Мафия снова — главный банкир Италии

Италия переживает глубочайший кризис с момента окончания Второй мировой. Страной-банкротом управляет "технический" премьер, навязанный Брюсселем. Бизнесмены разоряются пачками, итальянцы унижены. И в этой ситуации как никогда ранее растет влияние мафии.

Эксперты группы SOS Impresa, созданной как ответ рэкету в отношении малого бизнеса еще десять лет назад, опубликовали любопытные цифры. В период экономического кризиса организованные криминальные группировки усилили свою власть над экономикой Италии.

По данным SOS Impresa, мафия получает прибыли, эквивалентные 7% итальянского ВВП. Годовой оборот преступных группировок в этой стране составляет 140 млрд евро. Самые сильные группы мафии хорошо известны простым людям: это сицилийская Коза ностра, неаполитанская Каморра или калабрианская Ндрангета.

Мафия, по подсчетам экспертов, обладает, ни много ни мало, 65 млрд евро наличности. Главный их бизнес — так называемый «акулий промысел»: кредитование бизнесменов под очень большие проценты. Бизнесмены вынуждены соглашаться: в кризис итальянские коммерсанты мелкой и средней руки, торговцы-лавочники, лишены возможности брать кредиты в банках.

Их там просто не выдают: торговцев заставляют собирать огромное количество справок, а после того, как они собраны, просто отказывают в кредите. Как и повсюду в мире, из-за торможения экономики резко растет количество неплательщиков среди небольших компаний, поэтому банки предпочитают придерживать средства. У мафии же гораздо больше возможностей выбить долги обратно, поэтому ей кризис не помеха.

Эксперты говорят, что в прошлом году итальянская мафия выдала местным бизнесменам больше кредитов, чем все банки вместе взятые. Количество должников таких ростовщиков аналитики оценивают в 200 тыс. человек. «Обычно это люди из традиционных розничных секторов вроде продажи еды, цветов, одежды, обуви и мебели. Эти категории больше других платят за кризис», — отмечается в докладе SOS.

Доступных исследований о кризисном росте небанковского ростовщичества в бывшем СССР нет, но можно предположить, что гигантский теневой сектор экономики в РФ пользуется аналогичными схемами. Известно также, что львиная доля случаев рейдерства в России связана с невыплатой бизнесменами теневых кредитов, выданных им чиновниками и бандитами. Так что доклад SOS Impresa для России оказался весьма кстати.

Вообще, ментальность итальянцев часто сравнивают с русской. Насколько это корректно — вопрос отдельный, но жителей этой страны, как и греков, в Европе называют «стрекозами», которые стали гораздо лучше жить после вступления в ЕС во многом благодаря трудолюбивым немцам — «муравьям». Это, конечно, лишь малая часть правды, но в Европе популярен такой стереотип.

Итальянцы, как и русские, уважают брутальную силу и заработанный ею авторитет, возможно поэтому на Западе ходят стилистически однородные апокрифы о русских и об итальянских мафиози. Италией, как и Россией, много лет управлял харизматичный диктатор-мачо, славившийся своей изворотливостью, хорошими физическими данными и демонстративным жизнелюбием.

Подобно Владимиру Путину (впрочем, сложно сказать, кто тут был первоисточником), Сильвио Берлускони позволял себе нарочито брутальные комментарии. Пока Путин «мочил» террористов «в сортире», его пожилой друг на голубом газу утверждал, что с ним хочет переспать каждая женщина Италии. Когда Путин называл в эфире телевидения своих политических оппонентов «бандерлогами», Берлускони в интервью итальянскому журналисту, пытавшему разузнать подробности интимных отношений главы государства, грозился «свалить из этой сраной страны».

Похожи не только форма, но и содержание публичной политики. Как и Путин, Берлускони предпочел не решать многочисленные социальные проблемы в обществе, а просто «залить» их деньгами. В период правления последнего народоизбранного итальянского премьера итальянцы получили сокращенный рабочий день, значительные социальные льготы и гарантии со стороны государства, повышенный размер пенсий.

Разница между РФ и Италией за последние десять лет была только в том, что Путин брал на это деньги в недрах своей страны, а Берлускони — в банках других стран ЕС. И проблемы обоих схожи: рейтинг Путина стал снижаться вслед за падением цен на нефть, а демонстрации против Берлускони и его травля в прессе начались после заявлений ЕЦБ и МВФ, что Италия больше не может жить в долг.

Наблюдается сходство и в эмоциях итальянской и российской улиц. В Италии электорат ненавидит «чиновников и мафиози», в России — чиновников и олигархов, чей хабитус мафиозен ничуть не менее. Российская оппозиция утверждает, что премьер-министр и кандидат в президенты тесно связан с питерской группой крупных бизнесменов, итальянская — подозревает Берлускони в связях с мафией. Так это или нет — не самый главный вопрос. Важнее другое: влияние олигархических кланов на российскую политику всегда было столь же неоспоримым, как и влияние мафиозных кланов — на итальянскую.

Сегодня доходность по итальянским государственным облигациям периодически переваливает за критическую отметку в 7% — это значит, что страна фактически уже не может обслуживать свой внешний долг самостоятельно и без строительства пирамиды долгов неизбежно объявит дефолт. Европа решила заставить Италию решить свои проблемы: Берлускони от власти отстранили, а «технический» премьер Монти является хорошим экономистом, но никудышным политиком.

С Россией, которая не скована, в отличие от Италии, никакими обязательствами перед ЕС, такой номер не пройдет. Но экономическая ситуация очень похожа. Доходы криминального бизнеса в нашей стране никто всерьез считать не будет, но итальянский сценарий служит всем нам предостережением: правительство после выборов может в экстренном порядке начать снижать расходы на социальные нужды, рост преступности из-за бедности резко ускорится, а проблемы с коррупцией, похоже, вообще никогда решены не будут.

Автор: Максим Швейц. РОСБАЛТ

Читайте также: