Наши старики обречены: бандиты, нотариат, «менты» … Часть 2

Схема незаконного завладения квартирами, применяемая «героями» нашего расследования, проста и эффективна. По данным источников в Генпрокуратуре, она с переменным успехом используется во многих областных центрах Украины. Но в Киеве ее используют с особым размахом, ведь однокомнатная квартира в Днепровском районе — а именно об этом районе столицы пойдет речь в нашем расследовании — стоит от 50 тысяч долларов и выше. Чтобы получить эту сумму, нужно найти одинокого человека, заставить его переоформить недвижимость — и все. Квартиру перепродать, а бывшего владельца…

Эта история всплыла на поверхность благодаря стечению нескольких обстоятельств. Честный врач не нарушил клятву Гиппократа и, несмотря на предлагаемую «кидалами» взятку, отказался выписать бывшего владельца квартиры из больницы… Дело попало в руки добросовестного следователя, который довел его до конца вместо того, чтобы затянуть… Родственники жертвы оказались настойчивыми и объединились с такими же пострадавшими в защиту своих прав… Оказалось, что группировка «кидал» за год «обработала» четырех (!) киевлян, завладев их квартирами. Точное число пострадавших до сих пор неизвестно.

Благотворительная столовая — чужие дома — исчезновение

Для ныне покойного Георгия Тихоневича знакомство с «кидалами» началось в благотворительной столовой «Стефания», куда он часто ходил обедать. Именно там 86-летнего одинокого ветерана, который к тому же страдал старческим склерозом, заприметил один из братьев Билиенко. С тех пор к старику была «приставлена» какая-то женщина. Соседи слышали ее голос в квартире № 50 по улице Тампере, 11, где проживал Тихоневич, видели ее на лестнице.

26 октября 2004 года женщина исчезла и больше не появлялась. Вместе с ней исчез и Тихоневич. И пенсионная книжка. И паспорт. И документы на квартиру.

По разработанной преступниками схеме квартиру должны были переоформить на «своих», после чего подождать пару месяцев и продать на легальном рынке. Однако злоумышленники не знали, что у одинокого деда, живущего в «ветеранской» квартире, есть родственница — дочь Людмила Миколенко, каждую неделю навещающая отца. Зато это знали в жэке.

Вечером 28 октября 2004 года в квартире Миколенко зазвонил телефон. Звонили из жэка ее отца. «Слушайте, Люда, — сказали в трубку. — Сегодня к нам приходили какие-то ваши родственники, которые представляются внуками Тихоневича. Они хотят выписать отца в Кагарлык и завтра придут оформлять документы. Я переписал фамилию самого активного из них — Билиенко Николай Викторович, 1975 года рождения. Это ваш родственник?»

Таких родственников у Миколенко и Тихоневичей никогда не было. Положив трубку, напуганная дочь ветерана поехала на улицу Тампере. Отца в квартире не было, не было и никаких документов. Соседи рассказали о таинственной женщине, чей голос несколько раз слышали в квартире. После этого Людмила Миколенко поехала в Днепровское РУ МВД и написала заявление о том, что ее отца похитили неизвестные, которые завтра придут в жэк переоформлять документы. Дежурный пообещал, что завтра к жэку подъедет опергруппа.

«Внуками» Тихоневича оказались цыгане на двух иномарках

На следующий день, 29 октября, опергруппа не приехала. Миколенко с мужем Юрием Петровичем полдня ждали «внуков», но у тех, видимо, был какой-то информатор: они дождались, пока дочь уйдет, и только потом пришли в жэк с ее отцом. Работники конторы рассказали, что Тихоневича привезли смуглые люди, похожие на цыган. Когда начальник жэка сообщил им, что должна прийти дочь Тихоневича, те выбежали из кабинета, сели в две иномарки и уехали.

Диалог дочери Тихоневича и дежурного милиционера в Днепровском РОВД г. Киева:

— Я только что была под жэком, куда неизвестные привозили моего похищенного отца. Но обещанной опергруппы не видела. Кто за это должен отвечать?

— Старший лейтенант Денис Бучинский. Но отвечает за все его начальник.

— А кто его начальник?

— Начальник отделения по розыску пропавших людей ТВМ-2 Днепровского РУ МВД капитан Пархоменко Александр Алексеевич.

Запомните эту фамилию — она еще всплывет в нашем расследовании. А между тем дочери Тихоневича позвонили похитители. На мобильный. Где они взяли номер? Неизвестно. «Ваш отец у нас, — сказал женский голос. — И в милицию вы обратились зря, там наши люди. А ваш отец не хочет с вами видеться и разговаривать».

После этого разговора знакомые посоветовали Людмиле Миколенко поменять дверной замок в квартире отца. И поставить бронедвери. 30 октября она их установила.

А перед этим она еще раз пошла в милицию. «Делайте что-нибудь, — попросила она. — Отца похитили, что с ним — неизвестно. Возможно, похитители хотят завладеть его квартирой на улице Тампере». Вместе с дочерью Тихоневича старший лейтенант Бучинский пришел в Бюро технической инвентаризации (БТИ) г. Киева. И выяснил: несколько дней назад сотрудники БТИ переоформили квартиру Тихоневича на некоего Еременко Александра Константиновича. Любезные сотрудники БТИ и адрес дали: село Боровая под Киевом.

Милиция саботировала расследование

Дочь Тихоневича надеялась, что милиционеры будут проводить расследование. Скажем, съездят в гости к Еременко. Но капитан Пархоменко порекомендовал не спешить.

На следующий день похитители позвонили опять. Тот же женский голос (позже идентифицированный как голос адвоката Анны Хворостяной) предложил встретиться на автобусной остановке на Харьковском шоссе, все в том же Днепровском районе. На встречу, кроме Людмилы и ее мужа, поехали старлей Бучинский и капитан Пархоменко.

«Мы приехали на Харьковское, — рассказывает муж Людмилы Миколенко. — Там стоят два цыгана, одного из которых я видел 29 октября возле жэка. Милиционеры подошли к ним, но… не задержали. Говорят: «Боялись спугнуть». А цыгане уехали — так к нам никто и не подошел. Милиционеры тоже уехали, и еще неделю отца никто не искал. И только 5 ноября они поехали в Боровую — мы пообещали заплатить за бензин».

Оказалось, что в Боровой живет не тот Еременко — совпадало только имя и фамилия, а отчество и год рождения были другими. Это означало, что в БТИ дали ложную информацию.

Во время возвращения из Боровой лейтенант милиции по имени Игорь предложил организовать на квартире Тихоневича засаду. «Я поживу там, — пообещал лейтенант. — Цыгане придут, я их арестую».

Дочь Тихоневича отдала человеку в погонах ключ (потом он, очевидно, оказался у капитана Пархоменко) и поехала в БТИ разбираться с ложной информацией. В БТИ в этот раз ответили честно: «буквально несколько часов назад» Александр Еременко (в конечном итоге им оказался тот же цыган, которого дочь Тихоневича видела 29 октября возле жэка и 31 октября на Харьковском шоссе) переоформил квартиру Тихоневича на имя Семененко Петра Викторовича. Следует отметить, что Семененко был не цыганом, а чистокровным украинцем.

После этого следствие застопорилось — Георгия Тихоневича никто не искал. В отчаянии его дочь писала письма во все инстанции, но чиновники молчали (напомним, что это был предреволюционный октябрь 2004-го). Неожиданная помощь пришла от нардепа Валерия Асадчева, который сделал по поводу исчезновения Тихоневича депутатский запрос. Это было 15 ноября, а уже 19-го Георгий Тихоневич «нашелся».

В действительности нашелся он раньше — 18 ноября. Но это отдельная история, заслуживающая отдельного разговора. Потому что именно тогда разрозненные ниточки преступления стали сплетаться воедино.

Как Тихоневича пытались похитить из больницы

Уже упоминавшаяся выше Анна Хворостяная (по данным следствия, именно она якобы приходила в квартиру Тихоневича, чтобы втереться к нему в доверие) «случайно» увидела, как объявленного в розыск Георгия Тихоневича неизвестные привезли в больницу №11 Днепровского района Киева вечером 18 ноября. Увидела и сообщила оперуполномоченному УБОП на левом берегу Киева Якову Линюку.

В тот же день Линюк — не предупреждая дочь Тихоневича — приезжает в больницу и устраивает «допрос» старому человеку со склерозом. По делу сохранился протокол, где рукой Линюка — под диктовку Хворостяной? — записан текст типа: «Я обиделся на дочь и ушел из дому». После отъезда Линюка, в 22 часа, в больницу приезжают двое цыган и хотят забрать Тихоневича. Но старик отказывается: «Я этих людей не знаю и с ними не поеду». Дежурный врач Тихоненко вызывает охрану — и цыгане исчезают. До утра.

В 7.00, как только больница открылась, они появляются снова. И предлагают Тихоненко тысячу долларов за то, чтобы забрать «этого никому не нужного старика». Врач опять отказывается, еще и фиксирует попытку подкупа в истории болезни Тихоневича.

И только после этого, в полдень 19 ноября, капитан Пархоменко сообщает Людмиле Миколенко, что ее отец нашелся. Людмила приезжает в больницу и слушает, как Георгий Тихоневич дает показания: «Шел, гулял, потом посадили в машину и привезли в дом, где я эти три недели и жил. Дом сельский, одноэтажный, половина — кирпичная, половина — деревянная».

Так пропавший владелец квартиры на Тампере нашелся. Логично допустить, что на самом деле произошло следующее. Напуганные депутатским запросом, преступники решили «легализовать» Тихоневича. Они (Хворостяная?) привезли его в больницу, чтобы милиционеры «взяли» у него показания. Показания должны были подтвердить — Тихоневич жив, и не надо поднимать бучу. Вместе с тем показания должны были свидетельствовать, что Тихоневич еще и обижен на дочь, не хочет ее видеть и просит оставить его (и его квартиру) в покое. После этого преступники должны были подкупить врача и забрать старика уже навсегда. А дело бы закрыли, тоже навсегда.

Но на пути преступников встал один честный человек — дежурный врач Тихоненко, который просто добросовестно исполнил свой профессиональный долг.

(Окончание следует)

Павел Солодько, Без цензуры

Читайте также: