А был таки шанс: в 1962 году США могли исчезнуть как государство

…Осенью 1962 года Дмитрий Язов, в ту пору полковник, не знал, да и не мог знать, что происходило в верхних эшелонах власти на уровне ЦК КПСС и военного руководства Союза ССР. Но всю напряженность Карибского кризиса ощутил непосредственно на месте – Кубе, где командовал полком. И на своей шкуре. Карибский кризис стал, пожалуй, самым острым и опасным эпизодом холодной войны, которую на протяжении 40 лет вели СССР и США. Напомним, пик конфликта пришелся на вторую половину октября 1962 года. Сам кризис вызрел как результат антикубинской политики Белого дома, пытавшегося не допустить «ухода» Острова Свободы из-под контроля Вашингтона. ЦРУ и Пентагон готовили ряд покушений на Фиделя Кастро и других лидеров революции, в результате которой в 1959 году была сметена проамериканская диктатура Батисты, планировали вторжение на Кубу.

Москва к тому времени уже установила с новым кубинским руководством дипломатические отношения. А потому Кремль санкционировал проведение уникальной и по нынешним меркам операции по доставке на остров ракет среднего и промежуточного радиуса действия с ядерными зарядами (всего 162 боеголовки). Они создали реальную угрозу крупным городам Восточного побережья США, угрожая жизням 90 млн. американцев. Когда президент Соединенных Штатов Джон Кеннеди узнал об этом, он отдал распоряжения о подготовке массированной воздушной атаки Кубы, главным образом, по тем местам, где советские специалисты спешно ставили ракеты на боевое дежурство. Счет шел на часы, потом чуть ли не на минуты… Шутка ли, от Кубы до Штатов – всего 180 км, а дальность полета доставленных ракет составляла от 2,5 до 4,5 тыс. км…

В книге, которую написал Маршал Советского Союза Дмитрий Язов (Язов Д.Т. Карибский кризис: сорок лет спустя. – М.: «Мегапир», 2006. – 456 с., илл., тир. 5000 экз.), показаны все самые драматичные моменты этого противостояния. Приводятся малоизвестные документы, свидетельства очевидцев тех напряженных дней, причем как с российской, кубинской, так и с американской стороны. Многие из этих людей молчали десятилетия.

Да ведь и сам автор в 1962 году командовал на Кубе мотострелковым полком, что придает его повествованию особую ценность и доверительность. Кстати, секретность в ту пору была потрясающая: в историческом формуляре 197-го гвардейского мсп Ленинградского военного округа ни слова не сказано о том, что он являлся базой формирования 400-го полка, который и направлялся на Остров Свободы, а там превратился в 108-й отдельный мсп Группы советских войск на Кубе (ГСВК).

Разумеется, осенью 1962 года Дмитрий Язов, в ту пору полковник, не знал, да и не мог знать, что происходило в верхних эшелонах власти на уровне ЦК КПСС и военного руководства Союза ССР, но всю напряженность складывающейся ситуации ощущал непосредственно на месте, что называется, на своей шкуре.

Для переброски ГСВК через океан за тысячи километров от СССР была осуществлена операция «Анадырь». Войска, ракеты и прочую технику привезли на Кубу сухогрузы торгового флота. Военнослужащие направлялись под видом инженеров и техников по ирригации и мелиорации. Главным «мелиоратором» был дважды Герой Советского Союза генерал армии Исса Плиев. Скрытность удалось сохранить не только благодаря специально предусмотренным мерам, но и следующему обстоятельству. Еще до «накала страстей» американцы провели эксперимент: подразделение морских пехотинцев (элита вооруженных сил США!) погрузили в трюм транспортного корабля и «покатали» в океане. «Больше трех суток держать людей в таком состоянии не разрешала медицина, – пишет Язов. – После этого американцы сделали вывод о невозможности скрытной доставки больших масс людей на Кубу. Не учли, что это были советские люди…»

На основе недавно рассекреченных материалов Дмитрий Язов приводит уточненные подробные цифры численности войск и характеристики вооружений, которые были доставлены в Карибский бассейн. Советские и кубинские военные должны были не допустить высадки противника на территорию острова ни с моря, ни с воздуха. «В документах советского Генштаба это требование было сформулировано очень четко: «превратить остров в неприступную крепость», – подчеркивает маршал.

Игорь Плугатарёв, НВО

Читайте также: