Наши деньги «пахнут». Международным скандалом

Автор скульптурной композиции «Основатели Киева» Василий Бородай обвиняет государство в нарушении авторских прав. Национальный банк Украины «позаимствовал» изображение для дизайна купюр, не спросив разрешения художника.

Европейский суд по правам человека принял к рассмотрению исковое заявление знаменитого украинского скульптора, академика Василия Захаровича Бородая.

Василий Бородай со своей Лыбедью. Фото из личного архива В. Бородая    Василий Захарович Бородай родился в 1917 году. Народный художник СССР, лауреат Ленинской премии. Фронтовик. Воевал офицером, в разведке. В его творческом наследии — много известных произведений. Он является одним из авторов мемориального комплекса «Украинский музей истории Великой Отечественной войны».
    Скульптурная композиция «Основатели Киева» была установлена к 1500-летию столицы, а именно в 1982 году в парке имени Примакова, на днепровской набережной. Авторское право на это произведение Василий Бородай зарегистрировал в 1996 году.
     Сегодня Василий Захарович Бородай является профессором Национальной академии изобразительных искусств Украины, преподает на кафедре скульптуры («ведет» аспирантов). По стопам великого мастера пошел его внук — Василий Петрович Бородай, который также трудится на преподавательской ниве в этом вузе.

               

МАСТЕР И ЛАДЬЯ. НАЧАЛО СПОРА

Итак, однажды Национальный банк малость «прикоснулся» к творческому наследию мэтра отечественной скульптуры Василия Бородая. Случилось это еще на заре нашей Независимости.

Помните старые купоно-карбованцы — одно из первых платежных средств?! Сегодня они гроша ломаного не стоят. Фантики, да и все: коричневые, зеленые, красные… Со слабенькими защитными элементами, без номеров и подписей, исполненные на низкосортной бумаге. Свое они уже «отходили».

И все же нынче эти фантики снова на слуху. Они снова «пошли»… в дело, на сей раз — в судебное, да еще на международном уровне. Вот как начиналась эта громкая история.

В прошлом году Василий Бородай позвал к барьеру Национальный банк Украины, предъявив иск. Его рассматривал Печерский райсуд.

В своем заявлении признанный мастер утверждает, что является автором скульптурной композиции «Основатели Киева». Да-да, речь о той самой изящной ладье, на которой застыли древние Кий, Щек, Хорив и сестра их Лыбедь.

А что, скажите, на милость, было изображено на украинских купонах? Да она же, родненькая, наша вычурная лодочка, а также фигура Лыбеди.

Скульптору такое «заимствование» явно не понравилось. По словам его представителя – Валерия Ситцевого – в течение 1992–1996 годов Нацбанк использовал это произведение на купонах номиналом от одного до пяти тысяч карбованцев без разрешения автора. На этих деньжищах вы не отыщите фамилии Василия Бородая, впрочем, не указано и название скульптурной композиции.

Но если купоны — преданья старины глубокой, то как быть с двухсотгривенной купюрой (некоторые ее называют «синенькой»), которую Нацбанк ввел в оборот в августе 2001 года? На ней ведь тоже запечатлена фигура Лыбеди. А она, как считает Василий Бородай, является частью скульптурного произведения «Основатели Киева». И в этом случае Василий Захарович не давал «добро» на использование изображения Лыбеди.
 

ТАЙНА АРХИВОВ НАЦБАНКА

Как-то раз автор этих строк из журналистского любопытства заглянул на первое заседание: Василий Бородай против Нацбанка.

И вот первая неожиданность. Нацбанк не смог предоставить суду оригиналы документов об изготовлении купонов. Хотя в судебном зале из уст его юриста прозвучало (в качестве оправданий?), что купоны были выпущены за границей, что к этому причастны иностранные фирмы.

— На что вы намекаете? — поинтересовалась судья. — Что они (иностранцы. — Прим. ред.) должны отвечать?

А может, и впрямь стоило начать тяжбу против канадской или британской компании? Признавайтесь, дескать, господа капиталисты, какой умник подсказал вам «взять на абордаж» нашу Ладью, то бишь поместить ее на купоны?

Впрочем, каких только казусов не случается в банковском деле. В 1992 году во Франции, в сверхзащищенной от подделок новой купюре в 50 франков была обнаружена… опечатка. Шедевр монетного двора оказался с изъяном — в фамилии изображенного на банкноте писателя Антуана де Сент-Экзюпери была найдена ошибка.

Неужто и в Украине кто-то допустил оплошность, не посчитав нужным указать на дензнаках авторство Василия Бородая? Представитель Василия Захаровича Валерий Ситцевой пытался услышать от своих оппонентов, кто именно разработал макет купонов, а также купюры номиналом 200 гривен.

Этот вопрос интересовал и судью:

— Кто «закатал» Ладью в денежные знаки? — с некоторой образностью спросила Майя Гримич.

Это была суперзагадка. Видите ли, представители Нацбанка заявили, что на тот момент они не смогли отыскать оригиналы документов и все твердили, что первые украинские деньги были изготовлены за рубежом. А чтобы, дескать, найти эти бумаги, получить ответы на запросы от иностранных фирм, нужно время.

Судья, как мне показалось, удивилась такой аргументации. И процитировала приказ председателя правления Национального банка Украины Виктора Ющенко, датированный еще 1993-м годом…

«З метою вдосконалення порядку, облiку та зберiгання ескiзiв, макетiв та зразкiв грошових знакiв України наказую: службовим особам Нацiонального банку України, якi отримали вiд iноземних фiрм та з Луганського верстатобудiвного заводу ескiзи, макети, зразки та iншi матерiали, пов’язанi з грошовими знаками України (окрiм тих зразкiв, що надiйшли офiцiйним шляхом, врахованi i зберiгаються в   Центральному сховищi), передати останнi на облiк та зберiгання в управлiння банкiвської безпеки. В подальшому в мiру надходження таких матерiалiв в обов’язковому порядку передавати їх в управлiння банкiвської безпеки…»

По словам судьи Майи Гримич, в этом приказе Ющенко четко расписал порядок учета и контроля документов, касающихся дензнаков.

Ну и что из этого? Отыскать эскизы и макеты оказалось делом невыполнимым. Суду было заявлено, что ни наброски, ни эскизы не сохранились в Нацбанке. Все было уничтожено. Может, это не случайно?

НЕ ПЛАТИТЬ! И ТОЧКА


Представитель Василия Бородая Валерий Ситцевой. 	Фото автора     О подробностях этого затяжного спора «ВЕДОМОСТИ» беседуют с патентным поверенным Валерием Ситцевым.

— Увидев, что Лыбедь «закатали» в деньги, скульптор, видимо, немедля направился в суд? Или — нет?
— Поначалу Василий Захарович пытался уладить этот вопрос с Национальным банком тихо-мирно, без привлечения Фемиды. В частности в 2005 году написал в НБУ письмо, в котором предложил выкупить у него авторское право на этот памятный знак. Нацбанк ответил отказом, заняв интересную позицию: дескать, для каждого мастера искусства должно быть честью, что его работа «присутствует» на деньгах. А Ладья, о которой идет речь, мол, «принадлежит украинскому народу».

— Прославленный академик с такой трактовкой не согласился?
— Нет, конечно. Мы считаем, что был нарушен Закон Украины «Об авторском праве и смежных правах».

— Какую тактику защиты избрал в суде Нацбанк?
— Его представители пытались найти любые аргументы, и все ради одного — лишь бы не выплачивать вознаграждение скульптору. Например, утверждали, что на двухсотенных купюрах — не произведение Бородая, а — новая работа… сотрудников монетного двора. Посему, мол, никто ничего не нарушал. Такие рассуждения было просто смешно слушать. Позиция банковских юристов сводилась в основном к тому, что государство имело право… А когда мы своих оппонентов приперли фактами, что называется, к стенке, то они уже в принципе не отрицали, что использовали Ладью Бородая, но зато упор опять делали на законность своих действий. Дескать, в 1992 году страна жила еще по старому Гражданскому кодексу УССР. Нас подводили таким образом к выводу, что изображения всех памятников, которые установлены в общественных местах, государство вправе использовать бесплатно. К тому же твердили, что в 1981 году Василий Бородай уже получил вознаграждение за свой труд.

— Погодите, а может, Василий Захарович в самом деле был отблагодарен в материальном плане?
— Действительно, в 1981 году скульптор получил вознаграждение, но отнюдь не за отчуждение авторского права, а — за авторский надзор и непосредственно за саму работу по созданию скульптуры в натуральную величину. Однако этот факт не лишает его авторских имущественных прав, в частности на получение вознаграждения за использование его произведения третьими лицами.
И потом. Даже если и принять к сведению аргументацию Нацбанка, то в соответствии с нормами Кодекса от 1963 года, нужно было обязательно указывать на денежных купюрах фамилию автора, а также источник заимствования.

— То есть главный банк страны ни копейки не заплатил академику за использование Ладьи, Лыбеди?
— Ни копейки. Нахально взяли произведение и использовали… Причем двухсотгривенные купюры были напечатаны в Великобритании и Канаде еще в 1993 году. С 1993-го по 2001 год они лежали в хранилище Нацбанка и не вводились в обращение. В тот период Василий Захарович вообще не знал о том, что на двухсотке — рисунок его Лыбеди.

— Любопытно, а сколько же было выдано на-гора купоно-карбованцев, двухсотгривенных
купюр?
— В ходе судебных заседаний с большим трудом стало известно, что в течение приблизительно пяти лет Нацбанк выпустил в обращение более 180 млн. штук двухсотгривенных купюр. Сколько было напечатано купоно-карбованцев номиналом с одного по тысячу — в суде так и не было установлено — Нацбанк информацию не предоставил. Купоны достоинством 2 тысячи и 5 тысяч вышли «тиражом» около 140 млн.  штук.

— Не пытались ли вы предложить Нацбанку мировую?
— Мы были обеими руками «за». Однако неизменно слышали в ответ: «Посоветуемся с руководством». А затем — молчок.

ЮЩЕНКО ГОТОВ БЫЛ РАСКОШЕЛИТЬСЯ

— В исковом заявлении вы потребовали изъять все 200-гривенные банкноты и передать их Бородаю. Неужели такое возможно было бы?
— Печерский суд отказал в удовлетворении этой просьбы. В то же время в Законе «Об авторском праве и смежных правах» говорится, что суд может вынести решение об изъятии, конфискации контрафактных экземпляров произведений, которые были изготовлены с нарушением авторского права, и передать их автору.

— И что, подобное решение (об изъятии «двухсоток») выполнимо?
— Естественно, нет. Хотя технически это сделать несложно. 

— Но это были бы уже не деньги, а некие фантики. Но, по большому счету, скульптор мог чуть ли не обанкротить целое государство. Я правильно понял вас?
— Совершенно верно. Правда, с точки зрения государственных интересов ни один суд не принял бы подобного решения. А вот изъять из оборота деньги — это вовсе не исключено.

— Наверняка об этом затяжном споре известно Виктору Ющенко. Какова его реакция?
— О своей беде Василий Захарович однажды рассказал Виктору Андреевичу. И тот, еще задолго до своего президентства, обещал от имени НБУ уладить вопрос, например, подготовить к юбилею скульптора выставку, издать каталог его произведений. Увы, ничего этого сделано не было. Василий Захарович и не хотел судиться — надеялся, что Нацбанк сдержит слово. Ющенко, кстати, несколько раз бывал в мастерской скульптора, восторгался его творчеством. А однажды даже выразил серьезное желание приобрести за определенную сумму уменьшенную копию той самой Ладьи. Она изготовлена из меди и стоит в мастерской академика. К сожалению, этот заказ так и остался на словах.

— Не было ли желания вызвать в суд президента Украины Виктора Ющенко, чтобы он подтвердил факт обещаний, данных им Василию Бородаю?
— Это ни к чему. Ведь такое ходатайство не касается предмета спора.

— Знаменитый мастер, очевидно, до сих пор помнит о своем разговоре с Виктором Ющенко.
— Он неоднократно вспоминал об этом. Скульптор надеется, что не без участия Виктора Андреевича, гаранта Конституции, решение о восстановлении справедливости все же будет принято. Если Василию Захаровичу будет выплачена определенная сумма, которая фигурирует в документах, то он отзовет свое исковое заявление из Европейского суда (чтобы государство в очередной раз не позорилось на международной арене).

— Поначалу вы дело выиграли. Каким был вердикт Печерской Фемиды?
— Иск Василия Захаровича был удовлетворен, частично. Согласно этому решению, Нацбанк должен был выплатить ему компенсацию за нарушение его авторских прав в сумме более 100 тысяч гривен.  Однако потом Апелляционный суд столицы полностью отменил это решение, отказав в иске. Мы — в Верховный суд Украины. Увы, высшая судебная инстанция страны даже не запросила материалы дела из Печерского райсуда. Прославленному скульптору ничего не оставалось, кроме как искать правду в Европейском суде.

 

Леонид Фросевич, «ВЕДОМОСТИ»

 

 

 

 

Читайте также: