Легализация проституции: германский опыт

В Германии в 2002 году был введен закон о легализации проституции. Одну из наиболее криминальных областей секс-индустии взяли строгий контроль. Отвлечемся от политических дебатов. Интересная беседа на вечную тему бесправности проституток.

Проституцию в борделях сопровождают неизбежные сложности

Проституция в Германии – развитая и поставленная на широкую ногу индустрия. Число занятых, по приблизительным подсчетам – более 400 тыс, годовой финансовый оборот эротических заведений сравним с доходами автомобильного бизнеса и составляет не меньше 15 миллиардов евро. Мировоззрение государства и инструкции правоохранительных органов таковы, что ни сами проститутки, ни их клиенты не подвергаются преследованиям.

Уголовно наказуемы только сутенёрство и торговля живым товаром. Более того, закон о легализации проституции уравнял работниц секс-бизнеса в социальных правах с представителями других профессий. Поэтому желающие заняться проституцией не нуждаются в оформлении специального разрешения, т. к., согласно законодательству от 1953 года продающие собственные услуги свободные предприниматели, как художники, музыканты, писатели, журналисты, танцоры, проститутки относятся к цеху творческих работников.

Без всяких проблем и предвзятости со стороны административных структур женщины могут заключать договоры медицинского и пенсионного страховании и через суд добиваться оплаты своих услуг от владельцев закрытых секс-клубов. Хотя, исполнение подобных обязательств на практике весьма гипотетично, как и возврат проститутки к нормальной жизни, несмотря на то, что торговля телом не может считаться приемлемым занятием для разумной женщины. Закон лишь вытащил подводную часть криминального бизнеса на поверхность и позволил правоохранительным органам установить контроль за соблюдением женских прав.

При всем кажущемся благополучии, условия труда проституток — ни в смысле гигиены и обязательной охраны здоровья, практически, не улучшились. Кроме этого, «костью в горле» встал вопрос подневольной проституции, когда сутенеры принуждают девушек, в первую очередь, иностранок, работать в нечеловеческих условиях, да ещё и отбирают у них заработанные деньги и документы.

Мой собеседник, первый криминальный комиссар Комиссариата 62 при главном полицейском управлении Франкфурта, господин Маркус Штайнер (Markus Steiner) в эксклюзивном интервью поведал о превратностях жизни женщин, вставших на путь проституции, и пояснил о сложностях, возникающих у полиции с сутенерами — торговцами «живым товаром».

Все работы хороши?

Так называемый профсоюз проституток, наличие которого выставляется не владеющими темой знатоками в виде социального достижения, является ничем иным, как федеральным профессиональным коммерческим объединением (Der Bundesverband Sexuelle Dienstleistungen e.V.). Состоящие в нем барышни, как правило, хорошо образованы, работают по договору в эскорт-сервисах, обслуживают коммерсантов и предпринимателей высокой руки и обсуждают при встречах последние достижения в области поддержания экстерьерного уровня.  (Что скрывают продавцы украшений с бриллиантами?)

Ничего общего с настоящим профсоюзом, защищающим интересы наемных отраслевых работников и заботящимся о социальной справедливости для трудящихся, объединение не имеет. Как утверждает статистика, не более одного процента проституток воспользовались положениями нового закона и заключили трудовые договоры с владельцами агентств и закрытых клубов. Остальные же девяносто девять процентов предпочитают оставаться в тени и сохранять статус свободных художниц.

«Наша основная задача — беспощадное преследование беззакония в этой среде», — говорит господин Штайнер. — «В целях предотвращения преступлений против личности принимаются серьезные меры, вплоть до ужесточения контроля в борделях и во всех заведениях, относящихся к секс-индустрии. Главный пункт программы — защита несовершеннолетних. Мы пытаемся объяснить им: проституция не может считаться обычной профессией, такой же, как и другие». Самый юный и законодательно установленный в проституции возраст — 18 лет.

Но и это очень рано — психика не окрепла, сознание не сформировалось. Контингент женщин от 18 до 21 года составляет не самую высокую процентную часть, но именно они чаще всего попадают в сети сутенеров. Не имеющие жизненного опыта, не успевшие получить образование, в силу возраста принимающие на веру любую ахинею, услышанную из уст производящего впечатление бывалого и компетентного человека, девочки добровольно ввязываются в весьма сомнительные истории и попадают в трудно разрешимые переделки

Сильная головная боль

На сегодняшний день особые хлопоты и проблемы полиции доставляют молодые и неокрепшие душой девушки, прибывшие на немецкую землю из Болгарии и Румынии. «После миграции восточноевропейской проституции в Германию мы уже неоднократно изымали из профессии несовершеннолетних девочек, число которых колеблется в пределах одного процента» — рассказывает комиссар. Связанный с восточноевропейскими девушками криминал за последние три года побил все рекорды по числу преступлений.

Подавляющее большинство, работая в пуфах, не распоряжаются своей судьбой, не владеют немецким языком, не ориентируются в законах и часто даже не знают, в каком городе находятся. Это вам не самодостаточные, эмансипированные и уверенные в себе немки, свободно ориентирующиеся в законодательном пространстве.

Практически, каждая вторая их прибывших девочек попадает в сексуальную кабалу традиционным для жителей отсталых регионов путем — ведь очень трудно представить себе 18-летнюю девочку, сознательно и по убеждениям вставшую на путь коммерческой любви. Отец многодетного семейства, финансово ограниченный, чтобы дать детям полноценное по европейским стандартам образование, отправляет дочь на заработки, заставляя наниматься на престижную по его мнению и доходную работу — в модельное агентство или в аналогичную медийную структуру.

Не имеющие ни малейшего понятия о правилах настоящего приема, не прошедшие кастинг девушки попадают в руки дельцов, сулящих в Европе альтернативную и не менее прибыльную занятость. Под убедительным предлогом у девушек отбирают паспорта и привозят в Германию. Используя тесные связи с управляющим персоналом борделей, сексуальных рабынь сдают с рук на руки, заключая от их имени договоры на аренду комнаты.

Вообще-то менеджеры должны ставить полицию в известность о прибытии новой «партии» не говорящих ни слова по-немецки женщин, но они обычно закрывают глаза на двусмысленность ситуации. И, лишь заметив на женщине синяки, кровоподтеки и отчетливые следы физического насилия, менеджер извещает правоохранительные органы, понимая, что иначе рискует доходным местом. И не владеющая языком, не знающая законов страны, с просроченной визой, бесправная, запуганная, беспомощная жертва остается в полной власти сутенера.

Из заработанных женщиной в среднем за день 500 евро, около 200 идут в оплату за комнату и 300 забирает ее хозяин, снабжая наложницу лишь самым на его взгляд необходимым — униформой и косметикой для поддержания рабочей формы. Единственной надеждой на спасение является полиция — но циничные преступники обеспечили себе тыл. Передаваемую по этапу, как эстафетную палочку, несведущую девушку запугивают строгостью законов: обратится в полицию — посадят в тюрьму за нарушение визового режима и проституцию.

Параграф § 232 УК ФРГ безжалостен: «За циничную эксплуатацию и принуждение к проституции персоны, обманом ввезенной в чужую страну или оказавшейся в беспомощном положении, обусловленном незнанием местного языка и местных законов, отсутствием средств к существованию и документов, а также за бездействие при очевидных свидетельствах содержания человека в неволе, виновным полагается наказание в виде лишения свободы сроком до десяти лет».

Под это же наказание, как соучастник, попадает и клиент, пользующийся услугами проститутки, которая не говорит по-немецки и вся в синяках. Клиент обязан обратить внимание на все подозрительные признаки и предусмотреть вариант, что имеет дело с жертвой сексуального рабства. Пороки человеческие вечны и предупредить их проявление можно только безжалостными мерами.

Жертва, а не правонарушительница

Раз в неделю спецподразделения Комиссариата 62, каждое в составе не менее двух вооруженных сотрудников, совершают запланированные рейды во всех структурах сексуального профиля — борделях, FKK-клубах, свингер-клубах, отелях с почасовой оплатой и притонах квартирного типа. Стараясь не нанести ущерба «репутации предприятия», полиция требует от женщин обязательного предъявления удостоверения личности.

Этот момент является отправной точкой при раскрытии преступления против личности — каждая обязана иметь при себе паспорт. И хорошо, если он под рукой — первый взгляд на возраст владелицы, второй — на ее законное пребывание в ФРГ, третий — на вид разрешения на пребывание. Несовершеннолетних полиция без каких либо объяснений забирает с собой и под строгим контролем передает под патронаж сотрудника ведомства по делам детей и юношества.

Женщины с просроченной визой выдворяются за пределы страны, возможно с запретом дальнейшего въезда в ФРГ. С туристками дело обстоит иначе — прибывшие из-за границы EU путешественники, согласно параграфу § 95 законоположения о пребывании (Aufenthaltsgesetz § 95) не имеют права заниматься трудовой деятельностью. Несоблюдение грозит лишением свободы сроком до одного года или выплатой денежного штрафа в эквивалентном размере.

При отсутствии паспорта женщина принудительным образом доставляется в отделение полиции для выяснения личности и перспектив в ее судьбе, т. к., возникает обоснованное подозрение в зависимости от сутенера. Отговорки вроде, «паспорт в отеле или у подруги» подвергаются сомнению с требованиями: «Мы отвезем вас по указанному адресу», что иногда вызывает девушку на откровенность.

Обнаруженная в ее сотовом телефоне недвусмысленная СМС: «Каждые три часа сообщай мне о заработанной сумме. Вечером заберу», лишает полицию последних сомнений. «Мы пытаемся объяснить жертве сексуального террора, что для ее же блага лучше все рассказать, нежели быть обвиненной в незаконном пребывании на территории Германии» — поясняет Маркус Штайнер. В ФРГ работает программа защиты свидетелей и во избежание преследования со стороны сутенера девушку на неопределенный срок — столько, сколько нужно для ее безопасности, помещают в закрытом от посторонних глаз убежище.

Женщине предоставляется вид на жительство минимум на четыре — пять лет, ее ставят на социальное пособие, пытаются найти место учебы. Если удается напасть на след преступника, жизнь женщины все равно находится в опасности — в Германии действует организованная сеть сутенеров, и даже косвенное участие попадает под статью: параграф § 233 а УК ФРГ предусматривает за пособничество в торговле людьми лишение свободы до пяти лет. Философия, политика и идеология немецкого социума такова, что занимающиеся проституцией против своей воли считаются жертвами сексуальных преступлений и находятся под защитой государства, а не призываются к ответу наравне со злоумышленниками.

Возможно у недоумевающего читателя невольно напрашивается мысль: «Стоило легализовать проституцию, чтобы выводить на поверхность проявления порока и добровольно создавать себе проблемы. Запретить, задавить, растоптать, задвинуть на самое дно порядочного общества!». Именно этого — ухода в подполье и постарались предотвратить члены Бундестага, принимая в 2002 году закон о легализации.

Иначе, выйдя из под контроля, проституция, как неискоренимая общественная формация, обретет статус еще более криминального бизнеса с уже неразрешимыми сложностями и фундаментальной катастрофой. Теперь представьте, как выглядит ситуация в странах, где проституция не легализована, и нет ни одного закона, регламентирующего социальное положение торгующей телом женщины и обеспечивающего ее права, как равноценного члена общества.

Закон писан для всех

Не думайте, что беспорядки творятся только в борделях — свингер-клубы, предлагающие согласно лицензионному соглашению некоммерческий секс для удовлетворения личных потребностей посетителей, часто являются ничем иным, как такими же торговыми точками и местом реализации «творческого потенциала» рабской сексуальной силы.

Владелец клуба в любом случае призывается к ответственности за несанкционированное изменение профиля заведения и пособничество в незаконной проституции. Такого рода клубы регулярно организуют ночные увеселительные мероприятия с привлечением профессионалок для разогрева публики. И ладно, если в оргиях задействованы опытные проститутки, опустошающие кошельки обеспеченных мужчин и делящиеся прибылью с обладателем клуба, что расценивается, как административный проступок и сопряжено с денежным штрафом, в первую очередь, для предприимчивого владельца.

Намного серьезнее выглядит уголовное преступление с участием подневольных женщин, когда прибыль делят между собой сутенер и содержатель клуба. Последнему грозит потеря лицензии. Но к особо злостным фактам вопиющего злоупотребления содержанками относятся установленный для них категорический запрет к использованию презервативов и стимуляция к употреблению наркотиков — сексуальных рабынь буквально «сажают» на иглу, повышая их работоспособность.

По 15 клиентов в день может выдержать только сидящая на регулярном допинге «рабочая лошадка». Комиссар заметил: «Кстати, вы никогда не задумывались, почему квартал с домами терпимости называется кварталом красных фонарей, а все помещения в заведении погружены в малиновый полумрак? Жизнь на износ, связанная с постоянным оказанием интимных услуг в формате широкого фронта, не идет на пользу внешнему виду и здоровью женщин. Кто видел изможденных жриц при дневном свете, без грима и вблизи — понимает, чем чревата легкомысленность и легковерность неопытных юных дев».

Эпилог

Долгое время проституток и проституцию окружали мифы и стереотипы о таинственности профессии. Общество намеренно молчало до тех пор, пока сложившаяся ситуация не заставила громко заговорить о явлении. Теперь приходится признавать, если бы цензура так же рьяно оберегала целомудрие девочек и девушек, которые на глазах ревнителей нравственности делали первые шаги в сторону панели, как цепко охраняла запретность темы проституции, то успехов, наверное, в ее предупреждении было бы намного больше.

Хотелось бы напомнить — легализация не значит вседозволенность, а государство с законами — не корпоратив. Напротив, законодатели создали предпосылки для реального контроля за бизнесом проституции и связанными с ним явлениями, как распространение наркомании, венерических заболеваний и торговля живым товаром.

Автор: Ирина Навара-Себастьян. Член Союза Журналистов Германии

Читайте также: