ДОНЕЦКАЯ ЯЗВА

В середине марта Донецкую область посетил министр внутренних дел Украины Николай Белоконь. Визиту предшествовала паника и сумятица среди милицейского руководства области и среднего звена милиции Славянска и Краматорска. По мнению информированных источников, одной из основных задач визита являлось установление должностных лиц, которые в 2001-м игнорировали озвученные в прямом телеэфире (авторской программе Игоря Александрова «Без ретуши») факты преступной деятельности региональной ОПГ Рыбака-Яворовского-Бантуша, а также выяснение причин, помешавших донецкой милиции разобраться в деятельности Александра Рыбака и компании. Безусловно, министру очень важно было знать, сколько еще его подчиненных по инициативе Генеральной прокуратуры Украины (ГПУ) окажется в киевской Лукьяновке .

26 марта в Киеве состоялась пресс-конференция киевского адвоката Юрия Годецкого, который представляет в деле интересы участкового Краматорского ГО Олега Тамбовцева, объявленного в розыск по обвинению в фальсификации дела Вередюка. По словам Годецкого, Генеральная прокуратура (цитирую) «назначает крайних. Александров компроментирующих материалов против рядовых сотрудников не давал». Адвокат считает, что в руководстве Генеральной прокуратуры есть люди, которым «сейчас нужно, чтоб те, кто мог что-то сказать, находились не среди журналистов, где рано или поздно им языки развяжут, а в СИЗО, поближе к себе». Накануне, в телефонной беседе Юрий Годецкий сообщил краматорскому экс-обоповцу Олегу Солодуну, что располагает показаниями Тамбовцева о том, кто на самом деле является непосредственными авторами и руководителями создания «версии Вередюка» и что это совсем даже не арестованные Криволапов и Дроздов.

Итак, в начале апреля 2004-го, ряд источников в правоохранительных структурах Донецкой области уверенно утверждает, что в деле Александрова все точки над «і» уже расставлены. Убийцы с «17-го участка» и милиционеры-фальсификаторы установлены, привлечены к уголовной ответственности и вскоре будут преданы суду. А вот высокопоставленные «крыши» Рыбака и уцелевшие правоохранительные «оборотни» Донецкой области могут спать спокойно благодаря вмешательству «высоких политических сил», которыми они в ближайшем будущем в обязательном порядке будут востребованы на выборах президента Украины .

Происшедшее несомненно нуждается в тщательном анализе сквозь призму огромного количества фактов и событий в «деле Александрова». Начну в обратном порядке.

Если слова Юрия Годецкого о том, что Тамбовцев предоставил полную информацию о создателях «версии Вередюка», не блеф, преследующий личные интересы самого Тамбовцева, то Тамбовцев и его адвокат напрасно теряют время, пытаясь устроить торг с ГПУ. Чем быстрее эти факты станут достоянием общественности, тем больше у Тамбовцева шансов не стать козлом отпущения, таким же как и Криволапов, и Дроздов.

Игорю Криволапову, который, по словам его адвоката Сергея Лопатина, «ничьих других фамилий не называет», необходимо постоянно помнить о судьбе бывшего своего коллеги Гончарова, отошедшего в Лукьяновке в мир иной. Возможность такого исхода крайне желательна и благоприятна для тех, кто является объектом знаний Криволапова. И кого он так неосторожно, но настойчиво прикрывает ценой собственной свободы. Ведь кто-то же профессионально и грамотно запустил в феврале слух о том, что Криволапов повесился в следственном изоляторе? Что это было, если не пробный шар? Тем более, что в последнее время в правоохранительных органах Украины прочно укоренилась тенденция: в резонансных делах все списывать на покойников (стоит лишь вспомнить роль неизвестных киевских наркоманов в деле Гонгадзе, того же краматорского Вередюка в «деле Александрова» или днепропетровского Мильченко – «Матроса» в деле бывшего украинского премьера Павла Лазаренко — дали «нужные» показания и в могилу).

И уж кому, как не самому Криволапову, знать НАШУ УКРАИНСКУЮ СИСТЕМУ ПРАВОСУДИЯ, начинающуюся с задержания гражданина милицией и кончающуюся так называемыми независимыми судами. Поэтому надеяться на оправдательный приговор в давно ставшем политическим «деле Александрова» — это значит страдать излишним оптимизмом. Кроме того, дело Криволапова выделено в отдельное производство, а это дает мне все основания предполагать, что к нему «прицепят» еще несколько эпизодов должностных преступлений. Так, для подстраховки… Чтобы в суде не сомневались в необходимости максимально строгого наказания подполковника.

Что же касается визита министра внутренних дел Белоконя в шахтерскую столицу, то он наделал немалый переполох в уютном мирке местечкового милицейского руководства. Похоже, что министр и впрямь собирался строго разобраться в ситуации, связанной с расследованием убийства Александрова, и провести коллегию УМВД с соответствующими организационными выводами.

Известно, что накануне министерского визита между Донецком и Славянском заметался заместитель начальника управления по борьбе с организованной преступностью области Николай Купянский, курировавший в свое время расследование дела Александрова по линии УБОП. Господин Купянский настойчиво и заинтересованно разыскивал ряд фотографий, изъятых после убийства журналиста при обыске офиса «УКР-лиги», а также книгу регистраций посетителей «УКР-лиги». Позднее, после того, как сотрудники горотдела и ОБОП, участвовавшие в расследовании, массово написали объемные рапорта на имя министра о том, что объективному расследованию убийства Александрова препятствовали отдельные товарищи, стало понятно какую защитную тактику избрало для себя руководство донецкой милиции. Ведь для пущей убедительности в качестве приложений к рапортам явно не помешали бы книги с упоминаниями фамилий правоохранителей, частенько контактировавших с Александром Рыбаком. Да еще и подкрепленные фотографиями…

И как результат суеты местного милицейского начальства — коллегия УМВД Украины в Донецкой области с участием министра внутренних дел Белоконя, намеченная на 20 марта, не состоялась. Напрашивается предположение о том, что собранные милицией «весомые» аргументы против смежников оказались убедительными. Но, на мой взгляд, есть и иная точка зрения и она представляется более весомой. Несмотря на объявленную Президентом тотальную войну с коррупцией, министру внутренних дел Украины Николаю Белоконю не позволяют разгрести авгиевы конюшни донецкой милиции. А поэтому в деле Александрова по-прежнему имеются темные пятна и остаются без ответа следующие существенные вопросы.

7 декабря 1999 года в ходе беседы в офисе «УКР-лиги» Яворовский и Рыбак рассказали Сербину о планируемых убийствах Кули, Собко, Солодуна, Берко, Германа, Беззапонного и др. А уже 13 декабря того же года, в день приезда комиссии МВД Украины, Сербин был задержан по подозрению в хранении наркотиков и находился в изоляторе временного содержания Краматорского ГО. Объяснявшийся за двоих, Солодун требовал от членов этой комиссии Бусола и Огурцова, чтобы те опросили Сербина по фактам планируемых убийств. Бусолу и Огурцову достаточно было пройти в ИВС и опросить инициатора проверки. Но они это не сделали… Почему? И впоследствии все попытки арестованного Сербина довести эту информацию до вышестоящих должностных лиц остались безрезультатными. Все считали, что Сербин избрал такую тактику доказывания собственной невиновности. В марте 2000 года Яворовский и Бадионный застрелили Кулю, а в июле 2000 года «наемники» А.Рыбака — Лисицкий и Петренко — убили Собко. Остальных не успели… Правда, по независящим от воли «планировщиков» обстоятельствам. Напомню, «список» кандидатов на физическое устранение впервые был озвучен в программе Игоря Александрова «Без ретуши» в 2001 году потому, что в Украине с заявлениями о готовящихся в Краматорске и Славянске преступлениях идти уже было не к кому. Олег Солодун и Михаил Сербин к тому времени объехали и поставили в известность всех. Результат был «нулевым». И тогда было решено прибегнуть к последнему средству — телевидению.

В авторских передачах Игоря Александрова Солодун и Сербин выступали трижды. Еще два раза Александров помогал организовывать им пресс-конференции в Киеве. В пяти публичных выступлениях краматорские экс-обоповцы называли конкретные фамилии организаторов заказных убийств и их жертв! И опять неудача. Донецкие милиционеры не то, что не проводили проверок этих выступлений, — они даже не опрашивали Солодуна и Сербина, не изымали видеокассет с записями выступлений и прочих документов, о которых шла речь в передачах — то есть все полностью игнорировали. Раз так, то у меня напрашивается тот же резонный вопрос — почему? Не потому ли, что могла быть прослежена прямая причинная связь между категорическим нереагированием со стороны СБУ, милиции и прокуратуры Славянска, с одной стороны, и частыми упоминаниями фамилий первых руководителей этих ведомств в книге посещений офиса Рыбака, с другой. Кто-нибудь дал оценку бездействию этих должностных лиц после того, когда спустя три года, стало ясно, что Олег Солодун и Михаил Сербин не только говорили правду, но и давали стопроцентно верный прогноз относительно будущих жертв? Нужны факты?

Пожалуйста! 7 октября 2000 года во второй передаче «Без ретуши» Михаил Сербин рассказал о списке лиц, физическое устранение которых спланировала упомянутая выше преступная группировка. Составленный по инициативе Игоря Александрова рукописный список сразу же после передачи был помещен в сейф в его служебном кабинете. Под номером один в него вписали самого Александрова, которому экс-обоповцы популярно разъяснили, почему с того момента он стал в этом списке первым. К сожалению, очевидно, Игорь не принял это всерьез.

Его больше интересовало: когда же за списком, в соответствии с законом, явятся представители милиции? За списком никто не пришел, и он спокойно пылился в сейфе до трагических событий июля 2001 года. После обыска служебного кабинета журналиста, проведенного сотрудниками милиции сразу же после покушения на Александрова, список загадочно исчез. Так перестало существовать важное вещественное доказательство того, что журналист был убит за свою профессиональную деятельность, и это было очень важно для тех, кто сначала своей бездеятельностью допустил это убийство, а затем открыто фальсифицировал результаты расследования, представив обществу версию бытового преступления в исполнении Юрия Вередюка.

О том, что Александр Рыбак является заказчиком убийства славянского предпринимателя Андрея Собко в июле 2000 года, сотрудники УБОП УМВД Украины в Донецкой области, судя по всему, подозревали уже через несколько дней после убийства. Этот факт и ряд других данных явилось основанием для начала оперативной разработки милицией Александра Рыбака. Как же могло получиться, что находившийся в разработке Рыбак не только продолжал совершать экономические преступления, но и стал заказчиком убийства Александрова, который в своей передаче во всеуслышание обвинял Рыбака в совершении резонансных преступлений? Значит, УБОП работал в режиме сбора «досье» на Рыбака? А когда Александров «достал» руководство донецкой прокуратуры и милиции и в его передачах замелькали известные фамилии правоохранителей Донецкой области, Рыбаку предоставили это «досье» и предложили выбор: или ты, или Александров? В эту схему логично вписываются все очевидные «ляпы» донецкой милиции. В том числе и визит двух высокопоставленных чиновников правоохранительных органов к Рыбаку за несколько дней до покушения на Александрова.

А ведь несколько ранее, 23 мая 2001 года, Солодун и Сербин на личном приеме в Киеве передали министру внутренних дел Украины Юрию Смирнову обращение, в котором на 11 листах печатного текста были изложены все факты преступной деятельности Рыбака и компании. Там же сообщалось и о намерениях ОПГ «физически уничтожить всех, кто пытается им воспрепятствовать. Очевидно, кто в списке следующий…» (цитата из обращения). Через сорок дней весь мир узнал кто стал следующим…

Надо сказать, что и до настоящего времени следствием не обнаружены хранившиеся у Александрова материалы, фотографии и дискета, которые должны лечь в основу завершающей передачи «Без ретуши». Очевидно, что бесследно изъять их могли только сотрудники милиции, проводившие обыска в квартире и служебном кабинете Александрова.

Во время обыска офиса «УКР-лиги» сотрудниками милиции были изъяты ряд фотографий, запечатлевших Александра Рыбака в компаниях с высокими должностными лицами области и государства. Как утверждают очевидцы, на одной из фотографий Рыбак запечатлен с одним из ныне действующих вице-премьеров Украины. Сразу после обыска фотографии исчезли и не обнаружены до сих пор. Так же как и оригинал книги учета посетителей «УКР-лиги» с фамилиями и телефонами должностных лиц, хорошо известных не только в Донецкой области. У меня нет сомнений в том, что такие фотографии действительно существовали — уж очень любил, судя по всему, А.Рыбак фотографироваться в компании известных и нужных людей. Одна из таких фотографий в распоряжении редакции есть и мы публикуем ее. На ней в более чем дружеской обстановке хозяин «УКР-лиги» и одновременно организатор серии заказных убийств (по версии ГПУ) Александр Рыбак (справа) в «непринужденной обстановке» с начальником регионального отделения ФГИ Украины в Донецкой области Сергеем Лазаренко (слева). А руководству УМВД Украины в Донецкой области не стоит пока забывать, что первый обыск в помещениях «УКР-лиги» проводили следователь прокуратуры Славянска Данилов, сотрудники УУР Степченков, УБОП Федорченко и сотрудники «Беркута». Через несколько дней повторный обыск провели сотрудники УБОП Покорняк, Сапрыкин, Стыран, Скрипник, Зекунов и Федорченко. В ходе двух обысков было изъято не только фотографии и книги, но и все бухгалтерские документы. Так что круг лиц, имевших отношение к пропаже вещественных доказательств, крайне узок. Хотя, если это кого-либо вообще интересует…

Также в моем распоряжении имеется и ксерокопия справки УГСБЭП УМВД Украины в Донецкой области, составленной летом 2001 года. Из ее содержания следует, что указанным подразделением были собраны конкретные данные о том, что Александр Рыбак и его окружение злоупотребляли служебным положением, умышленно уклонялись от уплаты налогов, не возвращали валютную выручку и совершали мошенничества с финансовыми ресурсами. Почему справка осталась только справкой, не реализовавшись в конкретные уголовные дела с возмещением государству нанесенного ущерба? И доложили ли об этом в марте 2004-го министру Белоконю его донецкие подчиненные? А кто сейчас продолжает «грабить награбленное»? Ведь преступным путем сколоченные капиталы продолжают оборачиваться в теневой сфере экономики. Только теперь они «работают» на нового хозяина. Кто он? Неужели это неинтересно милиции?

Уже 13 июля 2001 года, через неделю после убийства Александрова, начальник Славянского ГО М.Слепанев получил из отдела криминального поиска УМВД (в простонародье «наружка») оперативную установку №1890 от 13.07.2001г м.б.1857 с грифом «секретно» на Турсунова Руслана Талгатовича. Того самого, которого только через два года арестовала ГПУ за убийство журналиста Александрова. Оказывается уже сразу после покушения Турсунов был под плотной опекой милиции — «наружка», да еще из Донецка, по пустякам не работает! И опять безрезультатно! А ведь «по горячим следам» работать намного легче, это не через два года доказательства по крупицам добывать. Как тут вновь не вспомнить известную книгу регистрации из «УКР-лиги» с ее незабываемыми записями на многих страницах: «Слепанев, Коршиков, Зинченко»…Значит, фактически на всех — Турсунова, Онишко, братьев Рыбаков, Корицкого, Лисицкого, Петренко и других обвиняемых в «деле Александрова» уже тогда, в июле 2001-го, были целые тома пресловутого «досье», остававшиеся до определенного момента нереализованными по чьей-то злой воле.

На мой взгляд, сейчас, в эйфории раскрытия резонансного убийства Александрова, на задний план неназойливо оттерта основная идея и конечная цель цикла передач «Без ретуши». Да, Александр Рыбак был одним из главных «героев» передачи и поэтому мстил Александрову за это. Да ведь только Игорь Александров, незадолго до того на себе испытавший всю «прелесть» донецкой правоохранительной системы, отслеживал несколько иное. Вынужден напомнить логическую цепь цикла передач «Без ретуши»: преступная деятельность в северном регионе Донбасса ОПГ «17-й участок» — похищенные ею миллионы долларов на счетах в иностранных банках — бывшие работники краматорского ОБОП, «наступившие» на ОПГ, «подкрышное» по мнению Солодуна и Сербина их тогдашнему шефу В.Бантушу — незаконное увольнение за это Солодуна и Сербина из органов внутренних дел и их преследование, вплоть до попыток незаконного привлечения к уголовной ответственности — последовавшие выступления в СМИ с оглашением фамилий заказчиков и исполнителей заказных убийств — и, наконец, АБСОЛЮТНОЕ НЕРЕАГИРОВАНИЕ первых руководителей правоохранительных органов Донецкой области и Украины на эти заявления и информацию о происшедших и планируемых убийствах. В контексте готовившейся Игорем Александровым завершающей, четвертой «Без ретуши» на «сцене» должны были появиться фамилии конкретных должностных лиц местных органов милиции и прокуратуры, связанных одной цепью с Александром Рыбаком и временем, и кровью:

— тех, кто уволил Солодуна и Сербина из органов якобы за «предательство интересов службы» в течение одних суток, вместо предусмотренных ведомственным приказом МВД двадцати дней. Лидер ОПГ «17-й участок» Дмитрий Герман в своих показаниях в Донецком аппеляционном суде утверждал, что противостояние ОПГ с Солодуном и Сербиным обошлось группировке в несколько сот тысяч долларов, которые были переданы начальнику Краматорского ОБОП Владимиру Бантушу Константином Яворовским именно для того, чтобы Солодуна и Сербина отстранили от разработки группировки, а затем и уволили из милиции

— тех, кто совершал провокацию с наркотиками в отношении Михаила Сербина;

— тех, кто в течение всего времени борьбы Александрова, Солодуна и Сербина продолжал настойчиво проводить оперативно-розыскные мероприятия в отношении экс-обоповцев с целью их полной дискредитации в глазах общественности.

С учетом вышеизложенного мотивы и действующие лица, заинтересованные в фальсификации версии Вередюка, достаточно очевидны. Казалось бы — и для Генеральной прокуратуры. Но…

До настоящего времени не сделаны официальные заявления о проведенных внутренних расследованиях и сотрудниках, наказанных в той или иной мере за происходившее в северном регионе Донбасса с 1998 года до настоящего времени. Уж если после всего того, что здесь происходило, коррупционеры не обнаружены, то тогда где — же они?

P.S. 6 апреля 2004 года небольшая станция технического обслуживания автомобилей в Краматорске, принадлежащая родственнику Олега Солодуна, подверглась очередному милицейско-пожарному «налету» с соответствующими проверками документов, осмотром, весьма напоминающим обыск, и прочими атрибутами детективного жанра. Такие «налеты», и ранее предпринимавшиеся милицией и прочими «карательными» органами, напрямую связаны с политической, а теперь и журналистской деятельностью Солодуна. Повторяются они с завидной периодичностью и всегда заканчиваются безрезультатно для проверяющих. И невесело для самого предпринимателя, его работников и клиентов СТО, которых явно коробят топорные действия «правоохранителей». Неоднократные жалобы на действия таких «проверяющих» со стороны хозяина станции результатов не приносят. В конце-концов, к ним уже привыкли…

Но этот показательный «акт устрашения» был запоминающимся. Как пояснили сами милиционеры, инструктаж перед операцией проводил заместитель прокурора Краматорска Артем Викторович Пшонка, в недалеком прошлом запечатленный в непринужденной дружеской обстановке с членами ОПГ «17-й участок» на фотографии, таинственно исчезнувшей из сейфа Игоря Александрова в ходе милицейских обысков, сын заместителя Генерального прокурора Украины Виктора Пшонки, который в дни описываемых событий являлся прокурором Донецкой области и по своей должности был обязан осуществлять надзор за деятельностью органов внутренних днл , в том числе и в Краматорске, и в Славянске.

Видимо борьба с коррупцией и преступностью в Краматорске находится на завершающем этапе…

Запоздалое наказание

Прошедшая неделя ознаменовалась раскрытием двух резонансных преступлений, будораживших краматорчан последние полтора года. Эти дела, как и дело об убийстве Игоря Александрова наглядно иллюстрируют ситуацию, сложившуюся в правоохранительных органах Донецкого региона.

В результате комплекса мероприятий членами киевской следственно-оперативной группы ГПУ и СБУ были задержаны и арестованы жители Краматорска Бойко, Орлов и Шевченко, некогда связанные с организованными преступными группировками (ОПГ).

9 апреля в Краматорске эксгумирован труп известного предпринимателя Игоря Жемова, похищенного в октябре 2003 года. В тот же день был проведен ряд следственных мероприятий по воспроизведению его похищения. Это стало возможным благодаря четким, слаженным, а, главное, высокопрофессиональным действиям членов следственно-оперативной группы, расследующей «дело Александрова». А уже 10 апреля в Киеве эксгумированы трупы братьев Карпенко, Дмитрия и Дениса, бесследно исчезнувших в столице 25 сентября 2002 г.

Так была поставлена точка в цепи трагических событий.

Коротко о некоторых подробностях этих дел. Арестованные состояли на учете как члены организованных преступных группировок и их полные анкетные данных были хорошо известны местным правоохранителям. Однако, известие об аресте похитителей братьев Карпенко и Жемова, думаю, стало полной неожиданностью для Краматорских блюстителей порядка. Такой вот пикантный нюанс — все оперативные и следственные действия работники ГПУ и СБУ киевской группы вынуждены были проводить в полном секрете от местных «пинкертонов». Надо полагать, в связи с печальным опытом по «делу Александрова». Если вспомнить, как краматорско-славянско-донецкие погононосцы раскрывали убийство Игоря Александрова, как они участвовали на первых порах в раскрытии упомянутых похищений предпринимателей, картина вырисовывается зловещая. А если добавить ко всему этому и недавний случай убийства милицией Краматорска пятидесятилетнего гражданина на Новом Свете, то тона картины приобретают кровавый оттенок.

Небольшое отвлечение. Я пока пытаюсь воздерживаться от каких-либо скоропалительных выводов. Впереди суд над преступниками. Очевидно, последует и оценка действий всех участников-правоохранителей со стороны их начальства: кому награды, а кому и … Тут вот и задумался — а нашим — то что? Чего же наши земляки-милиционеры заслуживают?

Ну хорошо, уедут киевляне, раскрыв в короткие сроки несколько преступлений: дело Александрова, дело Криволапова, дело братьев Карпенко, дело Жемова. Не вечно же им жить в Краматорске? Дальше что? Какой номер телефона набирать жителям города в тяжелую минуту? 02?

Не могу удержаться еще от нескольких вопросов, и не только к начальнику Краматорского горотдела милиции Нейло и прокурору города Коршикову, но и мэру Кривошееву. Ответьте, если сможете — вы свою-то вину за криминогенную ситуацию в городе осознаете? Не кажется ли вам, что все вы уже давно стали «свадебными» на этой территории?! Что контроль за ней осуществляете не вы, а другие люди? И в ваших ли силах эффективнее использовать и употреблять власть, предоставленную вам громадой? Не себе в корысть, а для защиты жизни, здоровья, законных прав и свобод горожан? Надеюсь, вы понимаете о чем речь?

Пять месяцев просидел Игорь Жемов в подвале садового домика в товариществе возле аэропорта. Была зима, снег. Узнику периодически приносили еду: хлеб да воду. Чтобы не умер. Дорожку протоптали. Если бы все это время местные правоохранители действительно занимались его поисками, отрабатывали бы все возможные варианты, шансы Жемова выжить увеличивались бы. Теперь-то понятно, что этого в Краматорске никто не делал. Розыскное дело набивалось отписками и прочими бумажками. Наверняка милиция могла бы отследить и использовать для поиска Жемова попытки похитителей войти в контакт с родными для предъявления им условий выкупа.

По имеющейся информации, о таких попытках преступников милиции было известно.

«Сусик», он же Шевченко. Один из участников похищений краматорских предпринимателей.С поисками братьев Карпенко ситуация еще более скандальная. Как оказалось один из похитителей, некий Шевченко был в Киеве вместе с Денисом и Дмитрием в день похищения! И более того, в деле имелись его показания об этом. Однако никому даже в голову не пришло сопоставить цепочку фактов: в один и тот же день, в Киеве, пересекаются пути члена краматорской ОПГ, стоящего на учете и известного милиции, и молодых людей пропавших без вести в тот же день. И как не попадает этот Шевченко в поле зрения местных «пиркентонов»? Как они пытались реально помочь Валерию Карпенко в поисках его сыновей, может быть и станет когда-нибудь известно. Только я сомневаюсь, что милиции будет чем похвастать.

А ведь Карпенко-старший не сидел сложа руки, а пытался достучатся до всех властных кабинетов. И времени было — полтора года и ситуация так же была с выкупом. И обычно в таких случаях это дополнительная и существенные зацепки для милиции. Но не для краматорской.

А теперь представьте. В «деле Александрова» осужден «виновный» Вередюк. В городе — тишина, в области — тишина, всех такой вариант устраивает. Ну, допустим, не всех. Пара-тройка человек голос подавали. Группа киевских следователей никогда бы в Краматорске не появилась, а тут еще все эти похищения… Так бы и остались родные потерпевших в полном неведении о судьбе своих сыновей и мужей.

Можно, конечно, говорить, что у киевской группы следователей возможностей больше. Но скажите, а кто мешал краматорской и славянской милиции «посадить» Яворовского и Рыбака, Турсунова и Онышко? Времени не было? Фальсификацией версии бомжа Вередюка всем личным составом занимались или рыскали по городским рынкам в поисках наживы?

Зато теперь есть все основания говорить о Краматорске как о криминальной столице Украины — Чикаго, Палермо, кому-как угодно. Такая себе свободная от законов территория, где родители не могут быть спокойными пока их детей нет дома. Зачем же тогда милиция?

Александр Ильенко, специально для «УК»

Читайте также: