Нарковойны: как поймали «босса всех боссов» «дона Пепе»

Долгое время Хосе Антонио Медина Аррегин в определённых кругах считался, если так можно выразиться, неприкасаемым. Избрав для себя кумирами лидеров итальянской мафии в Америке («Козы ностры») Джона Готти и Пола Кастеллано, он создал поистине необъяснимую структуру, которую нельзя определить шаблонным словосочетанием «преступная группировка». 

«Король героина» поставлял свой товар в десятки стран мира, включая США, Европу и даже Россию. Он губил жизни многих людей и в то же время искренне жертвовал деньги на благотворительность, помогая сиротам и многодетным вдовам. А оказался за решёткой благодаря собственному тщеславию.

Хосе Антонио Медина Аррегин
Хосе Антонио Медина Аррегин

Относительно молодой человек с задатками Гитлера, Муссолини, Сталина и Пиночета, вместе взятыми, Аррегин построил в Мексике, Гватемале, Гондурасе и даже Колумбии нечто вроде собственной империи. Его боялись и уважали, а во многих католических храмах за его здравие ставили свечи и заказывали целые службы.

Будущий наркобарон начинал с малого: в девяностые годы прошлого века он был простым наркокурьером, доставлявшим в Соединённые Штаты небольшие партии кокаина и героина. Парень отличился определённой сообразительностью: имея родственников в Аризоне (США), Аррегин практически беспрепятственно переправлял через границу пакетики с белым порошком. Удивительно, но ни один из пограничников по обе стороны реки Рио-Гранде не смог задержать пресловутого курьера, у которого все документы были в полном порядке, а ручная кладь составляла лишь небольшую сумку с одеждой и нижним бельём.

Пакетики с белым порошком — это приправы для специфических латиноамериканских блюд, которые так любят в США, объяснял он. И действительно, предварительные пробы показывали наличие в странной смеси овощных и фруктовых добавок, смешанных с латиноамериканскими пряностями.

В то время никто из стражей границы не мог предположить, что, обладая уникальными познаниями в химии, Аррегин, таким образом, нейтрализовал запах кокаина, впоследствии реанимируя товар уже непосредственно на месте сбыта, одному ему известным образом.

Впрочем, звёздный час для ибероамериканского мафиозо настал в 2004-м, когда он фактически спас от судебного преследования одного из мексиканских наркобоссов. Поговаривают, что после проведённого силами местной полиции обыска на плантации фермера Фернандо Асьенде правоохранители обнаружили крупнейшую в регионе фабрику по очистке наркотиков. Всю ответственность за её существование и функционирование на себя взял именно Аррегин, заявив, что он лично арендовал ферму для собственного обогащения. Трудно сказать, поверили ли власти этому свидетельству, но против Хосе Антонио действительно было возбуждено уголовное дело.

Ходят упорные слухи, что растроганный наркобосс, уже находившийся при смерти, распорядился не только нанять лучших адвокатов для спасения своего спасителя, но и завещал ему практически всё состояние и нужные знакомства по обе стороны океана.

Избежав тюрьмы, Аррегин возглавил героиновую империю Асьенде.

«Для того чтобы понять суть восхождения этого человека на иерархическую вершину ибероамериканской преступности, нужно чётко разбираться в сути оной, — говорит испанская журналистка Пилар Вальдес. — Как правило, крупнейшие наркокартели центральной и южной частей Америки предпочитают абстрагироваться от работы с героином.

Ни для кого не секрет, что дело это в огромной степени неблагодарное. Сотни групп ФБР и даже ЦРУ США уже давно объявили охоту на поставщиков в Соединённые Штаты этого наркотика. Крупные организации, именующие себя «картелями», принципиально обогащаются на доставке в Сан-Диего, Лос-Анджелес и Нью-Йорк, а также в Париж и Амстердам исключительно кокаина. Следовательно, потенциальный рынок Аррегину был открыт, и никаких конкурентов, искренне желающих банкротства его бизнеса, Хосе Антонио не наблюдал».

Каким образом новоявленный героиновый король смог использовать знакомство с нужными людьми, пока остаётся загадкой. Но факт также остаётся фактом: за более чем шесть лет активной деятельности последователь Готти и Кастеллано довёл преступную систему Асьенде до совершенства.

На мексиканский наркокартель работали тысячи курьеров по всему миру, в распоряжении мафиозной структуры были счета в основных банках развитых стран, а среди так называемых штатных осведомителей клана были высокопоставленные чиновники в американской, гватемальской и боливийской полиции. Возможно, именно поэтому Аррегину до недавнего времени удавалось избежать облав, организовывавшихся против него ФБР и ЦРУ.

О масштабах деятельности команды нового наркобарона свидетельствуют цифры: ежемесячно группировка поставляла только в одни Соединённые Штаты до 200 (!) килограммов героина. Оперативные данные свидетельствуют, что «мексиканский след» был оставлен даже в России. Несвойственный ныне для местных наркокартелей бизнес Аррегин реанимировал с профессионализмом кризисного менеджера. Годовой доход системы исчислялся миллиардами долларов, топ-менеджеры крупных торговых фирм почитали за честь работать с компаниями-однодневками мексиканского босса и открыто высказывались за расширение бизнеса.

«Я король. И, как король, уничтожу и раздавлю всякого, кто будет мне перечить, — выкрикивал Аррегин. — Как вождь всех вождей и как человек, стоящий над политикой и политиками, над историей и историческими личностями, я скажу, что стану влиятельнее, чем Гитлер, Пиночет и все остальные диктаторы».

Трудно с точностью сказать, когда именно Аррегин допустил свою роковую ошибку. То ли тогда, когда покупал себе роскошные яхты и целые острова в Индийском океане, то ли в тот момент, когда распорядился уничтожить ненавистного ему главу службы безопасности одной из гватемальских структур.

Но более правдоподобной кажется версия, высказанная недавно одним из колумбийских аналитиков, Валенсио Рохасом: Хосе Антонио, к моменту своего ареста уже потребовавший называть его «доном Пепе», серьёзно перешёл дорогу медельинскому наркокартелю. «И хотя сферы деятельности двух структур принципиально отличаются друг от друга, сейчас никто с точностью не может сказать, почему Аррегин начал так раздражать колумбийскую мафию, — подчёркивает Рохас. — Они не стали убирать его посредством банальной автокатастрофы или, например, случайного вооружённого нападения. Зажравшегося мексиканского мафиозо, у которого на родине практически не было врагов, решили попросту сдать американскому Федеральному бюро расследований, представители которого давно искали повод расправиться с ним».

Детали операции по поимке «дона Пепе» держатся в строжайшем секрете. Известно лишь, что героинового короля Ибероамерики обезвредили без единого выстрела: его охрана, о которой на протяжении последних нескольких лет ходило несметное количество слухов и домыслов, не смогла противостоять мексиканской полиции и американским спецназовцам.

На редких фотографиях, распространённых по каналам Всемирной паутины, можно видеть искреннее удивление «дона Пепе» в связи со всем происходящим. Этот 36-летний мужчина, считающийся одним из самых могущественных и, кстати, самых молодых лидеров преступных формирований региона словно не поверил в то, что его империи, построенной на железной дисциплине нью-йоркской мафии, деньгах влиятельного «босса всех боссов» и беспрекословном подчинении со стороны как своих соратников, так и просто напуганных граждан, может быть нанесён такой поистине сокрушительный удар.

Согласно предварительной информации, в настоящее время Аррегин содержится в одной из усиленно охраняемых тюрем Мексики. Уже в середине апреля он может быть экстрадирован в Соединённые Штаты, где и предстанет перед судом. Если прокуроры полностью докажут его вину, ему грозит пожизненное заключение.

Однако международные эксперты призывают не ставить точку в судьбе «дона Пепе». Сейчас его делом так же, как и несколько лет назад, занимаются талантливые адвокаты. Кроме того, Аррегин пользуется вполне объяснимой народной поддержкой. Всё дело в том, что «дон Пепе», как настоящий католик и христианин, по всей видимости, где-то в глубине души испытывал стыд за неправедный образ жизни. А посему, помимо прочего, активно занимался благотворительной деятельностью.

Это может показаться невероятным, но «король кокаина» на свои средства содержал несколько детских домов, участвовал в целом ряде программ помощи обездоленным и — что вообще плохо поддаётся всевозможным комментариям — лично взял на попечение семьи многодетных вдов.

«Ему очень хотелось быть этаким последним бойскаутом, который пусть и не всегда ведёт себя по правилам, но придерживается определённого кодекса чести, — говорит Пилар Вальдес. — Сейчас никто точно не скажет, чем он руководствовался, идя на такие шаги, но его начинания отнюдь не канули в Лету». И это правда. В отдельных регионах Мексики уже проходят стихийные митинги с требованием немедленного освобождения Аррегина, а местные правоохранители всё чаще обращаются к своим коллегам из США с просьбой как можно скорее доставить именитого задержанного на территорию Соединённых Штатов.

Мексиканская полиция опасается массовых беспорядков, организуемых как сторонниками «дона Пепе», так и его недоброжелателями. Число последних, кстати, растёт, и поручиться за то, что ибероамериканский наркобарон не будет убит в тюремной камере или, скажем, на прогулке, не могут даже оптимистично настроенные эксперты.

В ФБР пока пытаются составить полный психологический портрет последнего бойскаута. Эта задача отнюдь не из лёгких, учитывая его прошлый образ жизни. Но — что смело могут сказать врачи, да и не только они, уже сейчас — «дона Пепе» погубила беспечность, вызванная банальным тщеславием.

Димитрий Бабич

Читайте также: