Санкт-Петербург: разгром бритоголовой банды

Питерские неонацисты обвиняются в восьми убийствах, но со смертью их лидера многие деяния экстремистов останутся без наказания. В Городском суде Санкт-Петербурга продолжается судебное разбирательство по делу банды Дмитрия Боровикова и Алексея Воеводина. По версии следствия, бандиты убили шестерых уроженцев Азии, Африки, Кавказа и напали ещё на пятерых. Кроме того, им вменяется в вину убийство двух соратников и эксперта по национальным вопросам прокуратуры Петербурга Николая Гиренко.

Судебное разбирательство проходит при повышенных мерах безопасности. Чтобы отправить экстремистскую группировку на скамью подсудимых, оперативникам пришлось собирать доказательства по крупицам. О том, как милиция боролась с неформальными молодежными структурами, рассказывают оперативники центра «Э» ГУВД Петербурга и Ленобласти.

разгром бритоголовой банды

По информации оперативников, движение скинхедов в Санкт-Петербурге началось с групп «Русский кулак», «Солнцеворот» и «Totenkopf» («Мёртвая голова»). Старейшей и наиболее опасной была группа, названная в честь одноимённой дивизии СС «Мёртвая голова», известная с 1994 года. С прочими бритоголовыми «Totenkopf» сближали только одежда и татуировки.

Помимо нападений на лиц неславянского происхождения они занимались кражами, грабежами и разбойными нападениями. Выходили на свободу и через несколько месяцев садились снова, у некоторых сейчас уже по семь судимостей. После того, как лидеры группы Алексей Максимов (Муха) и Андрей Разин (Чибис, он же Чинарик) получили очередные сроки за убийство, первая волна питерского движения бритоголовых схлынула.

Вторая волна националистического движения оказалась тесно связана с бизнесом. Её представители ввозили из Европы и Прибалтики, распространяли атрибутику молодёжных националистических субкультур Запада: газеты европейских ультраправых, литературу американского Ку-Клукс-Клана, нацистскую атрибутику, военную форму Третьего Рейха и дефицитный в России журнал бритоголовых «Под ноль», который потом был запрещён.

Ультраправая идеология стала проникать в среду хулсов (футбольных хулиганов), которые стали планировать и проводить свои акции в духе скинхедов первой волны. Доходило до убийств, но никто не хотел поднимать скандал, поэтому преступления регистрировались, как обычный криминал. Именно из футбольных фанатов вышел лидер самой известной экстремистской группировки «Mad Crowd» («Бешеная толпа») Руслан Мельник. В движении хулсов он готовил бригады, дравшиеся с такими же группировками фанатов и конкурирующих спортивных клубов, а потому легко переходившие к расправам над людьми с другим цветом кожи.

Крах нацистского бизнеса

Осуждённый в 2005 году на 6 лет лишения свободы лидер группы «Шульц 88» (88 – зашифрованное приветствие «Heil Hitler!», поскольку буква «H» –восьмая в немецком алфавите) Дмитрий Бобров (Шульц), по словам оперативников, ничего из себя не представлял, пока в карманы его приятеля Алексея Брыкова не потекли из столицы деньги для питерских нацистов.

Московские скинхеды из группировки «Объединенные бригады 88» дали деньги Брыкову, чтобы тот открыл магазин и вложил доходы в развитие ультранационалистического движения. Они же финансировали выступления идейно близких рок-групп «Банды Москвы» и «Коловрат».

«Коловрат» для своих концертов снимал клуб «Осиное гнездо» в Парголово. Организации концерта содействовал владелец кафе и автомастерской Василий Терентьев, провозгласивший себя Императором Всея Руси Василием I. После таких мероприятий публика, совершенно одурев от песен, начинала нападать на лиц с неславянской внешностью. Иногда доходило до убийств. Оперативники рассказывали, что после одного из выступлений «Банд Москвы» в поселке Александровка Пушкинского района недалеко от платформы были найдены трупы азербайджанца и армянина.

Получив деньги, Брыков и Бобров в 1998 году открыли в полуподвале на Литейном магазин «Питтсбург», где торговали атрибутикой, также поступавшей из Москвы. Бобров работал продавцом, и можно сказать, что идея стать национальным лидером родилась у него в прямом смысле за прилавком. Посещавшая магазин молодёжь обращалась к нему с вопросами, что можно почитать и послушать. Вскоре друзья стали втайне от столичных партнёров подрабатывать на свой карман, приторговывая орденами и медалями, скупленными у мародёрствующих на местах боёв чёрных следопытов, а также майками со свастикой и другим подобным товаром.

Затем Бобров стал выпускать журнал «Made in Санкт-Петербург», делавшийся по аналогам западных и прибалтийских газет, к которым Шульц добавил только свой орнамент и свастику. Газету печатали на принтере и распространяли подпольно в «Питтсбурге», что и погубило проект. Кто-то сообщил, что в магазине торгуют неучтённой литературой, и в 2001 году ОБЭП Центрального района закрыл точку, изъяв весь товар.

Об инциденте узнали москвичи и сказали, что долги надо отдавать. Брыков и Бобров принялись валить всё друг на друга, но поскольку деньги давали Алексею, с него и спросили. Брыкова сильно избили, что и спасло его от уголовной ответственности. Впоследствии неудачливого бизнесмена признали невменяемым и поместили в психиатрическую больницу.

Ссора из-за «Гнева Перуна»

Хулиганскими выходками националистов занимались сотрудники УВД на метрополитене. «Мы первые столкнулись с группой «Шульц 88», когда они нападали на иностранцев и кавказцев в метро, – рассказывают милиционеры. – Когда те садились в вагон, кололи их шилом в мягкие места. Поначалу Боровиков был мелкой сошкой, легенду о нём раздули уже после смерти. Если бы его взяли живым, то он не поднялся бы выше плинтуса по интеллекту».

В городе стали создаваться молодёжные группировки, по численности они были от пяти до ста человек. Наиболее серьёзных, действовавших в двух и более районах, насчитывалось полтора десятка, а самыми громкими, наряду с «Шульц-88», стали «Мобил групп» и «Северные братья». Но надо заметить, что многие существовали не больше недели. Например, команда, которую создавал некий Паук во Фрунзенском районе, продержалась ровно один день. Потом с Пауком поговорили в милиции, и он передумал.

Группа Боброва оказалась устойчивее. Сам Шульц косил под Гитлера, как и тот, любил поговорить, а после двух кружек пива его уже было не остановить. Однако харизмы фюрера Третьего Рейха у него и в помине не было, и вскоре организация начала распадаться. Боровиков и его друг Алексей Воеводин по кличке СВР (Сделано в России) стали отходить от Боброва.

Конфликт у них возник из-за созданного Шульцем журнала «Гнев Перуна», который помогли делать единомышленники из Сургута. Студентка Санкт-Петербургского финансово-экономического университета занималась версткой, а в оформлении помогал скинхед из Пушкина по кличке Художник, известный расистскими карикатурами.

Журнал печатали типографским способом. В ходе обыска у скинов удалось изъять 500 экземпляров. Одновременно были задержаны соратники из Тулы, которые купили для распространения 150 штук по 200 рублей.

Боровиков забрал матрицу журнала, на который имел вид Мельник, но для издания требовались связи и деньги. У Дмитрия же были контакты в типографии, которые ему помог наладить работавший в милиции отец.

Спасение еврейской школы

Мельник и потом конфликтовал с Боровиковым. Поскольку Руслану были постоянно нужны деньги, его люди, по оперативным данным, промышляли грабежами, крышевали наркодилеров и сами приторговывали наркотиками. Дмитрий это не приветствовал. Скорее всего, ему было просто непонятно, что значит отсутствие денег. Он рос в полной семье и был единственным ребёнком, а мать Мельника отец бросил, так что будущий главарь «Mad Crowd» с 13 лет кормил себя сам и ещё помогал младшему брату, который жил в новой семье отца.

Разгром «Бешеной толпы» и арест её главаря, осуждённого на 3,5 года колонии-поселения, избавил Боровикова от конкурента (Воеводин предпочитал держаться в тени, играя роль «серого кардинала»). Научившись пускать пыль в глаза, он периодически ездил в Москву, а потом рассказывал, что встречался с депутатами Госдумы, получая от них ценные советы.

На самом деле Дмитрий черпал идеи прежде всего у столичных скинхедов. Именно они предложили ему избивать не только торговцев арбузами, но и иностранных студентов. Сам же Боровиков мечтал о создании боевой террористической организации, для чего ему требовались деньги. Пришлось пойти по пути Мельника. Скины совершили три нападения на почтовые отделения, чтобы закупить оружие. Легально они приобрели винтовку «Сайга» и подпольно доставали стволы у чёрных следопытов. Именно из обреза найденной на поле сражения винтовки Мосина застрелили правозащитника Николая Гиренко. По данным следствия, господин Гиренко за месяц до убийства встречался с Боровиковым, который требовал от него прекратить экспертизы подозреваемых в национализме публикаций, которые попадали в поле зрения прокуратуры. Эксперт отказался, но почему-то так и не заявил в милицию о визите.

Денег не хватало, и скинхеды продали квартиры Воеводина, у которого к тому времени умерли родители, и некоего Перевозчикова (по кличке Сирота). Однако вместо оружия купили на вырученные средства машины, одну из которых разбили. Кроме того, за городом был приобретён дом, ставший штаб-квартирой, в которой планировались все мероприятия. Именно там родилась идея захватить перед саммитом «Большой восьмёрки» в Петербурге еврейскую школу, уничтожить всех и погибнуть самим. Впоследствии сотрудники милиции изъяли даже план школы, на котором были изображены позиции и действия несостоявшихся террористов.

Появились и новые активисты. Наиболее примечательными членами команды стали братья Андрей и Алексей Костраченковы. Подобно Мельнику, они росли в неполной семье, старший поступил в пожарное училище, за что и получил кличку «Спасатель». Сейчас мать осталась одна с маленькой дочкой, а братья дают друг на друга показания.

Особо выделялся Андрей Малюгин, воевавший в Чечне и благодаря боевому опыту привлечённый к разработке операции по захвату школы. В группировке Малюгин имел прозвище «Боец», в армии ему за висящий над койкой флаг со свастикой дали кличку «Немец», а потом уволили из вооружённых сил, когда крамольное знамя увидел командующий.

Интересно, что план нападения на еврейскую школу вменить группе не смогли, поскольку Боровикова застрелили при попытке ареста. До сих пор остаётся загадкой: убили Дмитрия случайно, или он действительно оказал сопротивление? Может, кому-то требовалось, чтобы он уже ничего не смог рассказать? А разрабатывавшим группу операм он был так нужен живым!

Бей своих, чтоб чужие боялись

Боровиков, по словам оперативников, был скорее трусоват, но внешне всячески изображал сильную личность и однажды организовал расправу над соратниками Ростиславом Гофманом и Алексеем Головченко, в которых заподозрил конкурентов. Под предлогом нападения на цыган Гофмана и Головченко пригласили в посёлок Заходское Выборгского района Ленинградской области. Там в лесу Боровиков расстрелял их из ружья, а остальные добили ножами. Затем с убитых сняли обувь и захоронили в заранее подготовленном месте.

Ростислав догадывался, что его убьют, и попытался предупредить своих родителей, но они не придали этому значения. Мать после убийства рассказала, что в почтовом ящике нашла список телефонных номеров и кличек и передала их в районный уголовный розыск. Там они бесследно и пропали. Может, куда-то подшили, да так, что до сих пор не найти, а может, и выкинули, не придав важности этому документу.

Постепенно оперативники УБОП, анализируя все преступления с националистической подоплёкой, вышли на группу Боровикова. Сложность заключалась в том, что даже после совместных операций экстремисты знали друг друга только по кличкам. Поэтому следствие до суда оставило их под подписку о невыезде и тут же пострадало за гуманность. В декабре 2005 года находившиеся под подпиской совершили в Автово убийство африканского студента, после чего их, наконец, арестовали.

Сейчас экстремистских группировок в городе практически не осталось. Головную боль милиции доставляют, в основном, футбольные фанаты, а скинхеды перекрасились в хулиганов. «Банды Москвы» проводят свои концерты тихо, приглашают на них очень ограниченный круг знакомых. За последнее время в Питере они выступали только дважды и без проишествий. Ожидается, что кривая националистических настроений будет продолжать идти на спад, если только кризис не добавит проблем.

Фото предоставлено Следственным комитетом по Петербургу

Наталья Матвеева, Наша версия на Неве

Читайте также: