Украинские заключенные начинают «новую жизнь»

Принятый закон разрешает им носить с собой деньги, «отпрашиваться» из тюрьмы на свадьбу и надевать гражданскую одежду. Эксперты заверяют в необходимости данного закона, но предупреждают, что львиная доля инициатив так и останется на бумаге. А самые неоднозначные нововведения и вовсе исчезли из текста законопроекта

 Закон «О внесении изменений в Уголовно-исполнительный кодекс Украины относительно порядка и условий отбывания наказания» – один из целого списка законопроектов, необходимых для дальнейшей евроинтеграции Украины. В ближайшее время он вступит в силу: 5 сентября документ был проголосован в Верховной Раде, а в конце месяца закон №1131 подписал Виктор Янукович.

В документе есть очевидно позитивные моменты. Например, сняты ограничения на количество краткосрочных свиданий в воспитательных колониях, разрешены кратковременные выезды из исправительных колоний минимального уровня безопасности, заключенные имеют право на внеочередное длительное свидание для регистрации брака.

Законодатели позаботились и об отбывающих наказание матерях: женщин-заключенных больше не будут разлучать с рожденным в исправительном заключении ребенком после достижения им трехлетнего возраста. Правда, к реализации этого положения нужно подходить осторожно, считает адвокат Ярослав Бабич. «Этого не должно быть в обязательном порядке. Если женщина считает нужным, чтобы ребенок оставался с ней – пусть остается, а если на свободе есть родственники, то понятно, что ребенку лучше там», – уверяет юрист.

 

На связи с миром

Самый обсуждаемый и спорный момент законопроекта – мобильные телефоны. Норма, которая предусматривала, что заключенные смогут носить с собой аппараты и аксессуары к ним, – называлась ключевой в законопроекте и политиками, и журналистами, и экспертами. Единственное, что их смущало, – телефоны разрешалось именно «носить», а вот как пользоваться мобильным, когда и как часто можно звонить, законодатели не уточняли. «Не все прописывается в законе.

Почему в местах лишения свободы осужденным категорически запрещается иметь мобильные телефоны? Что страшного в том, что зек лишний раз позвонит маме, пообщается с любимой или своим ребенком? Но дело в том, что все чаще с помощью мобильников заключенные зарабатывают себе новый срок — за мошенничество. Впрочем, кому повезет — зарабатывают немалые деньги.

Телефонные «разводы» осужденных. Как заработать на достойную жизнь, сидя в тюрьме

Есть еще ряд нормативных актов и, в частности, нормативно-правовые акты пенитенциарной системы. Там все пропишут», – объяснял народный депутат, замглавы парламентского комитата по вопросам обеспечения правоохранительной деятельности Владимир Олийнык.

Но, как выяснилось уже через месяц после принятия закона №1131, норма о мобильных телефонах из документа накануне второго чтения исчезла. «Изменения в 59-й и 99-й статьи УИК, предложенные в редакции законопроекта к первому чтению, которые позволяли мобильные телефоны, профильный комитет ВР по вопросам законодательного обеспечения правоохранительной деятельности – «убрал», учтя поправки народного депутата Деревянко», – рассказала правозащитница правозащитница, юрист Евгения Закревская.

Судя по стенограмме пленарного заседания, народные депутаты не обратили на это внимание и живо обсуждали другие поправки, касающиеся конкретизации порядка использования мобильных телефонов заключенными. «Откуда в прессе взялась дезинформация о мобильных телефонах? И было ли она сознательно «слита» заинтересованными лицами или структурами? Возможно, до сих пор часть депутатов уверена, что они позволили «зэкам» мобилки…», – пишет Закревская в своем блоге на сайте «Украинский правды».

Но даже если бы норма о мобильных телефонах все-таки была, она априори не могла работать, считают эксперты. Во-первых, аппарат нужно заряжать, а это в условиях колонии невозможно в принципе. «В местах лишения свободы нельзя даже шнурки носить, чтобы никто не повесился. Кто разрешит пользоваться зарядным устройством? Им можно задушить сокамерника, связать руки охране», – объясняет бывший замминистра внутренних дел Геннадий Москаль.

Во-вторых, организовать зарядку мобильных телефонов, если ими начнут пользоваться все заключенные, сложно технически. Да и сами работники пенитенциарной службы в этом категорически не заинтересованы. «Мобильные телефоны в тюрьмах и колониях есть и сейчас. Телефоны – это основной заработок работников администрации колоний. Поэтому нормативные документы будут выписаны так, чтобы проще было дать денег надзирателю, чем пользоваться дарами Верховной Рады», – уверен Москаль. Поэтому, по его словам, руководство пенитенциарной службы ведомственной инструкцией в любом случае ограничило бы право заключенных на телефоны.

Сколько я зарезал, сколько перерезал…

Пальцем в небо

Данный законопроект – это просто ширма для европейских «надзирателей», считают эксперты. «Когда в середине все рушится, фасад украшают. Этот документ ничего не дает заключенным», – уверен Москаль. И в худшем случае – если все положения законопроекта будут выполняться – он еще больше усложнит жизнь в колониях.

«Нововведениями запретили свидания с родными во время карантина, диагностики и распределения, ограничили круг лиц, с которыми могут быть предоставлены длительные свидания заключенным», – раскрывает Закревская то, что «прячется» за основными положениями закона.

А Олийнык считает несомненным плюсом закона четкий перечень того, что нельзя делать в местах лишения свободы – якобы, отбывающим там наказание, теперь будет проще отстоять свои права. Но эксперты подчеркивают: при таком содержании и таком количестве запретов документ ничего общего не имеет с европейскими нормами жизни заключенных.

«Запрещается завешивать или менять без разрешения спальные места» – это значит, что заключенные теперь не смогут заслонять свои спальные места от проникающих через старые стены и окна холодных сквозняков. Болеть будут больше, а лечить их будут так же – то есть никак. «Запрещается изготавливать и сохранять самодельные электроприборы и пользоваться ими» – это значит, что заключенным запрещается делать так называемые «плитки». Не будет обогревателей – температура в камерах будет еще ниже, чем обычно. Зимой в Лукьяновке, например, средняя температура в помещении камерного типа – градусов 8. Опять же, все болеют», – говорит Константин Усов, журналист и автор нашумевшего фильма о Лукьяновском СИЗО «Тюрьма №1».

Многие осужденные за решеткой открыли для себя веру

При этом в законопроекте нет того, что в него внести стоило бы. Например, нормы о том, что женщин с грудными детьми, находящихся под следствием, нельзя держать в СИЗО. «Новый УПК расширяет варианты выбора меры пресечения. Очень многих женщин можно поместить не в СИЗО, а под домашний арест. В СИЗО человек может быть и два, и три года, и пять лет находиться и даже успеть отбыть наказание за преступление, которое не совершал. Но ребенок же ни при чем», – объясняет Ярослав Бабич. И коснуться это должно и тех женщин, которые оказались под подозрением еще во время действия старого УПК.

Не решены и элементарные бытовые проблемы заключенных, напоминает Усов: «К примеру, после всех «изменений» украинские заключенные по-прежнему будут иметь право на санитарные услуги, то есть на душ – лишь раз в неделю. В том числе женщины. Не урегулирован вопрос медицинского обслуживания, не повышены стандарты защиты осужденных от незаконного принуждения к труду. Не расширяются права на прогулку, на спортивно-физическую работу».

Разрешение на мобильные телефоны, интернет в колониях – соответствующий законопроект уже зарегистрирован в Верховной Раде – не имеют ничего общего с реальными проблемами заключенных, уверен Москаль. «Надо думать, что делать с туберкулезом. Нет полноценного питания. За все надо платить. Депутатам Верховной Рады нужно организовать экскурсию в какую-нибудь колонию, чтобы они поняли, с чего действительно нужно начинать реформы», – подытожил политик.

Автор: Евгения Вецько, Фокус.ua

Читайте также: