Как жила прогнившая судебная система Украины в прошлом году

Как жила судебная система Украины в прошлом году

Главная проблема 2020-го года – коронавирус – конечно же, затронула и украинские суды. За весь 2020 год президент и парламент так и не смогли решить проблему обновления судебной власти. Долгожданного обмена заключенными между Россией и Украиной крымчане так и не дождались.

 В изданиии «Ґрати» вспоминают о самых важных событиях и явлениях минувшего года и желают всем счастья в новом.

1. Правосудие и коронавирус: суды закрылись от граждан и перешли в онлайн

Главная проблема 2020-го года – коронавирус – конечно же, затронула и украинские суды. В самом начале эпидемии Совет судей Украины разослал по всем судам письмо с рекомендацией перейти на особый режим работы. Председатель Совета Богдан Монич предложил коллегам проводить поменьше заседаний, обмениваться документами с гражданами по почте или интернету, и главное — ограничить доступ на заседания граждан, которые не участвуют в процессах, особенно с признаками простуды.

Все это было лишь рекомендациями, а не приказом, но многие суды запретили вход публике и журналистам, хоть это и не предусмотрено законом. Из-за этого журналисты часто не могли попасть на важные судебные заседания, судьи в таких случаях обычно отказывались организовывать онлайн-трансляции.

В апреле Верховная Рада приняла закон о работе судов во время карантина, в котором разрешила не пускать слушателей на заседания по хозяйственным и гражданским делам. В этом же законе парламент разрешил сторонам процессов участвовать в заседаниях по видеоконференции с помощью собственных смартфонов и компьютеров (тоже только в хозяйственных, гражданских или административных делах).

Несмотря на эпидемию, даже во время строгого весеннего локдауна, суды не прекращали работу. Но стоило кому-то из судей или их помощников заболеть коронавирусом, как заседания отменяли на день-два для дезинфекции помещений. За 2020 год COVID-19 обнаружили более чем у трех тысяч сотрудников судов.

2. Суды прощали украинцев за нарушения карантина

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

В марте, в самом начале эпидемии Верховная Рада ввела в Кодекс об административных правонарушениях (КоАП) статью 44-3 — нарушение правил карантина. Она предусматривала внушительный — от 17 до 34 тысяч гривен для граждан, и от 34 до 170 тысяч — для юридических лиц.

По всей страны полиция выписала десятки тысяч протоколов: за прогулки без маскинарушение самоизоляции, работу во время локдауна, и другие проступки. По данным Государственной судебной администрации, к 1 декабря в суды поступило 60 тыс. таких протоколов, из них суды успели рассмотреть только половину. Но наказывали нарушителей еще реже — лишь восемь процентов дел закончились административным взысканием: штрафом или даже устным предупреждением.

Большая часть зафиксированных полицией нарушений карантина — хождение без защитных масок в общественных местах. Но штрафовали суды за такое крайне редко. Поэтому в конце года Рада дополнила статью о нарушении карантина  — теперь штраф за посещение общественных мест без маски стал в сто раз меньше, но выписывает его уже не суд, а полицейские на месте.

3. Антикоррупция довела до конституционного кризиса

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

Конституционный суд Украины в 2020 году своими решениями расшатал вертикаль антикоррупционных органов. Словно в отместку президент и правоохранители расшатывают Конституционный суд.

За каких-то два месяца судьи КС, по искам оппозиционных депутатов признали антиконституционным назначение Артема Сытника директором Национального антикоррупционного бюро и сам принцип подчинения этого бюро  президенту, заблокировали проверку деклараций чиновников и отменили уголовную ответственность за недостоверное декларирование.

Зачем суду это было надо? Очевидным кажется ответ судьи КС Игоря Слиденко: он и другие судьи КС не раз попадали под прицел антикоррупционных органов, например Нацагентства по предотвращению коррупции — под давлением их пытались выбить из рассмотрения нескольких дел. Конституционный суд отстаивал свою независимость от исполнительной власти. Получалось неважно.

Антикоррупционные общественные организации разозлились. Не стерпел и президент Владимир Зеленский — сгоряча он предложил парламенту разогнать Конституционный суд. Да и в самом суде начался бунт – несколько судей отказались работать из-за внутреннего конфликта.

Но больше всего достается председателю Александру Тупицкому. На него завели несколько уголовных дел и объявили о подозрении в даче неправдивых показаний. Президент воспользовался поводом и отстранил председателя суда от должности, в суде назвали его действия неконституционными. Тупицкий продолжает работать, конституционный кризис в самом разгаре и продолжиться в 2021 году.

4. Судебная реформа застряла

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

За весь 2020 год президент и парламент так и не смогли решить проблему обновления судебной власти. Накануне, с подачи Владимира Зеленского Рада распустила Высшую квалификационную комиссию судей (ВККС) — последние пять лет она занималась конкурсным отбором новых судей. Новый состав, подобранный с помощью украинских и международных экспертов, Комиссия по вопросам добропорядочности и этики должны были улучшить качество украинского правосудия.

Но международные эксперты в комиссию не рвались — многих не устраивал баланс влияния и ответственности, да и вообще вся президентская реформа. Собрать ВККС без них не получалось.

После долгих дискуссий президент предложил включить в комиссию представителей от Совета судей, а недостающих международных экспертов заменить кандидатами от омбудсмена. От проверки на добропорядочность глава государства решил и вовсе отказаться. Его законопроект застрял в Верховной Раде с лета, ожидая поправок от депутатов.

Распускать Конституционный суд по предложению президента парламент тоже не стал — это было бы очевидным нарушением основного закона. Но за реформу принялся — депутаты подали несколько законопроектов, а президент попросил совета у Венецианской комиссии. Та рекомендует обязать суд более точно обосновывать свои решения и изменить Конституцию — назначать судей КС по депутатской квоте конституционным большинством — 300 голосами.

Отбор новых судей был фактически заблокирован весь год — это лишь усилило нехватку кадров в судебной власти. По всей стране пустуют более двух тысяч судейских кресел, оставшимся приходится рассматривать около четырех миллионов дел в год.

5. Крымчане не дождались обмена. Новые дела за веру и сопротивление оккупации

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

Долгожданного обмена заключенными между Россией и Украиной крымчане так и не дождались — это главный итог года. На свободу вышли лишь те, кто отсидел весь срок полностью, например, блогер Нариман Мемедеминов.

Российские власти весь минувший год продолжали преследовать крымчан по уже привычным обвинениям, причем сроки стали еще больше. Появилось несколько новых уголовных дел против мусульман за принадлежность к исламской партии Хизб ут-Тахрир, признанной в России террористической, и вынесено больше десятка приговоров по старым делам, причем средние сроки выросли почти до 20 лет. Крымских Свидетелей Иеговы тоже продолжали преследовать — появилось несколько новых дел и вынесены первые приговоры — в Джанкое и Ялте.

Политически мотивированных дел в прошлом году тоже прибавилось. Вынесено несколько приговоров и вновь задержаны крымчане, обвиняемые в принадлежности к отряду Номана Челебиджихана, причастного к блэкауту Крыма осенью 2015 года. Прошлое припомнили и лидерам крымских татар: до заочного суда в Крыму дошли дела Мустафы Джемилева и главы Меджлиса крымских татар Рефата Чубарова о событиях 2014 года.

Единственным сюрпризом стало оправдание Эрнеса Аметова, обвиняемого по Бахчисарайскому делу Хизб ут-Тахрир — необъяснимое исключение в практике российских судов по террористическим делам.

6. Судьи ушли от ответственности

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

11 июня Конституционный суд неожиданно объявил незаконной статью 375 Уголовного кодекса об ответственности судей за принятие заведомо неправосудных решений. Статья просуществовала в украинском уголовном праве почти сто лет и подразумевала наказание вплоть до восьми лет лишения свободы. Однако в 2020 году КС пришел к выводу, что само определение «заведомо неправосудное решение» — является скорее оценочным суждением, чем правовым термином.

Высший совет правосудия последние несколько лет отмечал: правоохранительные органы используют 375 статью УК для давления на суды, возбуждая уголовные дела едва ли не по каждому решению, которое им удалось обжаловать в апелляции. Так, в 2019 году из 408 открытых уголовных производств по этой статье до подозрений конкретным судьям дошло только три.

Самые резонансные приговоры 2020 года по неправосудным решениям по-прежнему связаны с «делами Майдана». После шести лет разбирательств Шевченковский райсуд Киева оправдал коллег из Печерского суда Оксану Царевич и Виктора Кицюка за то, что в январе 2014 года они лишили водительских прав участников автопробега к резиденции Виктора Януковича.

Примечательно, что, вынося вердикт о незаконности 375 статьи, КС отсрочил свое решение на полгода — за это время парламент должен был придумать, как по-другому наказывать судей за предумышленные нарушения. Однако депутаты с этой задачей до конца года так и не справились .

7. Коллизия года — заочное правосудие

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

Освобождение под «новогодний обмен» бойцов «Беркута», обвиняемых в расстрелах протестующих, вопреки прогнозам не сорвало судебный процесс по главному делу Майдана. Двое подсудимых — Сергей Тамтура и Александр Маринченко — вернулись с неподконтрольных территорий чтобы защищать себя в суде.  Еще трое остались в «ДНР», что вновь поставило вопрос: как привлечь к ответственности тех, кто сбежал из Украины?

Главным условием для слушания дела заочно — то есть без обвиняемого — остается его международный розыск. До сих пор Интерпол отказывается объявлять в такой розыск сбежавших политиков из администрации Януковича или бывших милиционеров, считая, что их преследуют по политическим причинам. Среди судей тоже хватает противников заочного производства — многие видят в этом нарушение права на защиту.

Прокуроры с переменным успехом добиваются заочных слушаний. Попытки заочно арестовать Виктора Януковича растянулись на несколько дней, адвокаты бывшего президента теперь добиваются его участия в заседаниях по видеосвязи. Заочных приговоров стало меньше.

Отмена международного розыска как обязательной причины для рассмотрения дела без обвиняемого могла бы расширить сферу заочного правосудия. Возможно, это даже ускорило бы обмен заключенными — и позволило бы наконец-то закончить уголовное преследование ранее освобожденных участников. Но до рассмотрения соответствующего законопроекта в 2020 году Рада так и не добралась.

8. Политический разворот

Иллюстрации: Анна Щербина, Ґрати

Оппоненты действующей власти весь год твердили: президент и его команда расправляются с оппозицией руками силовиков. Это недалеко от правды, ведь «сажать по весне» Владимир Зеленский обещал еще во время своей предвыборной кампании и теперь требует от правоохранительных органов результата. Впрочем, украинские суды не спешили помогать главе государства в борьбе с «попередниками».

Единственное рассмотрение дела по существу началось в ноябре во Львове — депутатку от «Европейской солидарности» Софию Федину вместе с волонтеркой Марусей Зверобой обвиняют в угрозе жизни президенту. Лидеру Евросолидарности Петру Порошенко тоже пришлось нелегко — за год против него открыли несколько новых уголовных дел в том числе о контрабанде и разжигании межконфессионной вражды. Но до официального подозрения дошло только одно — о назначении замглавы Службы внешней разведки Сергея Семочко. Да и то после трех дней слушаний суд отказался назначать пятому президенту какую-либо меру пресечения в этом деле.

Судебные заседания с участием оппозиционных политиков все чаще проходят под аккомпанемент уличных акций. Даже в уголовных делах об убийствах журналиста Павла Шеремета или Ивана Кузнецова, напавшего на общественного активиста Сергея Стерненко часть общества видит попытку наказать вчерашних героев.

Показательным в этом плане может стать суд над депутаткой Рады восьмого созыва Татьяной Черновол. Госбюро расследований, получившее все «дела Майдана» в минувшем году, обвинило ее в убийстве инженера офиса «Партии регионов» Владимира Захарова во время столкновений 18 февраля 2014 года. Слушания, которые начнутся уже в январе, станут первой попыткой наказать участника Евромайдана за преступления во время протестов.

Джерело: «Ґрати»

Читайте также: