Самый честный махинатор

Он начал карьеру как борец со злоупотреблениями на бирже. А закончил тем, что сам стал мошенником. Арест человека, являвшегося символом Уолл-стрит, потряс Америку. Многолетняя безупречная репутация оказалась фикцией. Ричард Уитни управлял чужими финансами, но при этом испытывал острый недостаток в собственных. Свои миллионы он не столько заработал, сколько «одолжил» у других. Зачастую без ведома владельцев. 

На различных махинациях попадались многие известные финансисты. Пару лет назад японский железнодорожный король Йосиаки Цуцуми, которого журнал «Форбс» называл самым богатым человеком планеты в 1987–1990 годах, признал себя виновным в фальсификации финансовой отчетности с целью скрыть незаконно высокую долю владения акциями железнодорожной компании Seibu Railway. На суде миллиардер сознался и в совершении нелегальных сделок с ценными бумагами. Приговор: штраф в размере 5 млн. иен.

ЖИЗНЬ ВЗАЙМЫ

Ричард Уитни родился 1 августа 1888 года в американском городе Беверли, штат Массачусетс. Он был потомком первых переселенцев, приплывших в 1630 году из Англии на корабле «Аренелль». Эмигранты быстро вписались в новую жизнь. В частности, отец Ричарда был известным банкиром.

Мальчик рос в аристократической обстановке, учился в элитной школе, по окончании которой поступил в престижный Гротонский колледж. Впрочем, он не столько грыз гранит науки, сколько занимался спортом — стал капитаном бейсбольной и футбольной команд. А в знаменитом Гарвардском университете Уитни увлекся греблей и был избран казначеем гребного клуба.

В 1912-м, получив диплом, Ричард переехал в Нью-Йорк, где устроился в фирму «Киддер, Пибоди энд Компани». Однако вскоре решил работать на себя. Он занял деньги у своей семьи и купил место на Нью-Йоркской фондовой бирже. Клиентом новичка стала могущественная компания J.P. Morgan & Co. Впрочем, это произошло не благодаря талантам 24-летнего брокера, а потому, что там работал его старший брат Джордж, женатый на одной из дочерей Моргана.

Довольно скоро обаятельный и безупречно воспитанный Ричард завоевал доверие коллег. Ему доверили руководство комиссией по борьбе с биржевыми махинациями. К этим обязанностям Уитни отнесся серьезно, став моральным авторитетом для брокеров. В 1916-м женился на Гертруде Шелдон Сандс, дочери преуспевающего предпринимателя Джорджа Шелдона. В приданое получил инвестиционный бизнес тестя — компанию Cumming and Markwald, которую тут же переименовал в Richard Whitney & Co.

Репутация «брокера Моргана» и выгодная женитьба ввели Ричарда в круг избранных. Довольно скоро он стал членом всех крупных клубов и организаций, в которых могли состоять аристократы восточного побережья. Уитни был избран казначеем яхт-клуба Нью-Йорка, одного из самых престижных клубов деловой элиты. А в 1919-м вошел в управляющий совет Нью-Йоркской фондовой биржи — не столько из-за деловых качеств, сколько благодаря обширным связям среди ведущих банкиров.

Но если проблем с репутацией у Ричарда не было, то о его финансовом положении этого сказать было нельзя. Конечно, J.P. Morgan & Co. давала работу брокерской фирме Richard Whitney & Co., однако объем заказов был небольшим. Соответственно и сумма комиссионных была невелика.

Между тем Ричард жил на широкую ногу. В элитном районе Нью-Йорка купил особняк. На выходные отправлялся в Нью-Джерси, где у него было ранчо площадью 495 акров. Там занимался разведением эрширских кур и породистых свиней, держал лошадей, выезжал на псовую охоту. Периодически тайно наведывался в Балтимор к любовнице, которой снимал квартиру и полностью обеспечивал. Роскошная жизнь требовала все больше денег.

Его ежемесячные расходы превышали $5 тысяч, в то время как доходы были скромнее. Приходилось постоянно влезать в долги. С просьбами одолжить обращался к друзьям, коллегам, но чаще всего — к родителям и брату Джорджу. Брал только большие суммы. Нередко занимал у одних, чтобы рассчитаться с другими. Ричард замечательно «держал фасон», демонстрируя собственную успешность. О реальных размерах его долгов никто не догадывался.

УКРОТИТЕЛЬ БИРЖИ

В 1928-м 40-летний Уитни был избран вице-президентом Нью-Йоркской биржи. На этом посту он как мог противодействовал «быкам» — брокерам, игравшим на повышение стоимости акций. Ведь «мыльный пузырь» из искусственно дорожавших акций надувался все сильнее, и бесконечно это продолжаться не могло.

Крах произошел в октябре 1929-го. Котировки упали до неслыханно низких отметок. На рынке возникла паника. Именно тогда и настал звездный час Ричарда. Дело в том, что престарелый президент биржи Эдвард Гарриман Симмонс находился в этот момент на Гавайских островах — он женился на молодой женщине и наслаждался медовым месяцем. Поэтому группа банкиров, решивших создать стабилизационный фонд в размере $130 млн., пришла со своим предложением к Уитни.

Заручившись финансовой поддержкой банкиров, Ричард появился на торговой площадке Нью-Йоркской биржи. Брокеры, увидев вице-президента, замерли, ожидая сообщения о закрытии биржевых торгов. Но Уитни с невозмутимым видом сделал заявку на покупку большого пакета акций компании US Steel по $205 — на $14 выше сложившихся цен. И предложил выкупить по этой котировке 10 тыс. акций.

До конца дня Ричард приобретал и другие «голубые фишки», предлагая котировки выше рыночных. Это произвело впечатление. Брокеры решили, что за столь крупными покупками кроется неизвестный им тонкий расчет Уитни, считавшегося человеком Моргана. Паника постепенно улеглась, работа биржи нормализовалась.

И хотя Соединенные Штаты не избежали сильнейшего экономического кризиса — Великой депрессии, Ричард немедленно стал знаменитостью. Если раньше он был известен лишь в узких профессиональных кругах, то теперь о человеке, эффектно укротившем биржу, с восторгом написали газеты и журналы. Об Уитни заговорила вся Америка. В мае 1930-го он был избран президентом Нью-Йоркской фондовой биржи — крупнейшей в мире.

СКОЛЬКО НИТОЧКА НИ ВЕЙСЯ…

Спустя три года, весной 1933-го, хозяином Белого дома стал Франклин Рузвельт. Его реформы предусматривали в том числе государственное регулирование рынка. Уитни выступил категорически против. В 1935-м он оставил пост президента биржи.
Между тем его собственные финансовые дела, и без того не блестящие, резко ухудшились. В 1934-м, после отмены сухого закона, Ричард вложил $225 тыс. в производство яблочной водки «Джерси лайтинг» — американского варианта самогонки. Во времена запрета на алкоголь этот напиток широко изготавливали в домашних условиях. Уитни полагал, что при должной рекламе и грамотном маркетинге «Джерси лайтнинг» вполне может стать национальным напитком. Однако «самогонный» бизнес прогорел.

Чтобы залатать дырки в семейном бюджете, Ричард заложил облигации нью-йоркского яхт-клуба, президентом которого являлся. Это на время спасло Уитни, однако появилась новая проблема — где взять $150 тыс. для выкупа клубных облигаций? И тут нашему герою сказочно повезло: его избрали директором банка зерновой биржи. Ричард собрал совет директоров банка и попросил предоставить ссуду в размере $300 тысяч. Разумеется, на льготных условиях. Просьба была удовлетворена.

Уитни обратился с подобными просьбами и в другие банки. Безупречная репутация и высокая должность делали свое дело — отказов не было. К 1937 году его долг разным банкам составил $5 млн. Еще $1,25 млн. Ричард задолжал брату Джорджу. Должник решился на отчаянный шаг: увел из фонда Exchange’s Gratuity, председателем которого состоял, $1 млн. Надеялся, что со временем где-то достанет эту сумму и вернет.

Таинственное исчезновение $1 млн. обнаружил бдительный аудитор фонда. Незадачливого миллионера обязали вернуть деньги и объяснить, как такое могло случиться. Увы, ни объяснений, ни денег он предоставить не смог. Началось расследование, в ходе которого оказалось, что Уитни обокрал не только этот фонд, но и обчищал счета многих своих клиентов.

8 сентября 1938-го суд объявил о банкротстве Richard Whitney & Co. — при капитале в $6,5 млн. общие долги компании составили $30 млн. Уитни признал свои преступления и пообещал вернуть все средства, но при этом настаивал, чтобы против него не было выдвинуто никаких обвинений. Мол, все вернет добровольно…

Финансист был взят под стражу, началось следствие. Ричард потребовал встречи с президентом Нью-Йоркской фондовой биржи Чарльзом Гэем. Их беседа длилась более двух часов. «В конце концов, — заявил арестант, — я Ричард Уитни. Для миллионов людей я символизирую фондовую биржу. Биржа не может позволить мне исчезнуть». Чарльз Гэй намек понял, однако на сделку не пошел.

Ричарду попытался помочь его старший брат. Он обратился к могущественному Моргану с просьбой о помощи. Однако банкир принимал участие в очередной избирательной кампании и не рискнул связывать свое имя с довольно сомнительным делом. В итоге нью-йоркский окружной прокурор Томас Девей предъявил подсудимому обвинения в хищении имущества в особо крупных размерах, мошенничестве и банальных кражах. Приговор — десять лет заключения в тюрьме Синг-Синг.

Арест, суд и приговор борцу за «честный бизнес» буквально потрясли Америку. 12 апреля 1938 года более 6 тысяч человек собрались на центральном вокзале Нью-Йорка, чтобы своими глазами увидеть, как поведут в наручниках человека, слывшего непререкаемым моральным авторитетом. Ричард торопливо прошел в вагон в сопровождении конвоиров и нескольких родственников.

В тюрьме биржевой «король» не унывал. Как и в студенческие годы, увлекся игрой в бейсбол. За примерное поведение он был досрочно освобожден через три года и четыре месяца. В августе 1941-го Уитни вышел на свободу.

Все долги Ричарда выплатил его брат Джордж. Ричард поселился на своем ранчо в штате Нью-Джерси. Затем устроился наемным служащим на фабрику взрывчатых веществ. Там он сделал неплохую карьеру, поднявшись до уровня вице-президента предприятия. Биржевые баталии больше не интересовали его. Остаток жизни Ричард провел в семейном поместье и вплоть до своей смерти в 1974 году на публике не появлялся. 

Фото с обложки журнала ТАЙМ за февраль, 1934 года

Станислав Цалик, КОММЕНТАРИИ

Читайте также: