Вербуя будущих «200-х» из местных, Россия хочет навсегда вбить клин между украинцами

Единственной доступной работой в Дон­бассе стала армия ДНР и ЛНР. Добровольцы получают новенькую форму, и им обещают тысячу гривень в месяц. Плюс продпаек. И перспективу очень скоро быть убитым. Но в этой истории есть и другая сторона — вербуя будущих «200-х» из местных, Россия хочет навсегда вбить клин между украинцами с Большой Украины и Донбасса. 

Военный конфликт на востоке Украины остановил предприятия Донбасса. Шахты еще кое-как работают. Но их закрытие — дело времени. Единственным спасением от нищеты для местного населения становится мобилизация в «ополчение».

 

И после четырех месяцев безденежья многие мужчины, не задумываясь о том, что им уготована участь пушечного мяса, идут в эти потешные войска, которые станут живым щитом перед элитными российскими частями. В Кремле все точно расчитали — именно сейчас многие готовы за копейку поставить на карту жизнь и свое будущее.

 Российско-украинская война

Донбасс — одна сплошная промзона. Основная масса населения была задействована в промышленности, кому не хватило работы на шахтах, трудились в копанках или уезжали в другие регионы в поисках зароботка. Специфика занятости в Донецкой и Лу­ган­ской областях не менялась с советских времен. Это устраивало местные бизнес-элиты, выстроившие на востоке схемы заработка миллионов за счет эксплуатации недр и дешевой рабочей силы. 

Российско-украинская война

Но природные ресурсы исчерпывались, работы становилось все меньше, социально-экономическая ситуация только ухудшалась. Ни перепрофилированием предприятий, ни изменением направленности образования с инженерно-технического на высокотехнологическое и гуманитарное государство не занималось. Местным элитам нужен был исключительно пролетариат, создающий материальные блага и не задающий лишних вопросов. Это трагедия Донбасса.

За последнее десятилетие там выросло целое поколение собирателей металла, люмпенов, перебивавшихся временными заработками, людей, которых пугал иной, более благополучный мир. Пугал и вызывал ненависть и агрессию. Киев видел этих людей на Антимайданах, куда их за копейки свозили «регионалы».

Мир увидел их во всей красе в июле, когда на место падения «Боинга», сбитого русскими террористами, как саранча, налетели мародеры. Кто за металлом, кто за вещами, кто за тем и другим. Именно на этой социальной почве взрос вирус сепаратизма.

 

Вербуя будущих «200-х» из местных, Россия хочет навсегда вбить клин между украинцами с Большой Украины и Донбасса

Нынешний военный конфликт в Донбассе только усугубил неприятие жителями региона чужих. Благодаря российской пропаганде, промывающей мозги населению, в Донецке, Луганске, Алчевске или Горловке люди уверены, что их города обстреливают злые «укры», предприятия бомбят «бендеровцы», чтобы лишить жителей Донбасса хлеба насущного и т. д.

 

За месяцы войны территория, находящаяся в зоне боевых действий, стала непригодной не то что для ведения хозяйственной деятельности, но и для проживания. С самого начала конфликта боевики избрали тактику выжженной земли. Они уничтожали мосты, железнодорожное полотно, предприятия, водопроводы, электроподстанции. Чтобы жизнь в оккупированных районах превратилась в ад. Выжить в этом аду можно только в одном случае — мобилизоваться в «ополчение». 

Первыми в боевики пошли люмпены. Этих «первопроходцев» уже практически не осталось в живых. В той же Горловке их добивают русские наемники. Но война требует регулярного пополнения живой силой. Идти на смерть в рядах «ополченцев» местные не хотели. Даже за деньги. На что жаловался еще Гиркин. Силой мобилизовать «мясо» означало получить сотни дезертиров при первом же шухере. 

Сегодня ситуация на оккупированных территориях усугубилась: работы нет, семьи кормить надо. Если мелкий и средний бизнес еще какое-то время сможет перебиваться благодаря «купи-продай», то пролетариям, потерявшим все источники дохода, остается только один путь — автомат в руки и под пули. Причем платить им можно мизер. По информации издания «ДС», сегодня такса для «луганских» — 1000 грн.

 

Но в этой истории есть и другая сторона — вербуя будущих «200-х» из местных, Россия хочет навсегда вбить клин между украинцами с Большой Украины и Донбасса. Путину нужна гражданская война, а без кровной ненависти одной части граждан к другой ее не будет. Ненависть можно подпитывать при помощи «киселевщины», но наиболее эффективный способ — кровная месть.

 Российско-украинская война

Мужа или отца убили «укры». Дальше вступает в действие первобытное правило «око за око, зуб за зуб». В Кремле понимают, что когда-то Украина вернет эти территории. Потому и делают все, чтобы мы никогда не смогли вернуть себе жителей Донбасса.

Автор: Юрий Васильченко,  «ДС»

Читайте также: