произошло на самом деле?

Инцидент на турецком базаре

Олег Владимирович Пеньковский родился в 1919 году в городе Владикавказе в семье инженера. В том же году его отец был демобилизован в белую армию и вскоре погиб. Олег воспитывался в семье дяди, который к началу 60-х годов был уже генералом армии, заместителем министра обороны СССР. Это весьма способствовало стремительной военной карьере Пеньковского. В 1939 году он окончил Киевское артиллерийское училище. Во время войны Пеньковский благодаря заступничеству родного дяди служил в штабе Московского военного округа, командовал учебными частями и был личным адъютантом будущего главного маршала артиллерии Варенцова. Боевые награды и звания Пеньковского ни о чем не говорят — получить их в штабах было куда проще, чем в окопах.

В 1945 году Пеньковский очень удачно женился на дочери генерала Гапоновича, который был начальником политуправления Московского военного округа. Понятно, что генерал не мог допустить, чтобы его дочь отправилась в отдаленный гарнизон, — майор Пеньковский поступил в расположенную в Москве Военную академию имени Фрунзе. Окончив это учебное заведение и получив звание подполковника, Пеньковский не смог расстаться с комфортабельной квартирой в столице и продолжил обучение в Военно-дипломатической академии — кузнице кадров советской военной разведки. В 1952 году, получив по окончании этой академии очередное звание, он был принят на работу в ГРУ. И спустя три года в качестве помощника военного атташе отправился в Турцию. Там советского военного дипломата застукали, когда он пытался продать на местном рынке ювелирные украшения и фотоаппаратуру. Его начальник счел своим долгом отметить в служебной характеристике полковника ГРУ невысокие моральные качества подчиненного. Пеньковский понял, что генеральских лампасов ему не видать как собственных ушей и в отместку предпринял попытки установить связь с ЦРУ. В итоге его не только отозвали из загранкомандировки, но и уволили из военной разведки.

Маршал Варенцов не оставил своего боевого соратника в беде, определив на высшие инженерные курсы по изучению современной ракетной техники. А в 1959 году Пеньковский был вновь зачислен в штат ГРУ. Дело в том, что к тому времени эту организацию возглавил генерал Иван Серов, с которым Пеньковский был в доверительных отношениях. Позже, когда жена и дочь Серова совершали шоп-туры по Европе, их в качестве гида неизменно сопровождал именно Пеньковский.

Акция на Красной площади

Вообще-то, генералу Серову не следовало возвращать в ГРУ проштрафившегося полковника. Слишком многие сотрудники КГБ имели на Серова зуб, поскольку на посту руководителя этой организации он действовал, мягко говоря, как слон в посудной лавке. Его бывшим коллегам, которые прекрасно знали о похождениях Пеньковского, представилась замечательная возможность сбить генерала с ног, причем так, чтобы он уже никогда не поднялся. Операцией руководил начальник 2-го главного управления (контрразведка) КГБ СССР генерал Олег Грибанов. Пеньковского через его знакомых снабдили якобы совершенно секретной информацией. Например, ему сообщили, что самолет-разведчик U2, который пилотировал Пауэрс, был на самом деле сбит не ракетой-перехватчиком, а советским самолетом-истребителем. С нескрываемым интересом контрразведчики наблюдали за тем, как Пеньковский буквально силой навязал пакет с этой информацией британским ученым-металлургам, чтобы те передали его куда следует. Но назавтра ученые нашли Пеньковского и вежливо вернули ему пакет. Канадские торговые представители, которым полковник решил его отдать, не захотели взять пакет ни под каким видом. Наконец, 12 августа 1960 года поздно вечером на Красной площади Пеньковскому удалось всучить пакет двум молодым американским туристам, направлявшимся в посольство США.

Советские контрразведчики вздохнули с нескрываемым облегчением. Может быть, даже по-деловому отметили это событие.

Для того чтобы Пеньковскому было сподручнее встречаться с иностранцами, его перевели в госкомитет по координации научно-исследовательских работ, назначив на должность замначальника международного отдела. Но американцы Пеньковскому не доверяли — они решили действовать через британскую разведку МИ-6. Там тоже не нашлось дураков, чтобы совать голову в петлю. Англичане уговорили поехать в СССР и под видом бизнесмена встретиться с Пеньковским Гревила Винна, который в годы войны безуспешно учился в разведшколе. Этот человек был под стать Пеньковскому — он тоже воображал себя великим разведчиком, не имея к этому ни малейших способностей. Неудивительно, что Винн и Пеньковский сразу понравились друг другу. Это произошло в декабре 1960 года. На сей раз удачное начало операции отпраздновали, надо полагать, не только советские контрразведчики.

Развивая успех, Пеньковского немедленно командировали в Лондон, где агенты ЦРУ и МИ-6 быстро научили его работать с рацией и шифрами. Сотрудникам КГБ пришлось приложить немало усилий, чтобы не замечать, как Пеньковский ближе к вечеру регулярно покидал гостиницу, возвращаясь лишь под утро. Когда командировка Пеньковского подошла к концу, Гревил Винн выразил озабоченность тем, что полковника с его большим чемоданом, в котором были спрятаны мощная рация, шифровальная машина и новейший фотоаппарат с сотнями футов высокочувствительной пленки, могут задержать советские пограничники. Пеньковский поспешил развеять его сомнения: «Не беспокойся: я проскользну через границу, как намыленный, об этом позаботится генерал Серов. Его жена обожает хорошие духи!»

Все прошло так, как и предсказывал Пеньковский, тем более что пограничники были строго предупреждены о том, что британский шпион должен пройти границу без досмотра. Скоро в Москву вновь приехал Гревил Винн, и друзья принялись за работу. Советские контрразведчики, должно быть, угорали со смеху, когда Винн и Пеньковский в номере гостиницы «Метрополь», нашпигованном подслушивающей и подглядывающей аппаратурой, открывали в ванной воду и с заговорщицким видом перешептывались.

Таинственные подвалы ГРУ

А как же та информация, которую Пеньковский передал на Запад? Неужели контрразведчики раскрыли столько секретов только лишь для того, чтобы подставить Серова? Нет, была и другая, гораздо более важная задача. Начать с того, что в донесениях Пеньковского особых секретов не было. «Хотя каждый клочок информации жадно подхватывался западными разведслужбами и тщательно изучался, в ретроспективе они не могут привести ни одного примера полученной от Пеньковского информации, имевшей серьезное военное значение». Это мнение Филиппа Найтли, автора книги «Шпионы XX века». Пеньковский и рад был передать в Лондон по-настоящему секретные данные, но откуда бы он мог их взять? В его байки о том, что во время ночных дежурств он рыскал по «подвалам ГРУ», могли поверить только такие люди, как Гревил Винн. Что касается информации Пеньковского по ракетной тематике, то западные технические эксперты с грустью констатировали, что знания полковника ГРУ в этой области были на уровне простого артиллериста.

Пеньковский, правда, старательно фотографировал страницы закрытых журналов «Военная мысль», «Артиллерийский сборник» и «Военный вестник», но лишь в 1968 году американцы и англичане узнали, что их попросту надули. Еще в 1957 году советская стратегическая разведка начала операцию под названием «Великая ракетная дезинформация». Ее целью было продемонстрировать руководству США катастрофическое отставание Советского Союза в ракетной сфере. Западу по всем каналам, включая донесения Пеньковского, настойчиво внушали: ракет у СССР до смешного мало (300 против 5000 у США), а средства их наведения на цель никуда не годятся. Сейчас часто приходится слышать, что Пеньковский, сообщив об этом американцам, предотвратил третью мировую войну. Все обстоит с точностью до наоборот. Американцы, узнав, что Советский Союз почти беззащитен, должны были решиться на первый удар. После чего они с ужасом обнаружили бы, что ракет у СССР гораздо больше, чем сообщил Пеньковский, что все они оснащены совершенными системами наведения и что в крупнейших городах США заблаговременно установлены советские ядерные фугасы. Также для американцев было бы сюрпризом то, что их ракеты категорически не желают взлетать, взрываясь на старте. Но президент Джон Кеннеди в ходе Карибского кризиса не отдал приказ о начале войны, хотя был к этому близок. Может быть, он прислушался к мнению начальника управления контрразведки ЦРУ Энглтона, который характеризовал Пеньковского как «ненормального анархиста, который по какой-то только ему известной причине делает все, чтобы втянуть США в войну с Россией».

Черный крест на фонарном столбе

2 ноября 1962 года сотрудники КГБ на всякий случай даже вынудили Пеньковского подать так называемый сигнал срочного раннего оповещения, означающий, что СССР в самое ближайшее время намеревается напасть на Запад (на фонарном столбе № 35 у остановки троллейбуса на Кутузовском проспекте полковник собственноручно нарисовал черный крест). Но Кеннеди и Хрущев к этому времени уже успели договориться — директор ЦРУ Джон Маккоун, получив сообщение о возможной ядерной атаке, брезгливо выбросил его в мусорную корзину.

КГБ ничего не оставалось делать, кроме как ограничиться подножкой генералу Серову. Именно поэтому вокруг ареста полковника ГРУ и было так много шума, хотя все можно было сделать негласно. О шпионской деятельности Пеньковского был даже снят фильм, причем в ходе съемок использовались новейшие научно-технические разработки. Проблема была в том, что Пеньковский жил в высотном доме на Котельнической набережной и заглянуть к нему в окно не было никакой возможности. Но решение было найдено — как только он раскладывал на своем подоконнике для пересъемки любезно переданные ему сотрудниками КГБ секретные документы, с соседнего балкона автоматически выдвигался ящик из-под цветов с вмонтированной в него камерой.

Попутно в Будапеште арестовали Гревила Винна, чтобы обменять его на томящегося в британской тюрьме полковника КГБ Конона Молодого. Пеньковского в топке никто, конечно, живьем не сжигал — кому охота нарушать приговор Верховного суда. Его просто пристрелили. Пожить в Крыму и умереть своей смертью Пеньковскому не довелось. Серова сместили с должности начальника ГРУ, лишили звания Героя Советского Союза и отправили в Среднюю Азию. В 1965 году вконец спившегося генерала исключили из партии, после чего он застрелился. Не исключено, что бывшие коллеги по КГБ помогли ему в столь ответственном деле. Гревил Винн, написавший пару книг о том, какой он замечательный разведчик, в конце концов обиделся на неблагодарную Британию и уехал жить на Майорку. Там он по пьяному делу выбросил из окна своей квартиры, расположенной на десятом этаже, ящик пива и цветочный горшок. Полицейским Винн заявил, что это сделали коммунистические агенты в отместку за его героическую работу в России.

Читайте также: