Днепродзержинск: журналиста уничтожит суд? Нет, журналист судью посадит…

В Днепродзержинске местные взяточники и кормимые ими правоохранители продолжают третировать Маргариту Закору, главного редактора популярной газеты «Дзержинец». Не запугав принципиального журналиста даже обстрелом окон ее квартиры, криминальные бизнесмены пытаются расправиться с женщиной при помощи продажных судей. Далее – слово автору. 31 января нынешнего года в 21 час 15 минут я обнаружила на дверях своей квартиры приклеенный скотчем лист извещения о том, что на следующий день – 1 февраля — в 15 часов исполнительная служба по решению суда придёт описывать моё личное имущество и накладывать на него арест.

В бумажке, приклеенной скотчем, было также указано, что еще 18 января нынешнего года Заводский суд Днепродзержинска вынес определение, которым разрешил беспрепятственно проникнуть в моё жилище.

Естественно, изменив намеченные планы, я с самого утра 1 февраля отправилась в Заводский суд, чтобы выяснить, какая ж это «безбашенная» судейская мантия вынесла такую «ухвалу». По дороге в суд на мой мобильный телефон позвонил исполнитель Вишняков и попросил быть дома в 15 часов. В противном же случае пригрозил взломать дверь даже в моё отсутствие…

Прийдя в суд, председателя Изотова я не обнаружила — этот трусливый заяц просто от меня спрятался. Секретарь, человек подневольный, сказала, что шефа «вызвали в исполком» (что там делать судье – непонятно). Его «честно» заработанный на взятках «мэрс» стоял прямо под окнами Заводского суда…

Я поднялась к заместителю председателя суда судье Наталье Стребиж и, подписав у неё разрешение о выдаче мне «ухвалы», обнаружила на судебном решении подпись судьи Гибалюк.

Оказалось, что исполнитель Вишняков обратился к председателю суда Изотову с просьбой разрешить вторгнуться в жилище журналиста Закоры для того, чтобы удовлетворить потребности местных коррупционеров, многократно «воспетых» журналистом. Общая сумма этих потребностей взяточников, так и не понесших ответственности перед Законом Украины, составила 140 тысяч 660 гривен.

Председатель Изотов передаёт это дело самой заинтересованной судье – Гибалюк. У которой глубокая личная неприязнь к журналисту Закоре из-за критических публикаций с упоминаниями фамилии этой самой судьи в связи с коррупциоными скандалами.

Гибалюк изучает материалы дела в количестве 10 (!) листов один час 15 минут.

Итак, протокол судебного заседания от 18.01.2007г. Начало заседания в 15-00.

Стороны в судебное заседание, согласно протокола, не вызывались, то есть в зале суда не было ни Закоры, ни исполнителя Вишнякова. Гибалюк «ухвалив: розглядати справу у відсутності сторін». Далее она сама себе: «оголосив подання, доклав матеріали та обставини справи». После представления «тихо сам с собою» Гибалюк: «пішов до нарадчої кімнати, повернувшись, оголосив ухвалу, роз’яснив строк та порядок її оскарження до апеляційного суду Дніпропетровської обл. через Заводський районний суд». И весь этот бред – «именем Украины»!

И председатель суда Изотов, вместо того, чтобы направить коллегу на принудительное лечение, в котором судья Гибалюк явно нуждается, даёт ей рассматривать различные дела. Вы думаете, сказанное выше – преувеличение? Увы! Это факт: судья Гибалюк в присутствии многих свидетелей на одном из судебных заседаний вдруг заявила, что «сумасшедшие встают и выходят из зала суда!», при этом встала первой и вышла сама (!). А ныне, в отсутствии обеих сторон (!), проводит судебный процесс, разъясняет отсутствующим сторонам срок и порядок обжалования её «ухвалы», разъясняет отсутствующим их право на ознакомление с протоколом судебного заседания, порядок подачи их замечаний на этот протокол и т.д. Полная клиника!..

Дальше — еще интереснее…

Получив определение судьи Гибалюк в 11 часов, я зашла в прокуратуру подать соответствующее заявление прокурору. Здание прокуратуры с судом – по соседству. Правда, нашего прокурора легче всего застать в ресторане «Европейском» у истца по «моему» делу г-на Спектора, поэтому своё заявление на его немедленное вмешательство в ситуацию я оставила у дежурного. Как вы понимаете, это было равносильно тому, что приклеить его на доске объявлений, но что делать? Ведь прокурор, которого горожане и коллеги называют не иначе, как «Шурик», честно отрабатывает своё содержание у власть имущих. По ходу, ради интереса, зашла к заму прокурора Давидюка г-ну Бойко. Мило и уважительно беседовавшего в это время с гражданами, которые даже без грима и кинопробподошли бы на роль бандюков. Я объяснила ситуацию Бойко. Но тот отказался со мной разговаривать, заявив, что когда Давидюк на него распишет моё заявление, вот тогда он… И так далее.

Управившись с делами, я отправилась домой готовиться к приёму гостей. Вернее, одного дорогого гостя – исполнителя Вишнякова, которому судья Гибалюк дала разрешение на принудительное проникновение в мою квартиру.

Купила хлебушка, колбаску, сырочек, чай в ассортименте, кофе — чтобы встретить гостя и всех тех, кто решил оказать мне поддержку. После публикации статьи «Расправа над «Дзержинцем» продолжается» я получила массу звонков и предложений о помощи — в случае продолжения бандитских выходок представителей «правопорядка». Люди оставляли свои телефоны и просили звонить в любое время, если вдруг мне понадобится их помощь. Я воспользовалась таким предложением и сделала пару звонков. Людей пришло больше, чем я ожидала.

И тут почалось… Исполнители приехали в 14 часов 56 минут. Перед этим в 14.30 был проведен контрольный звонок на мой домашний телефон, с целью уточнить: дома я или нет. Какая-то дама спросила «Люду». Вишняков, очевидно зная о том, что у меня телефон с определителем номера, дали этой клуше свою мобилку, а номер мобилки, как известно, определитель не высвечивает. Убедившись, что я в квартире, пацаны пошли отрабатывать конкретные бабки заказчиков «беспредела»…

Поднявшись ко мне на 4-й этаж, тётки с ЖЭКа, приглашённые Вишняковым в качестве понятых для вскрытия моей квартиры, поняли, что на лестничной площадке курят мои многочисленные гости. И тихонечко пошкандыбали вниз.

Оперативное совещание «домушников» «в законе» продолжалось полчаса, потому что идиоты решили, что я пригласила группу поддержки для того, чтобы не пускать исполнителя Вишнякова и оказзать ему сопротивление. Тогда балбесы вызвали пожарную охрану. (Этот номер газеты «Дзержинец» я отправлю вышестоящему руководству пожарников. Пусть мне ответят, почему пожарные МЧС тратят бензин, своё рабочее время на посещение журналиста Закоры, которая их не вызывала. А если где-то действительно нужна была экстренная помощь пожарной охраны? Если кто-то в это время задыхался в огне, потому что у пожарных не было бензина или свободной машины? Работники хреновы!).

Веселье началось. Соседи из соседних домов повыходили, повысовывались в окна: ну не каждый же день приезжают менты, пожарные без пожара и два «геракла» в форме государственных исполнителей!

Я уже и в окно их звала: дескать, пацаны, пора; время — деньги. Выражаясь ихней «феней», «за базар надо отвечать». Назначили на три, а уже 20 минут четвёртого, ну нельзя же так! Я и вниз спустилась — сделать фотосессию и пригласить лично. Но ребята гужевались.

Я и моя группа поддержки в составе 24 человек зашли в квартиру и стали ждать продолжения этого «кино» (или цирка). В 15-30 постучали.

Камеры были включены, фотоаппараты настроены, жара пошла. «Мотор!..» Поехали…

— Кто там? – для приличия спросила я.

— Исполнительная служба! – для приличия ответили за дверью.

С радостью и облегчением от того, что исполнитель Вишняков сейчас ко мне зайдёт удостовериться, что «моральным страдальцам» за свои страдания получать нечего, я открыла дверь. На лестничной площадке стояли 14 (!) человек. Да, подумала я, если бы исполнитель знал, что у меня в квартире находится 24 человека, то вызвал бы, как минимум, два автобуса омоновцев… Тем, возможно, тоже больше нечем заняться…

Начальник исполнительной службы Дзижко, переживая и явно нервничая, долго зачитывал мне «ухвалы» Заводского суда, потом — свои собственные. О моих правах сообщить забыл. Бывает со страху. Потом спросил, согласна ли я впустить исполнителя Вишнякова. На что я, не задумываясь, сказала «Да!» Как перед алтарём…

— Не понял… — промямлил Дзижко.

— Согласны ли вы, Маргарита Алмасхановна, добровольно впустить к себе в квартиру государственного исполнителя Вишнякова, — переспросил Дзижко.

— Да!!! Пусть только покажет своё удостоверение, что он – Вишняков. А то потом придёт ещё кто-то и тоже скажет, что и он — Вишняков.

После того, как я удостоверилась, что стоявший с видеокамерой товарищ и есть Вишняков, о котором слагаются в городе легенды (как о «передаточном» — звене в исполнительной службе Заводского района — по передаче взяток для своего руководителя Дзижко), как отрабатывает Вишняков «бабки» от «героев» моих публикаций господ Туробойского, Спектора и т.д., я движением руки (не от плеча) показала Вишнякову, что очень рада впустить его. При этом добавила, что решение суда считаю незаконным и буду его обжаловать. Тут же при свидетелях вручила Дзижко заявление в Заводский суд о выдаче «ухвалы» на проникновение в моё жилище для дальнейшего обжалования. Надеясь, что у Дзижко ещё есть капелька совести, и деньги — деньгами, а закон — законом. Но вижу, что деньги давно уже уничтожили в чиновнике Дзижко и последнюю каплю совести.

Даже начальник Департамента исполнительной службы Днепропетровской области А.Верхогляд в своём письме написал мне и выделил жирным текстом, что «державний виконавець може відкласти виконавчі дії за заявою боржника на строк до 10 днів». То есть Дзижко имел полное право, увидев моё зарегистрированное заявление в Заводской суд о намерении обжаловать данную «ухвалу» с датой регистрации 1 февраля 2007 года, отложить выполнение «ухвалы» о принудительном «посещении» меня на дому. Но он этого не сделал. И я со спокойной совестью рассказала всем присутствующим под телекамеры о том, что:

— Товарищ Дзижко никогда задницу свою не поднимет меньше, чем за две тысячи «баксов». Сколько ему заплатили, чтобы он пришёл к журналисту Закоре, я не знаю.

Было видно, что начальник исполнительной службы Заводского района Днепродзержинска Дзижко с умным и озадаченным видом перебирал в памяти всех, кто давал ему когда-либо взятки. Самый главный вопрос, тревожащий в эту минуту Романа Дзижко, был: «КТО?». Кто посмел «сдать» его Закоре? А вот если бы не брал взятки, так и не думал бы и не гадал…

В общем, долго я уговаривала Вишнякова зайти ко мне. Но напрасно.

— Ну зайдите, пожалуйста, товарищ Вишняков. Пропустите товарища Вишнякова! — слегка отодвинув Дзижко, сказала я. И продолжила – Ну же, зайдите! Я вас умоляю: зайдите… Я вас очень прошу: зайдите! Я вас бутербродами угощу. Ну, зайдите, пожалуйста…

— Я не ем ваших бутербродов, — обиделся Вишняков.

— Это правильно. Я знаю, вы только с красной икрой кушаете, а у меня красной икры нет. Но всё равно, зайдите. Зайдите, пожалуйста, ну я вас очень прошу; я вас умоляю. Вы хотите, чтоб я на колени стала, вас попросила? Так не стану. Зайдите так…

Я и моя группа поддержки ещё долго пыталась уговорить Вишнякова зайти в квартиру к журналисту, но он отказался. Не хочу, понимаешь ли, заходить сам без «няньки» Дзижко, без милиции и понятых. Я ему уже и понятых своих предоставила: ну где гарантия, что его тётки-понятые — это не «подсадные», правильно? Вкинут мне невесть что, а потом доказывай, что не моё. Ментов с Дзижко я, естественно, не пускала, так как судья Гибалюк им на это разрешение не давала. А я категорически против таких гостей в моей квартире.

Ушли мои гости, не солоно хлебавши…

Отдавая заявление о выдаче ухвалы судье Стребиж, я спросила у Натальи Михайловны, рассмотрела ли она заявление от местной иудейской общины и вынесла ли по нему решение о закрытии газеты «Дзержинец», главным редактором которой я являюсь. Судья Стребиж заверила, что решение вынесла, но в закрытии газеты отказала. Ещё судья Стребиж вынесла решение и отказала в удовлетворении иска главного тувароведа города г-на Чобаняна. Больше исков ко мне судья Стребиж пока не рассматривала…

Маргарита Закора, специально для «УК»

Читайте также: