Полковнику никто не платит…

Новый год киевлянин Николай Буряков встречал на необъявленной войне. Это было 35 лет назад.

Во Вьетнаме… Та секретная «командировка» не была неожиданностью для Николая Семеновича. Перед этим он закончил академию ПВО и служил заместителем командира зенитно-ракетного полка на участке границы, откуда в Юго-Восточную Азию рукой подать… Из приказа срочно пройти медкомиссию (на предмет пребывания «в странах с жарким и влажным климатом») стало ясно: отправляют во Вьетнам, на войну. А вскоре, после учений, Бурякову и еще двум десяткам старших офицеров выдали загранпаспорта и проводили в Ханой. Хотя СССР как бы и не участвовал в той войне, но вьетнамцы использовали против американцев советские зенитно-ракетные комплексы, потому и нужны были наши военспецы.

Та секретная «командировка» не была неожиданностью для Николая Семеновича. Перед этим он закончил академию ПВО и служил заместителем командира зенитно-ракетного полка на участке границы, откуда в Юго-Восточную Азию рукой подать. Из приказа срочно пройти медкомиссию (на предмет пребывания «в странах с жарким и влажным климатом») стало ясно: отправляют во Вьетнам, на войну. А вскоре, после учений, Бурякову и еще двум десяткам старших офицеров выдали загранпаспорта и проводили в Ханой. Хотя СССР как бы и не участвовал в той войне, но вьетнамцы использовали против американцев советские зенитно-ракетные комплексы, потому и нужны были наши военспецы.

— Война во Вьетнаме началась тогда для нас, не поверите, с курорта! — вспоминает Николай Семенович. — Военных советников из Союза (под видом штатских) определили на двухдневный отдых на берегу моря, в бухте Холонг, чуть севернее от Хайфона. Нас возили на экскурсию в залив тысячи островов. Лазали мы там по скалам, пещерам. Помню, на вершине здоровенными буквами было выведено: «Мы из Рязани»…

— Но тем не менее вам приходилось и воевать, притом в условиях сильной жары?

— Мы были одеты только в штатское: шорты, майки, босоножки. Жажду утоляли горячим чаем без сахара, который пили в перерывах между боями. Американцы наносили удары с баз в Таиланде и авианосцев, находящихся в Тонкин-ском заливе. Групповые налеты совершали по два-три раза в день, в каждой группе — по 50-70 самолетов… Мы разгадывали их тактические замыслы и подсказывали нашим союзникам, как правильно вести огонь по американским самолетам. Правда, однажды сбили и наш самолет. С ко-мандного пункта дивизии поступило распоряжение: «В воздухе своих нет». А тот самолет как раз воз-вращался с какого-то задания. Ну, мы и пустили ракету… Запомнился и такой случай. В декабре 1971 года, почти в предновогодье, на нас налетели шесть «фантомов». И, как на зло, первая ракета, выпущенная нашим дивизионом, оказалась неуправляемой. Вьетнамцы проверили ЗРК — вроде бы все нормально. Дают второй пуск — опять то же самое! Оказалось, что за двое суток до этой атаки наши специалисты настроили систему нормально, но потом главный инженер и специалист ее «перенастроили». Результат получился плачевный: ракета снесла полдеревни. Нас туда вообще не пустили — сказали, что вьетнамцы могут «не-правильно понять»…

— Что вас больше всего поразило во Вьетнаме?

— Для нас, советских офицеров, это была экзотическая страна. Она поражала своими традициями и праздниками. К примеру, Новый год по-вьетнамски называется Тэт. Его отмечают по лунному календарю. Вместо елки вьетнамцы украшают свои дома веточками персикового дерева с зелеными листочками и белыми цветами. Зеленый цвет означает землю, белый — небо. Цветущее персиковое дерево — символ единения неба и земли, оно приносит в дом удачу… На улицах в такие дни сверкают фейерверки и гремят салюты. Женщины традиционно одеваются в красные и желтые цвета (как флаг Вьетнама), а мужчины — во все черное. День начинается с похода в храмы. Вечером устраиваются пышные празднества и массовые танцы в честь Дракона. С наступлением сумерек разводят костры в парках, садах или на улицах. На углях готовят рисовые лепешки. В новогоднюю ночь забываются все ссоры и прощаются все обиды. А на утро начинается Тэт-фестиваль, который длится почти неделю. Народ веселится и пьет рисовую водку — лимой. Кстати, американцы в те дни их не бомбили…

— Но ведь против мирных жителей они вовсю применяли оружие массового поражения?

— По моим данным, они использовали секретное биологическое оружие, уничтожающее зеленые джунгли. Укрываться от вражеской авиации становилось труднее. Кроме того, я на собственной шкуре испытал, как американцы использовали спецтехнику для вызова дождей (из-за чего, кстати, в 1971 году возникла угроза затопления вьетнамской столицы). Ханой в переводе означает «город, окруженный рекой». Чтобы спасти его от потопа, пришлось подорвать дамбу на реке Красная. Вместе с несколькими провинциями под водой оказался и наш зенитно-ракетный комплекс. После ухода воды его вытащили, разобрали до последнего винтика и снова вернули в строй…

— Как же Родина-мать оценила ваши боевые заслуги?

— Наградила орденом Красной Звезды, вьетнамцы — медалью и орденом ДРВ «Подвиг» III cтепени. А когда Украина стала независимой, мне за статус участника боевых действий добавили аж двадцать гривень. Так и живем!

Иногда Николай Семенович заходит в посольство Вьетнама, где его помнят и чтут.

Валентин Ковальский, Киевский регион

Читайте также: