Не ходите, геи, в Африку гулять

В Африке объявлена охота на геев. Оружием в руках гомофобов стали религия и законы, оставшиеся в наследство от колонизаторов. 

В декабре прошлого года в Малави влюбленная пара объявила о помолвке. Стивен Монджеза и Тивонге Чимбаланга устроили по этому случаю вечеринку, собрав около 500 друзей. Через два дня их арестовали, а 6 января в Центральной больнице имени королевы Елизаветы провели «анальное и психологическое обследование», призванное установить их вину в преступлении — содомии. Оба влюбленных — мужчины. 

С тех пор они сидят по разным камерам и ждут приговора, который ожидается в конце этой недели либо на следующей. Гомосексуализм в Малави — стране, которую часто хвалят за демократичность, — тяжкое преступление. Монджезе и Чимбаланге, от которых уже отреклись их собственные семьи, грозит до 14 лет тюрьмы. Просьба об освобождении под залог на время следствия была отклонена — суд побоялся, что сограждане могут линчевать смелую пару. Правозащитники уверены: оставлять их с сокамерниками-гомофобами — тоже не лучший выход.

Уже после этого ареста в руки полиции попался другой малавиец — 21-летний Питер Савали расклеивал плакаты с надписью: «Права геев — это права человека». За свободомыслие его могут приговорить к пяти месяцам тюрьмы и каторге, а также штрафу в 2000 квач (примерно $13).

Ранее бурю возмущения во всем мире вызвал угандийский законопроект, направленный против гомосексуалистов. «Я не понимаю, зачем они тратят время на составление еще одного закона, когда уже есть действующий, тем более довольно суровый», — возмущается Ренато Саббадини, сопредседатель Международной ассоциации лесбиянок, геев, бисексуалов, трансвеститов и гермафродитов.

Новый закон предусматривает пожизненное заключение за любой гомосексуальный акт и попытку его совершения, а также смертную казнь за однополый секс с детьми и инвалидами и в том случае, если сам нарушитель заражен СПИДом. Предусматривается и ответственность за недоносительство.

Так, родителям, которые не сообщили властям о своих детях-гомосексуалистах, грозит семь лет тюрьмы. По действующему закону гомосексуалисты могут получить максимум 14 лет тюрьмы. В феврале по стране прокатилась серия выступлений противников гомосексуализма. Их кульминацией, по замыслу организатора — пастора Мартина Ссемпы, должен был стать грандиозный «марш миллиона мужчин». Но его отменила полиция, опасаясь массовых беспорядков.

Пепе Джулиан Онзиема, известная в Уганде защитница прав лесбиянок, теперь обматывается шарфом и надевает солнечные очки перед выходом на улицу: «Закон еще только в стадии разработки, но полиция и толпа ведут себя так, как будто это уже решенное дело». Онзиема добавляет, что друзей, которые продолжают с ней общаться, можно пересчитать по пальцам. Но зла на них она не держит — понимает, что дружить с гомосексуалистом слишком опасно.

В соседней Кении в феврале планировалась гейская свадебная вечеринка на пляже. Но местные жители, прознав об этих планах, призвали на помощь полицию. Трое приглашенных на свадьбу гостей попали в тюрьму, где двоих избили. Про женихов сообщили только то, что при них были обручальные кольца. Полиция поблагодарила местных жителей за бдительность.

Дэвид Эллисон из правозащитной организации Outrage! рассказывает, что агенты полиции часто наведываются в малавийские бары, где бывают геи, и за кружкой пива собирают на них компромат. Гифт Трапезе, лидер малавийского Центра по развитию людей, оказывающего помощь гомосексуалистам, говорит, что его подопечные и так никогда сильно не светились, а в последнее время и вовсе ушли в подполье: «Они стали невидимками. Не могут ни семье, ни друзьям раскрыться, ни работать нормально».

Гомосексуализм воспринимается многими африканцами как тлетворное влияние Запада. Одним из самых популярных лозунгов на митингах в Уганде стало высказывание автора антигейского законопроекта Дэвида Бахати: «Скажи “нет” непристойному западному импорту!» «В этом весь парадокс, — рассказывает Рутэн Робсон, профессор права Нью-Йоркского университета, — законы, которые ограничивают права геев, им оставили те же западные колонизаторы». С тех пор отношение к геям в той же Великобритании сильно изменилось, а в бывших британских колониях, таких как Кения, Малави и Уганда, осталось прежним.

Угандийский журналист Оуэн Кибенге приводит пример из истории своей страны. В 1886 году ею правил король Муанга, который любил проводить ночи с представителями своего же пола. Когда прибывшая к нему группа христианских миссионеров не приняла приглашения переночевать в его дворце, он приказал подвергнуть христиан пыткам и сжечь живьем. 3 июня, когда это произошло, теперь празднуется в стране как День угандийских мучеников.

«Африканцы закрывают на такие события глаза, как это часто бывает, когда история невыгодна, — объясняет Эрик Кристиансен, эксперт по международному праву из американского университета Golden Gate. — Не было же 200 лет назад YouTube, чтобы сохранить ролики с однополыми романами».

Христианство и другие религии в Африке играют гораздо большую роль, чем в современных западных странах. «А там, где религия имеет подобную силу, убедить граждан в чем-либо очень легко», — поясняет Эллисон из Outrage!. Оуэн Кибенге — живой пример христианского воспитания. Пока он рос в Уганде, он собирался стать священником и считал, что геи — это «просто ошибка» и что «свои повадки они черпают с каких-то западных образцов по интернету». Но приехав на учебу в США, Оуэн вдруг с удивлением обнаружил, что среди его близких приятелей-однокурсников немало геев. И изменил свое к ним отношение.

Если религиозные институты в Африке поддерживают гомофобов, то на стороне геев — экономические реалии. Западные страны могут отказаться предоставлять помощь африканским странам из-за несоблюдения там элементарных прав человека.

«Кто захочет вкладываться в страну, которая семимильными шагами движется в прошлое», — говорит Эллисон. Но африканских борцов с «содомией» это не смущает. «Ну и забирайте ваши деньги, нам ценности дороже!» — заявляет автор угандийского законопроекта Дэвид Бахати. Тем не менее — на всякий случай — в Малави на днях собрался Совет церквей, чтобы обсудить, как бороться с грехом так, чтобы при этом не спугнуть доноров.

Эрик Кристиансен считает, что деньги не отберут. Да, говорит он, соблюдение прав человека, как правило, является условием предоставления помощи. Тем не менее помощь редко приостанавливается из-за нарушений одного или двух пунктов договора. Кроме того, санкции такого рода контрпродуктивны: власти скорее доведут свой народ до ручки — как в последние годы делал лидер Зимбабве Роберт Мугабе, — чем изменят политику. «Лидеры не идут на поводу у международного сообщества, — поясняет эксперт. — Если граждане увидят, что лидер собственного мнения не имеет и слушает всех подряд, то за него просто не проголосуют на выборах».

К тому же одним из главных доноров Африки сейчас является Китай, который правами человека просто не интересуется. Стивен Кадуули из Института африканского лидерства тоже сомневается в том, что западные страны бросят Африку: «Она им вообще-то тоже нужна». Если же события пойдут по такому маловероятному сценарию, то оно, может, и к лучшему, считает эксперт: африканские страны мобилизуют все силы и научатся выживать самостоятельно.

Полина Еременко, Русский Newsweek 

Читайте также: