Бордельеро по-брайтонски

Мы с тобой откроем бордель для пожилых и подержанных джентльменов. Настоящий джентльмен знает, где заниматься сексом. Это только пролетарии позволяют себе где-нибудь в парке на скамейке, в машине или в темном углу – им некогда. Поэтому потертые джентльмены пойдут к нам. А леди нам не нужны – пусть они, как и раньше, это проделывают с шоферами своих лимузинов. У них ведь хорошая фантазия и бесконечной наглости помыслы.

В Нью-Йорке погорел очередной «русский» бордель. Супербордель назывался High Class New York и функционировал 24 часа в сутки 7 дней в неделю. И проститутки в нем работали отнюдь не виртуальные, а вполне реальные, обслуживавшие клиентов в самых дорогих отелях Нью-Йорка. Всем было хорошо: и отелям, и девушкам из России, а главное хозяевам предприятия, заработавшим на этом деле 7 миллионов долларов. Девушек отбирали, как для Голливуда – якобы для кинопроб. Но шли на это дело те, на ком и пробы ставить негде. «УК»

***

Бордельеро по-брайтонски

Ой, Софа, прости, что перезваниваю. Я — как всегда – только попрощаюсь и только положу трубку, как тут же вспоминаю, что забыла про что-то (склероз проклятый!), и вот звоню снова. 

Важный вопрос, Софа! Алло! Ты меня слушаешь? Да? А то я что-то плохо тебя слышу. Надо слуховой аппарат покупать. В ухо. Хотя нет, не буду. Говорят, от него в голове гудит и туманится. Да. Так вот, что я забыла у тебя спросить: Софа, ты хотела бы стать проституткой? … Алло! Ты здесь? Софа! Ты меня слышишь? Что? Не можешь ответить? Кто рядом? Фима? Аааа… Ну да… Ну да…

А ты закодированно скажи. Чтоб он не понял. Ну? Как будто я у тебя спрашиваю про… ну, например, про… вот! Про норковую шубу. Хотела бы? Да? Ну вот! И я бы хотела! Ну, конечно, не надолго. Просто чтоб попробовать, что и как. Ну и почем, конечно. Потому что не давать же им всю жизнь бесплатно. А? 

Мы что – не смогли бы с тобой организовать такой бизнес страсти нежной? Под названием High Class-2. С нашим-то профсоюзным стажем! Ведь ты еще, надеюсь, лежать не разучилась. Любая женщина может за 20 минут сделать из мужика идиота. Мир полон людей, которые чего-то хотят: одни хотят работать, другие – получать удовольствия. И что – мы не можем их дать, как эти Ямпольские из Бруклина? Организовать маленький и аккуратненький шикарный такой бордельеро? И брать по 3.600 долларов за час. Наше время еще дороже, чем у них..Что, у нас одни только общинно-политические проститутки? Это те, которые в «Вечернем свистке» публикуют друг для друга свои портреты, как Ленина и Сталина: с одной стороны – суетливый общественник, с другой – вездесущий нзбранник брайтонский. И ведут бесконечные награждения и фотографирования. В обстановке взаимного восхищения. С казенными улыбками на ширину ширинки. 

Мы с тобой откроем бордель для пожилых и подержанных джентльменов. Настоящий джентльмен знает, где заниматься сексом. Это только пролетарии позволяют себе где-нибудь в парке на скамейке, в машине или в темном углу – им некогда. Поэтому потертые джентльмены пойдут к нам. А леди нам не нужны – пусть они, как и раньше, это проделывают с шоферами своих лимузинов. У них ведь хорошая фантазия и бесконечной наглости помыслы. 

Это все как в грамматике русского языка: ты будешь подлежащая, то есть лежащая под. На диване. Диван – это место имения, где тебя будут иметь. А я буду сказуемая – у меня будет своя «Свободная территория», как у Фиры и Гриши этого, который главный на радио, а я буду рассказывать, как там у нас. И в случае чего тебя подменять. Про наш Брайтон-Бич давно песня сложена: 

Там девочки гуляют голые, 
Там дамы в соболях, 
Лакеи носят вина, 
А воры носят фрак. 

Про одну великую даму я тебе могу рассказать притчу, Софа. Может, это не совсем так и было, но всё оформлено, как историческая легенда. Долгие годы правила государством Российским матушка-царица Екатерина Вторая. Ее еще называли Великая. В той стране все всегда были помешаны на своем мнимом величии. А императрица Екатерина кое в чем и впрямь была великой. Шибко любила она это дело. И дошло до того, что никто из фаворитов – ни братья Орловы, ни князь Потемкин Таврический — уже были не в состояниии ее удовлетворить. И тогда она объявила о том, что кому это удастся, тот получит графский титул и имение на Украине. Желающих нашлось много, но Екатерина отвергла их после первого же аппойнтмента. И вдруг приходит Рабинович, маленький, такой, тщедушный, но жизнерадостный, как Ари Каган, и говорит: 
— Я могу это делать целый день, но с небольшими перерывами и в полной темноте. 

Царица посмотрела него, как обычно цари смотрят на евреев – с презрением и с большим недоверием. А Рабинович стоит на своем. Слегка подумав, императрица согласилась – она ведь ничего не теряла. И вот началось дело. Проистекает оно час, другой, третий…Великая царица довольна, но вскоре ей это надоело. Она встала со своего царского ложа, кого-то с него сбросив. Смотрит, а это огромный мавр венецианский. Черный, как еврейская судьба. 

— Ты кто? – спрашивает царица. 
— Мавр! 
— А где Рабинович? 
— Так он перед входом в Зимний поставил палатку, кассу открыл и билеты продает.
 

Короче, мавр сделал свое дело – мавр может уйти. Это я к тому, Софа, что к бизнесу надо иметь талант. 

У нас тут на днях шайку арестовали. Называлась она эскорт-сервис. Легально. Типа сопровождающие, интеллектуальный конвой, значит. Все богатеи ходят под конвоем замечательных шлюх, которые в перерывах читают стихи. А стихи были такие: 

Нас много лет употребляли, 
а мы по слабости и лености 
послушно гнулись, но страдали 
от комплекса неполноценности

Богатеи любят стихи, особенно «гарики». Они хорошо идут под чай, обсуждение романа, поэм и японских хайку. Да не про Хайку я нашу, которая Фира, а про стихи Страны Восходящего Солнца, они хайками называются. Да. Ну, а они там, сама понимаешь, чем занимались. Проститутки эти. Стихи и чаи это они потом уже гоняли. Друг с дружкой. 

Богачи любят стихи и разгул стихии, а люди малокалиберные, народ то есть, любит, когда мочат богатых. Народу это завсегда приятственно. 

И вот у нас в Бруклине наарестовывали их уйму — одних начальников только целый взвод – 17 бугаев и тёток. Которые руководили. И еще двух кроватных работниц. Нет. Там не только две работали. Там их много было. Штук 25. Говорят, что все были под кодовым названием Татьяна. Их там всех звали Татьяна, как ресторан. Там вообще все было закодировано. Например, вот захотел клиент кокаину. Ну наркотик такой – белый, как зубной порошок, его еще на зеркальце насыпают и потом носом внюхивают. Что? Откуда знаю? Оттуда – в кино надо ходить, Софочка. Американское. А не у телевизора сидеть и Малахова слушать. Хотя он тоже, наверное, многому мог бы научить, как и этот наш, который про политику на фоне игрушечной Статуи Свободы рассказывает. Он даже партию организовал с китайским название Джу. Он с китайцем что-то тут контролирует. Наш моральный облик. И лицо у него такое, каких сейчас не носят. Я его внешность не оскорбляю, хотя есть куда. И в газете своей, «Вечерний свисток», всегда готовой к употреблению, пишет, что в бруклинской общине секса нет. От таких, как он, даже новая родина становится матерью. 

Он тут, кстати, предложил недавно, чтоб организовать такое движение – политическое, что ли, — чтоб наших не называли проститутками. Сказал, что костьми ляжет за это правое дело. Костей, конечно, будет много. Чтоб не называли наших проститутками, что запретит американцам показывать кино про русских леблядей. Их, «общественных и политических лидеров», набралось аж 42. Подписались. Чтоб называли дамочек как-нибудь прилично. Матрешки, или, скажем так, путинские путаны. Звучит красиво. И все зашифровано: путинские – значит русские, путаны – значит то, что ни с чем не спутаешь, как бы они ни путались под ногами. А матрешки потому, что одна в другой сидит. Всякий разведчик должен уметь шифроваться, а они – разведчики будущего. Светлого, как австралийское пиво. 

Ну, не знаю. Ой, Софа, от тебя голова может забеременеть! Позвони ему в передачу. Внеси предложение. Или у вас в Чикаго его не показывают? Когда он на экране, будто фигу всем под нос подсовывают. В этом телевизоре таких много. Ой, а у нас он часто! То ли по четвергам после дождичка, то ли в пятницу. По каналу кормит простодушных всякими глупостями. И некоторые смотрят и даже ему звонят от нечего делать. И письма пишут в газетку по заказу. Ясней рассказать? Сейчас расскажу привычным для тебя языком, на котором никто не говорит, а только пишут в газетах. Слушай вынимательно – я буду говорить членораздельно. 

Есть у нас в Нью-Йорке кабельный семейный канал Lifetime – он по-английски показывает на всю Америку. Так вот, там сняли на нашем родном Брайтоне сериал Russian Dolls («Русские куклы», матрешки по-нашему). Премьера состоится 11 августа, там 12 серий.  

Вначале сериал назывался «Русские проститутки», но потом они сменили название, так поэтичней – куклы. В смысле матрешки. А тут как раз кстати подоспела эта история криминальная с интернет-борделем HIGH CLASS NEW YORK, сконструированным семьей Ямпольских. В нем работало 25 моделей- жриц любви. Конечно же, снимать и смотреть кино про продажных красоток для американского зрителя куда интересней, чем про похоронщицу Аллу Лисовецкую или даже про брайтонского избранника Алека Брука-Красного, или, не к ночи будь сказано, радиопирата Гришу, не умеющего толком связать двух слов, или про сомнительной репутации докторов и прочих обильно награждаемых рамками и бумагами активистов несуществующей «общины». 

Суть всех этих бизнесов одна – извлечение квадратного корня прибыли из стариков, о которых они якобы все дружно заботятся..Есть у них еще одна страсть – извлечение грантов от города и из богатых еврейских фондов — якобы на еврейское просвещение. Ты бы смотрела про них кино, Софа? Я – ни за что. Это они нам свое кино показывают, жульническое. 

Так вот, наш страшно общественный публицист и политкомиссар Ари (бывший Аркадий) разразился праведным гневом на страницах своего боевого листка: «Почему-то съемочная бригада канала Lifetime не очень рвалась брать интервью у замечательных женщин нашей общины. В очередной раз наша община будет выставлена на семейном канале в виде карикатуры, пародии, сборища разгульных пустышек и пьянчуг. И главное – очень своевременно». 

Самое смешное тут вот что: этот Ари как раз подгадал со своим пионерским панегириком к разоблачению очередного русского подпольного борделя. А в ответ на этот панегирик тут же откликнулась голосом телеведущего ресторанная певичка Нина Данченко: «Дорогой Ари! Горжусь вами! Столько искренней боли за нашу общину, за ее репутацию, за имидж русскоязычных женщин! По долгу моей артистической деятельности я часто выступаю в ресторанах. И поверьте, очень редко вижу очень пьяных людей и сильно распущенных женщин… Прыщики есть на любом теле. Но это не значит, что нужно представлять наших женщин исключительно пустыми русскими куклами без комплексов. Спасибо вам за защиту!». 

«Russian Dolls». Фото: gothamist.com

Что есть, то есть. Но при чем здесь община, которой нет? Она ведь существует только для активистов и в их воображении. Там свои люди, которые ничем не лучше проституток, работающих в поте лица. 

Впрочем, к этим первым 12 сериям можно добавить еще 112. Про мошенничество в сфере медикейта, про русских докторов, которые лишены лицензии, а некоторые уже любуются пейзажами мест не столь прекрасных, но отдаленных, русскую мафию Флориды и Калифорнии, аферистов в сфере бизнеса и финансов. Отдельная серия может быть посвящена жуликоватым политикам-общественникам – это тоже своеобразный русский бизнес, когда корень доходов извлекается из пустой болтовни, имитации буйной деятельности и ресторанных застолий. Отдельной серии – и может, не одной! – заслуживают фестиваль «Наше наследие, его мамка Ковалева и его спонсор Фуксман… 

А на девочек по вызову смотреть куда приятней, чем на лица этих общественниц фир и, пардон, политиков. У них не расплывающиеся бубны вместо лиц. И когда один такой бубен гремит по русскому телеканалу, на котором собрано «все самое даровитое», призывая выразить свое «фэ» американскому телеканалу, нам с тобой, Софа, ничего не остается кроме как открыть свое собственное бордольеро. 

Когда телевизор для женщины интересней, чем зеркало, значит, она уже сильно постарела и в проститутки не годится. Но я телевизор редко вижу, только когда уж совсем устану, чтоб уснуть. Но я никогда не сплю, Софа, я размышляю о судьбе «общины». А что мне делать, Софа: если дивные мысли лезут в голову неизвестно откуда?! Потом пропадают в черной дыре, никого не застав дома. Поэтому я страдаю фигней, Софа, но к врачам обращаться не стану. Тем более, к доктору Патину, которого усердно рекламирует наш жизнерадостный активист каждый день. У меня бывает так, что в голове играет оркестр ударных инструментов и звучат арии от этого Ари. 

Ты что там – кушаешь фиш из ложкой или из вилкой? И что твой Фима? Он хочет, чтоб ты замолчала свой рот? Слушай, я тебе про наш бруклинский бордельеро рассказываю. Про клиентов. Нам надо с тобой у них опыта набираться. Чтоб в наш бордельеро, который мы с тобой откроем у вас в Чикаге, ходили по медикейту. И марафетом будем приторговывать. 

Про марафет. И шифрование. 
Да, так вот захотел, значит, клиент марафету этого, кокаину то есть, но не скажешь же по телефону – пришлите мне 50 грамм. Так они кодировали кокаин как шампанское.. Хочу, говорит, еще в придачу к вашему замечательному сервису еще и бутылочку шампанского. А там уже знают, что это он на самом деле хочет совсем другого. А закон природы такой: делай то, чего тебе хочется. А желание клиента – закон. 

Да, так о чем это я? О мечте нашей. 
Проститутки! Вот в Турции они там все Наташи, а у нас в Бруклине – Татьяны. А в нашем заведении мы все будем называться Фирами. И вообще, ты знаешь, я читала, что русские – самые-самые. Их все хотят. Ну просто все. И евреи наши в первых рядах – ну это само собой, мы с тобой про это всё знаем. И даже французы. Несмотря на то, что их француженки лучше всех умеют шарфики завязывать. 25 способов завязки! Я читала и на ютюбе видела инструкцию. Ютюб что такое? Ну так. Приехали. Отсталая ты моя. Ну ты и отсталая, Софка!. Давай я про ютюб тебе потом расскажу. Или ты у Фимы своего спроси, заодно и поговорите друг с другом. 

Ну и вот. Знаешь, ведь во всем мире для сексу все хотят только русских женщин. Потому что они все умеют и все им показывают. Дают суперсекс. Почему? Да это самый простой вопрос. Вернее, ответ – потому что они самые трудолюбивые и у них никогда голова не болит. Как у дятла. И вообще ничего не болит. Ни-ког-да. 

Всё! Пока! Си ю лэйтер! А Фимочке привет! Я знаю, что у него повышенная толерантность к алкоголю. И символом нашей общины является Стакан Граненый. Мы его изобразим на лого нашего эскорт-сервиса. И Фирочку я туда приглашу непременно. Пусть покажет кой-чего, не все же ей речами пробавляться. Пора и делом заняться. 

Софа, ты не хочешь со мной дискутировать? Да, я понимаю, что лучшая форма дискуссии – это допрос. И следователи ФБР, которые проводят допросы, показывают городу и миру всю неописуемую моральную красоту нашего каганата. Есть люди, которым и маразм не помеха. 

Что я тебе скажу про наших активистов, выступляющих по телевизуру и радио- приемнику? Что еврейский дурак страшнее любого другого, потому что он полон неуемной энергии, апломба и хочет во все вмешаться. Установить, например, цензуру на американских СМИ, запрещать все, что ему не нравится, а главное — требовать для себя гранты от города и общественных организаций. Ну что взять с ненормальных?! У них же широта мышления не больше ширины ширинки. 

Автор: Таня Буйневич, Нью-Йорк, newswe.com

Читайте также: